3
audience
2 648
subscribers

Дневник офицера Красной Армии, который прошел всю Великую Отечественную войну с первого до последнего дня.
Появление каждой записи в канале и день, когда она была сделана, разделяет ровно 76 лет.
t.me/...ik_soldata

New posts
Nothing new at the moment
Loading...

6 ноября 1941

6 ноября 1941
Наконец-то сегодня в середине дня я добрался к месту назначения, в станицу Ново-Анненскую. Три недели добирался от Харькова! Этот маршрут запомнится нам на всю жизнь. Завтра праздник Октября, но какой это праздник, если вся Родина наша погружена в траур? Собираю в одну кучу своих курсантов, некоторые из которых прибыли сюда уже полмесяца назад...
Наконец-то сегодня в середине дня я добрался к месту назначения, в станицу Ново-Анненскую. Три недели добирался от Харькова! Этот маршрут запомнится нам на всю жизнь. Завтра праздник Октября, но какой это праздник, если вся Родина наша погружена в траур? Собираю в одну кучу своих курсантов, некоторые из которых прибыли сюда уже полмесяца назад...

3 ноября 1941

3 ноября 1941
Вторые сутки сижу в Лисках, не могу выехать даже при помощи коменданта. На дорогах от бомбежек и скопления эшелонов движение закупорено, на каждой станции скопилось по нескольку эшелонов. Сутолока, шум, крики, слезы, ругань. В середине дня комендант всунул меня в тамбур санитарного поезда. Поезд подолгу стоит на каждой станции, на каждом разъезде...
Вторые сутки сижу в Лисках, не могу выехать даже при помощи коменданта. На дорогах от бомбежек и скопления эшелонов движение закупорено, на каждой станции скопилось по нескольку эшелонов. Сутолока, шум, крики, слезы, ругань. В середине дня комендант всунул меня в тамбур санитарного поезда. Поезд подолгу стоит на каждой станции, на каждом разъезде...

31 октября 1941

31 октября 1941
В полуднях добрались до Острогожска. На окраине города нас остановили два пограничника. Проверили документы, отпустили, указали, где начальство. "Вот куда отодвинулась граница-то наша!" - говорит преподаватель Степин. В кабинете полковника погранвойск отогреваемся, отдыхаем. Здесь услышали скорбную весть - 26 октября, где-то под Каневым убит из засады фашистами писатель Аркадий Гайдар...
В полуднях добрались до Острогожска. На окраине города нас остановили два пограничника. Проверили документы, отпустили, указали, где начальство. "Вот куда отодвинулась граница-то наша!" - говорит преподаватель Степин. В кабинете полковника погранвойск отогреваемся, отдыхаем. Здесь услышали скорбную весть - 26 октября, где-то под Каневым убит из засады фашистами писатель Аркадий Гайдар...

30 октября 1941

30 октября 1941
Рано утром комендант станции втиснул нас в товарный вагон, и мы отчалили. Отъехали от Алексеевки километров двадцать. Подъезжаем к какому-то разъезду, который бомбят семь стервятников. Вышли из вагонов и смотрим, как бесчинствуют пираты. Как только фашисты улетели, попутно прострочив наш эшелон, троих...
Рано утром комендант станции втиснул нас в товарный вагон, и мы отчалили. Отъехали от Алексеевки километров двадцать. Подъезжаем к какому-то разъезду, который бомбят семь стервятников. Вышли из вагонов и смотрим, как бесчинствуют пираты. Как только фашисты улетели, попутно прострочив наш эшелон, троих...
By scrolling further, you agree to the Terms and Conditions of the Yandex Zen service.
Read full text of User Agreement

29 октября 1941

29 октября 1941
Артиллеристам спасибо! Вчера они помогли нам отремонтировать машину. Часов в десять утра мы снова на волах выволакиваем свои машины. Конюхи уже привыкли перетаскивать наши машины, за каждый раз они получали по кружке спирта. Дождь все льет. И все же мы к вечеру, преодолев километров пятнадцать, добрались до большого села Алексеевки...
Артиллеристам спасибо! Вчера они помогли нам отремонтировать машину. Часов в десять утра мы снова на волах выволакиваем свои машины. Конюхи уже привыкли перетаскивать наши машины, за каждый раз они получали по кружке спирта. Дождь все льет. И все же мы к вечеру, преодолев километров пятнадцать, добрались до большого села Алексеевки...

27 октября 1941

27 октября 1941
Дождь с полночи льет как из ведра, он вообще уже идет с месяц, а сейчас льет особенно. Все кругом раскисло в сплошной кисель, как будто вокруг нас кто-то разлил тысячи цистерн жидкого теста... Ехать надо, но ехать нельзя, да и машину еще не удалось доремонтировать. Вот уж досконально познали мы, что такое воронежская грязь во всей ее красе...
Дождь с полночи льет как из ведра, он вообще уже идет с месяц, а сейчас льет особенно. Все кругом раскисло в сплошной кисель, как будто вокруг нас кто-то разлил тысячи цистерн жидкого теста... Ехать надо, но ехать нельзя, да и машину еще не удалось доремонтировать. Вот уж досконально познали мы, что такое воронежская грязь во всей ее красе...

24 октября 1941

24 октября 1941
В середине дня у нас поломалась машина. Сидели некоторое время, перебрасывались отдельными фразами. Дождь идет по-прежнему. Впереди, с километр в тумане дождя, виднеется какое-то село. Оставляем Федьку с машиной, а мы с Богомоловым, подсучив шинели, идем в село. Кое-как добрались. Идем на конюшню. Там оказалась лишь пара волов...
В середине дня у нас поломалась машина. Сидели некоторое время, перебрасывались отдельными фразами. Дождь идет по-прежнему. Впереди, с километр в тумане дождя, виднеется какое-то село. Оставляем Федьку с машиной, а мы с Богомоловым, подсучив шинели, идем в село. Кое-как добрались. Идем на конюшню. Там оказалась лишь пара волов...

23 октября 1941

23 октября 1941
Все та же скучная картина, все та же непролазная дорога, аж записывать ничего не хочется... Горючее - на исходе, а вокруг - ни села, ни воинской части. Поистине, положение наше - хуже губернаторского. К вечеру добрались мы до какого-то хуторка, проехали километров 12. Здесь засела какая-то батарея, и ребятки пережидают дождь...
Все та же скучная картина, все та же непролазная дорога, аж записывать ничего не хочется... Горючее - на исходе, а вокруг - ни села, ни воинской части. Поистине, положение наше - хуже губернаторского. К вечеру добрались мы до какого-то хуторка, проехали километров 12. Здесь засела какая-то батарея, и ребятки пережидают дождь...

20 октября 1941

20 октября 1941
Утро в Уразове. Дождь льет обложной, а мы собираемся в путь-дорогу. До места назначения нам предстоит еще проделать 250 км. Да, когда же мы преодолеем это расстояние, если в сутки проходим 15 - 20 км? В грязи на дороге встречаются застрявшие машины, павшие лошади, бочки и пр. Досада и отчаяние наполняют душу...
Утро в Уразове. Дождь льет обложной, а мы собираемся в путь-дорогу. До места назначения нам предстоит еще проделать 250 км. Да, когда же мы преодолеем это расстояние, если в сутки проходим 15 - 20 км? В грязи на дороге встречаются застрявшие машины, павшие лошади, бочки и пр. Досада и отчаяние наполняют душу...

18 октября 1941

18 октября 1941
Все по той же непролазной грязи, в невероятных трудностях, к вечеру мы добрались до большого села Уразово Курской области, недалеко от ст. Валуйки. Грязь - буквально до пояса. - Мы уже, кажется, въехали в Черноземную область? - часто вставляет свои "шпильки" шофер наш Федька, - А здесь, я слышал, пласт чернозема до трех метров...
Все по той же непролазной грязи, в невероятных трудностях, к вечеру мы добрались до большого села Уразово Курской области, недалеко от ст. Валуйки. Грязь - буквально до пояса. - Мы уже, кажется, въехали в Черноземную область? - часто вставляет свои "шпильки" шофер наш Федька, - А здесь, я слышал, пласт чернозема до трех метров...
Updating