Основатель «Семи пятниц» бежит из страны. Новым хозяевам сети он оставил долги и мертвый бизнес

Владимиру Чамовских осталось только продать квартиру в Екатеринбурге. Других активов в России у него уже нет. Покупатель когда-то известной сети алкомаркетов тем временем считает убытки.

Бывший владелец скандально известной сети «Семь пятниц» Владимир Чамовских возвращается в Екатеринбург, чтобы продать недвижимость. Квартира в клубном доме «Тихвинъ» общей площадью 160 м2 была записана на его тещу. На продажу она выставлена за 37 млн руб. По данным источников, Чамовских надеется закрыть сделку уже до конца ноября этого года. Другой недвижимости в Екатеринбурге у него нет. Он, как и его мать Светлана Чамовских, начали избавляться от активов на Урале еще в 2015 г., когда готовились к переезду в Сингапур. Вероятно, уже тогда основатели проекта «Семь пятниц» понимали, что бизнес находится на грани банкротства.

Группа компаний «Семь пятниц» выросла из проекта «Владимир и К». Это был семейный бизнес Чамовских, основанный в 1992 г. Всё началось с одного магазина, который торговал продуктами и бытовыми товарами. Затем предприятие полностью перешло на оптовую торговлю алкоголем. В 2013 г. открывается первый магазин «Семь пятниц», в 2014-м их уже 150 — в Свердловской области, Тюмени и ХМАО. Еще через год число магазинов превышает 240 по всему УрФО. Тогда же наступила точка невозврата. Группа компаний «Семь пятниц» оказалась крайне сложной бизнес-структурой, не имеющей четкой системы управления.

«Собственник изымал все деньги из оборота, много кредитовался и тратился на новые магазины. При этом не имел нормальной бухгалтерии и финконтроля. В результате летом 2016 г., когда Центробанк стал прессовать банки, те начали переоценивать заемщиков. И «Семь пятниц» оказались в группе риска, потому что имели отвратительные балансы с не сходящимися цифрами. Промсвязьбанк и «Уралсиб» потребовали досрочного погашения, и это обрушило бизнес-империю. Денег не оказалось, и рассчитываться с поставщиками стало нечем», — рассказывает источник.

Поэтому проект решили отдать стороннему инвестору. Сеть «Семь пятниц» была продана «Юнилэнд-Алко». Эта компания была специально создана для сделки, ее бенефициар не раскрывается, однако считается, что это может быть новгородская сеть алкомаркетов «Бристоль». Детали этой сделки никогда не раскрывались.

В стоимость вошла сама сеть магазинов с оборудованием, оптовая компания и товар — франшизный проект, который бы позволил продолжить экспансию в другие регионы. Семья Чамовских получила от «Юнилэнд-Алко» 500 млн руб. Примечательно, что провести сделку от лица собственников должны были по доверенности друзья Владимира Чамовских. Молодого предпринимателя в этот момент даже не было в стране. По условиям соглашения, это лишь часть платежа. Остальные деньги пришли бы после закрытия сделки в конце прошлого года, однако новый владелец провел аудит и выяснил, что бизнес сильно переоценен, а долги делают покупку бессмысленной.

К этому моменту в Свердловский арбитраж поступили десятки заявлений о взыскании задолженности с предприятий, входящих в контур «Семи пятниц». Согласно материалам Свердловского арбитражного суда, только задолженность ООО «Владимир и компания» (оптовый поставщик алкогольной продукции в розничную сеть, входит в группу компаний) за поставленные товары и оказанные услуги достигает 500 тыс. руб., и удовлетворить требования кредиторов компания не в состоянии. В Межмуниципальный верхнепышминский отдел полиции (часть бизнеса зарегистрирована в Среднеуральске) поступило около 50 заявлений о мошенничестве со стороны Чамовских. Проверка идет уже год.

«Юнилэнд-Алко» отказалась закрывать сделку на первоначальных условиях, признавать долги прежнего владельца и стала искать способы выйти из проекта и вернуть затраты. Ликвидные активы реализованы, сеть магазинов в формате «у дома» свернута. Свердловский арбитраж 29 ноября рассмотрит заявление ООО «Алкоторг» о признании «Юнилэнд-Алко» банкротом за непогашенный долг в размере 4,3 млн руб. После этого предприятие будет ликвидировано, и от «Семи пятниц» не останется ничего, кроме исполнительных листов на руках кредиторов.