Как на нас напали волки на Памире. Ночная жизнь на границе с Афганистаном.

28 February 2020

В мае 2018 года мы вдвоем с мужем отправились в пеший поход по Памирскому тракту, с нами в компании шел ослик, мы его купили в высокогорном поселке Аличур. Ослик нес наши рюкзаки, до нашего появления он уже год бесцельно прозябал в сарае, его хозяин потерял зрение и не мог им больше заниматься. А я тогда в начале маршрута травмировала сухожилия на обеих ногах и не могла продолжать нести рюкзак на себе. У нас был вариант либо сворачивать поход, либо использовать местный лайфхак — помощь ишака. Да и опыт с новым другом нам казался очень интересным, мы назвали его Бро.

Май 2018 года, Памирский тракт
Май 2018 года, Памирский тракт

В одну из ночей, мы тогда встали всего в километре от очередного кишлака по маршруту, нашли среди каменных джунглей лесную зону протяженностью не больше 1 км, а в ширину метров 200. То есть по нашим меркам это очень скромный парк, а здесь на высокогорье это настоящий лес со всеми вытекающими: зайцы, лисы, которые мимо тебя пробегают без особого страха. И конечно же волки, но днем их не видно, да и людей они боятся. Мы поставили палатку. У меня всегда под рукой акустический свисток для отпугивания зверья и в ногах на ночь мы кладем котелки. Волки боятся скрежета металла, лязгание вилки об стены котелка способно отпугнуть стаю.

Первые совместные километры с Бро
Первые совместные километры с Бро

Еще один важный момент: люди, которые раньше видели осликов только в зоопарке (мы, и многие из вас) даже не представляют, какие истошные крики издает осел, особенно самец. Девчонки обычно молчаливые, а самцы крикуны по любому поводу. У нас в понимании этот крик миленько называется «иа-иа», и если писать буквами, то примерно так и выходит, но в жизни это истошный, совершенно неприятный вопль. Которым самцы привлекают самок для спаривания или между собой самцами рамсят при встрече, показывая кто круче, приглашая к схватке. Этим же криком ослик показывает хозяину, что хочет пить/кушать. Кричат они систематично два раза ночью, незадолго до рассвета и потом уже когда встает солнце. Мы привыкли к этим особенностям и не особо обращаем внимания, но в эту ночь было все иначе.

Выходим из Аличура
Выходим из Аличура

Сначала я проснулась от того, что в километре от нас в кишлаке резко загорлопанили собаки, начался какой-то локальный шухер. В деревнях часто лают собаки, чего-то у них там свое случилось, бывает. И я снова уснула.

Через некоторое время меня уже разбудил наш ослик. Он загорлопанил, ишаки чувствуют волков за несколько километров и от этого тоже начинают кричать. Сразу же загорлопанил второй раз, уже более истерично, и неожиданно загорлопанил в третий раз. Произошло все мгновенно, мы услышали как Бро топает копытами и будто началась борьба. Но уже в тишине. Ослик больше не кричал, а тот, с кем он боролся, тоже не произносил ни звука. Мы еще ни разу не встречались с волками и думали, что они перед нападением делают предупредительный рык.

Пьёт и соленую, думали не станет
Пьёт и соленую, думали не станет

— Волки! — вскочил резко муж и загорлопанил уже сам. Тут же мимо нашей палатки пронеслось несколько особей. Время половина второго ночи, мы в чаще, сидим внутри палатки и все что происходит снаружи, определяем только по звукам. Я нащупала у изголовья свисток и сделала несколько контрольных свистов. Валера в это время уже неприятно гремел стальной крышкой от котелка. Пошумели мы прилично, чтобы наверняка. Я выглянула в вентиляционное окошко палатки и увидела под лунным светом мирно стоящего ослика. Фух, все в порядке, стоит родненький, целый.

Но следом начался другой ад. Над нами на скале был жилой домик и мы до двух ночи слушали голос мужика, который ходил по темному лесу и громко кричал протяжное «воууу». Что это еще за фигня, запаниковала я. И вдруг осознала, что совершенно не испугалась волков, но испугалась бесстрашного мужика бродящего по темному лесу, где на охоту вышли хищники. Да и мы в конце концов на границе с Афганистаном, в 100 метрах от нас река Пяндж, а за ней уже Афганистан, откуда время от времени случаются перебежчики.

Высокогорье, Памир, 2018г
Высокогорье, Памир, 2018г

В некоторых местах этой реки глубина по щиколотку и перебежать из Афганистана в Таджикистан при желании можно на одном дыхании. По Памирскому тракту каждые 50-100 км стоят погранзаставы, пограничная зона охраняется и случаи бывают разные. Погранцы предупреждали, чтобы мы не вставали близко к реке, не привлекали к себе внезапных визитеров. И сейчас в два ночи, когда мы громко свистели и шумели металлической посудой, а наш ослик орал как резаный, если кому-то очень надо и сегодня не наш день, то найти нас у скалы можно в два счета. А протяжные звуки «воуу» могли бы спровоцировать ослика, чтобы он снова закричал. Помогая тем самым обнаружить наше местонахождение.

Но Бро молочага, не подвел нас
Но Бро молочага, не подвел нас

Мы замерли, пытаясь осмыслить, что происходит, почти не дышали. — У меня жутко трясутся ноги, долбит адреналин, — сказала я еле слышно Валере. Он крепко обнял и попросил замолчать и не шевелиться. Голос мужика уже слышался у нашей палатки, он продолжал протяжно кричать «воууу». Слава богу наш ослик не откликался, не подавал звуков. Мои ноги продолжало колотить, муж крепче прижимал к себе и когда шаги мужика исчезли, мы вдруг заговорили про пограничников.

Как на нас напали волки на Памире. Ночная жизнь на границе с Афганистаном.

Что хрен его знает, кто здесь ходит по ночам, пару недель назад до этого у нас уже был случай, когда поставили палатку у дороги, другого места не было, лезть на склон горы не хотелось, да и на отвесе лагерь не разобьешь. Тогда в темноте мимо нас на большой скорости пронесся ЗИЛ с ВЫКЛЮЧЕННЫМИ фарами, он был набит людьми не только в кабине, но и в кузове. Дороги на Памире очень опасные, много автомобилей срывается в пропасть даже при дневном свете, много смертей. Нет асфальта, насыпь из крупных камней и часто ширина дороги ровно в ширину легкового авто, пару сантиметров в сторону и ты улетишь в пропасть. Нет никаких ограждений. Мы тогда тоже очень круто напряглись, хрен знает, что тут творится ночами и может правда очень много перебежчиков, раз они ночью без фар быстро гонят, тут и днем -то никого не встретишь, а после захода солнца вообще мертвая тишина. И увидеть в ночи ЗИЛ набитый людьми с выключенными фарами, было неприятно. Будто перевозили кого-то по-тихому, без лишних глаз. Нас не заметили.

Как на нас напали волки на Памире. Ночная жизнь на границе с Афганистаном.

У пограничников есть специальные программы по работе с населением, чтобы чекать нарушителей и вовремя их отлавливать, или даже предупреждать преступные организации. И что вот этот гуляющий по лесу мужик в два ночи легко может быть с ружьем и в темноте не разобрать кто мы такие и из-за напряжения или еще чего, пристрелить тут нас на раз-два. Сами погранцы рассказывали, что в перебежчиков ночью стреляют без предупреждения и на поражение. До половины третьего меня било мелкой дрожью. Валера просил, чтобы я накрылась спальником, перестала прислушиваться и постаралась уснуть. Волки не вернутся, мужик тоже ушел. Я мечтая о рассвете выровняла дыхание и уснула.

В шесть утра мы вскочили, муж рассказал про дурацкий сон, будто выходим мы из палатки, подходим к Бро и видим, что его приходящие ночью волки все-таки его покусали. И самое неприятное, когда мы вышли проверять, все ли в порядке с Бро, мы увидели на нем несколько неглубоких ран. Его жизни раны не угрожали, но оставаться на солнцепеке ему в таком состоянии не стоило. Для начала мы достали аптечку и обработали места укусов перекисью водорода и мазью левомеколь.

К нашему лагерю неожиданно подошел мужик, бодрый такой, с лопатой. Я первым делом с вопросами, кто здесь ходит ночами, что это было и мы рассказали, что произошло. Мужик оказался лесником по имени Шагун, он в ответ рассказал, что сегодня ночью два волка поставили на уши ближайшие кишлаки. И что по дороге к нам повсюду видны их следы, он по ним к нам и вышел. Но кто кричал ночью, что за люди у вас такие бесстрашные, нам стоит опасаться местных? — не унималась с расспросами я. Шагун продолжил рассказ: здесь в кишлаках все друг друга знают на сотни километров вперед, почти все друг другу родственники и когда начался переполох и волков прогнали из деревень, они к тому времени уже успели растерзать скот (двух коров) и потом, когда в километре от кишлака жители услышали истошные вопли осла из леса, то стали друг другу звонить, спрашивать, кто забыл загнать животное на ночь.

Лесник Шагун
Лесник Шагун

Над нами скала с местом для выпаса и один жилой дом с семьей, все подумали, что кто-то потерял своего ишака и на него именно сейчас и напали волки. Позвонили хозяину дома, который над нами, попросили замониторить обстановку. Именно он ходил с сыном ночью по чаще в надежде найти ослика, который потерялся. Но ослика так и не нашли и до утра вся деревка недоумевала, чей все-таки осел орал в лесу, пока лесник не натолкнулся на нас.

Осмотр ветеринара, вся деревня помогает
Осмотр ветеринара, вся деревня помогает

Мы все утро не могли собраться с мыслями, завтрак пригорел, костер несколько раз затухал. Шагун предупредил, что идти надо к следующему кишлаку, там есть ветеринар, это 4 км и мы переживали за Бро, главное чтобы дошел. Рюкзаки понесли на себе, а ослика взяли на буксир и дотараканили его к ветеринару.

Кишлак, в котором нам помогли
Кишлак, в котором нам помогли

Местные при виде нас быстро подключились, первый же мужчина с трудом говорил по-русски, но отвел нас к себе, вызвонил ветеринара и согласился оставить ослика у себя на время лечения. К Бро на протяжении недели ходил ветеринар, делал уколы и промывку раны.

Пока Бро был на лечении, мы шили обновку
Пока Бро был на лечении, мы шили обновку

Мы в это время были вынуждены уехать в Ишкашим (ближайший город) по рабочим делам. Я удаленно работаю в организации и в определенные дни месяца обязана выходить на связь, сдавать работу.

Вернулись с подарками
Вернулись с подарками

Через неделю, когда вернулись к Бро, парень был бодр и полон сил, на животных раны затягиваются быстро. Ветеринар сказал, чтобы мы берегли себя и были аккуратнее. Ослы — любимое лакомство волков, охраняйте его ночью. Так наше путешествие снова продолжилось, но волков мы больше не встречали. Ослик Бро окреп и прошел с нами до Хорога. Там мы и пристроили его в пригороде, в частный дом в семью с детьми. В этом году, всего через 1,5 недели мы снова отправляемся на Памир. На этот раз поедем на велосипедах и в наших планах навестить бродягу любимца. Надеемся, у парня все хорошо.

__________

  • Если интересно, погнали с нами, подписывайтесь. В пути мы делаем заметки, рассказываем, что с нами происходит, с чем сталкиваемся и как решаем возникшие вопросы.

  • О наших путешествиях написана книга, по ее мотивам в конце лета начнутся съемки художественного фильма. В 2021 году этот фильм выйдет в массовый прокат. Но если не хочется ждать фильма, книгу прочитать можно уже сейчас, здесь рассказали о чем она и где ее можно приобрести.
Книга «А чего дома сидеть?» и ослик Бро
Книга «А чего дома сидеть?» и ослик Бро

Читайте также:

  1. Как спрятаться от посторонних глаз в походной жизни: заброшенные дома.
  2. Как в походе мы готовим пищу на сухом навозе.
  3. Ушла одна в поход на полгода — вернулась с мужем. История современной кочевницы.