дома нескучно
Как весело и с пользой пережить самоизоляцию

Собачья жизнь, собачья смерть

4 March

Чёрный юмор начала 90-х: вместо предисловия

На рубеже перехода от ушедшего в прошлое СССР и нарождавшейся РФ доводилось автору этих строк слышать весьма впечатляющий (потому, вероятно, и запомнившийся) анекдот, который иллюстрирует, что такое собачья жизнь и собачья смерть.

Идёт сотый год «перестройки». Жена посылает мужа в магазин – купить мяса. Через некоторое время мужчина возвращается домой с пустой авоськой и виновато говорит: «Была кошатина, четвёртый сорт, да и ту разобрали – не хватило». Тогда супруга напутствует благоверного: «Так сходи в другой магазин, где-то да купишь!»
Оказавшись в иной торговой точке и выстояв едва не километровую очередь, мужчина приходит домой со свёртком, в котором, как предполагается, должно было быть давно не виденное членами семьи мясо. Жена разворачивает плотную бумагу и видит… щепки и собачью шерсть. То ли удивлённо, то ли возмущённо вопрошает мужа: «Что же ты купил, простофиля этакий?! Иди обратно – возвращай товар! На этом бульон не сваришь!»
Через некоторое время муж приходит домой и объясняет: «Понимаешь, дорогая моя, продавец мне объяснил, что собачатина, пятый сорт, рубится вместе с будкой…»

Жестокие реалии сегодняшнего дня

Происходящие в настоящее время события, возможно, и далеки от приведённого выше гротескного описания: по крайней мере, мясо домашних животных в России в открытую не продаётся, а жестокое обращение с питомцами и любимцами (в том числе – причинение им смерти) влечёт за собой уголовное преследование.

Ещё несколько лет назад медиа-ресурсы наперебой рассказывали о «хабаровских живодёрах» - двух девушках и парне, которые были изобличены, а затем и осуждены за издевательства и лишение жизни именно домашних животных, а также совершение ряда других преступлений. Теперь об этой леденящей кровь истории мало кто вспоминает: одна жуть вытесняет другую. Но произошедшее в относительно недавнем прошлом в Саратовское области побуждает вновь обратиться к теме, о которой сообщил интернет-ресурс «Открытые медиа».

Буквально на днях, 28 февраля 2020 года, состоялось первое судебное заседание, на котором начато слушание по уголовному делу об убийстве собаки в городе Красный Кут. Что поражает с первых слов публикации, так это странные события: буквально незадолго до начала судебного процесса над живодёрами «потерпевшая зоозащитница стала свидетелем, а из дела пропали двое обвиняемых».

Первое сообщение местных СМИ по данной теме появилось ещё в мае минувшего года: в нём говорилось о том, что «четверо молодых людей заживо расчленили собаку, зажарили её и съели», а вскорости в связи с этим было возбуждено уголовное дело. В первый же день судебного заседания произошли невообразимые перемены: из дела была выведена потерпевшая – женщина-волонтёр, а двое обвиняемых сменили статус, став свидетелями.

«Садистские методы» и странности расследования. Собачья жизнь и собачья смерть Белюги

«Открытые медиа» сообщают о том, что Лидия (так зовут упомянутую выше женщину) в один из майских дней потеряла собаку по кличке Белюга. Хотя собака и была бездомной, но женщина ухаживала за ней в течение длительного времени. В тот день Лидия видела Белюгу бежавшей вслед за группой молодых людей (одного из них Лидия знала лично).

Кинувшись на поиски собаки и уточнив у соседки, куда могла запропаститься Белюга, женщина обнаружила группу молодых людей на даче у родственницы одного из них. На мангале жарились рёбра какого-то животного. Попытка Лидии выяснить у юношей, куда могла пропасть собака, ничего сначала не дала. Лишь вечером того же дня, вернувшись к соседке на дачу, женщина обнаружила страшную находку, о которой впоследствии сообщила на допросе в полиции: «Зайдя в сарай для кроликов, на поверхности земли мы увидели свежие перекопанные следы, я услышала визг кутят [щенков] и начала сразу раскапывать землю. Я вытащила двоих живых кутят и четырёх мертвых. Начала раскапывать дальше, в земле были останки Белюги: голова, кишки, шкура, лапы».

В рамках возбужденного по части 2 статьи 245 УК РФ уголовного дела (применение садистских методов при обращении с животными, совершённое группой лиц, карается лишением свободы на срок до 5 лет) были выявлены четверо подозреваемых, все – местные жители. Один из этого «квартета» попытался было скрыться, но был задержан и водворён в СИЗО. Важная деталь: хотя Белюга была бездомной собакой, но то обстоятельство, что Лидия ухаживала за ней длительное время, позволило следствию (по крайней мере, на начальном этапе) определить статус женщины как потерпевшей в рамках уголовного дела. Подобная практика, по данным «Открытых медиа», сославшихся на руководителя ассоциации «Зооправо» Анастасию Федюнину (она представляет потерпевшую на судебном процессе), далеко не единична в Красном Куте.

Первое же судебное заседание преподнесло участникам процесса весьма неожиданный сюрприз: женщина-волонтёр утратила статус потерпевшей, а стала… свидетелем. Ни она сама, ни адвокаты о таких переменах до начала судебного заседания уведомлены не были. Потерпевшей оказалась признана… администрация Краснокутского муниципального района.

Другая неожиданность – присутствие на суде только двух из обвиняемых: судьба оставшихся двух, как стало известно практически в самый последний момент, была под вопросом, ибо они не явились. А чуть позже, из информации на сайте суда, стало понятно: они «перевоплотились» в свидетелей.

Руководитель ассоциации «Зооправо» Анастасия Федюнина поделилась с «Открытыми медиа» предположением о том, что такой поворот событий допущен намеренно. Потерпевшая сторона была намеренно выведена из дела – с тем, чтобы «дать обвиняемым возможность рассмотреть дело в особом порядке». При таком раскладе очень многое меняется. А именно: признание администрации района потерпевшей стороной практически однозначно означает, что такой порядок рассмотрения «никто не будет опротестовывать». Более того, «потерпевшая сторона, которая не будет настаивать на суровом наказании обвиняемым в убийстве, поможет им отделаться штрафом вместо реальных тюремных сроков».

Показательно приведённое медиа-ресурсом суждение одной из сотрудниц муниципалитета: «Собака была бездомной, а бездомные животные – это в рамках полномочий администрации. Нам поступила информация от полиции о том, что совершено такое деяние, и так как собака была бездомной, мы считаем, что это наши полномочия и мы должны быть признаны потерпевшими. Поэтому мы сами обратились по этому поводу».

Однако «Открытые медиа» склонны верить Анастасии Федюниной, полагающей, что по закону администрация района не только не имела прав на собаку, но и не имела к ней никакого отношения в момент совершения преступления. Возможно, своё отношение к ситуации, в том числе – и к судебному процессу, могла бы высказать сторона защиты обвиняемых. Но – нет, комментария не последовало.

«Собака бывает кусачей…»

Взаимоотношения между людьми и животными (повторимся, домашними или одичавшими, но всё равно традиционно воспринимающимися как домашние) не исчерпывается относительно редкими, но от этого не менее ужасающими событиями, связанными со злодейством людей. Не столь редки, к сожалению, и другие ситуации, о которых пойдёт речь ниже.

Интернет-ресурс «Сибирь.Реалии» оповестил о введённом в нескольких районах Красноярска режиме чрезвычайной ситуации.

Обстановка действительно оказывается из ряда вон выходящей: за январь–февраль 2020 года в этом городе пять (!) жителей получили смертельные увечья, есть госпитализированные в тяжёлом состоянии. И связаны эти травмы с повторяющейся ситуацией – нападением бездомных собак.

По данным медиа-ресурса, в отношении руководителя красноярского городского управления дорог, благоустройства и инфраструктуры Евгения Петрюка суд избрал меру пресечения в виде домашнего ареста. Чиновник находится под следствием: уголовное дело возбуждено по статье о халатности, которая повлекла по неосторожности смерть двух и более лиц.

В публикации отмечено, что для улиц Красноярска наличие свор бродячих собак характерно «пару лет», и в течение значительной части этого промежутка времени всё оканчивалось относительно благополучно (если так можно оценить укусы и порванную одежду). Но так было, как говорится, до поры. Первой выявленной жертвой бездомных и бесхозяйных псов стала женщина в Кировском районе: её тело обнаружено ранним утром 22 февраля. Несколько позднее, 25 февраля, в Ленинском районе был найден загрызенным мужчина. Различные данные свидетельствуют о том, что в первые два месяца 2020 года было ещё не менее трёх погибших при аналогичных обстоятельствах человека.

Приведённые в материале мнения жителей Красноярска диаметрально противоположны: если одни предпочитают «обходить бочком» своры собак, то другие настроены более решительно, полагая единственно возможным способом решения проблемы отстрел таких животных. Один из приверженцев второй точки зрения высказался более чем понятно и достаточно доказательно, говоря о сворах собак на улицах города: «…Так-то они, вроде, спокойно там среди людей ошиваются, но при виде меня на велосипеде, кидались вот прямо всей стаей своей. Я спешиваться вынужден был и от них велосипедом отгораживаться. Так они прямо окружали. Бывало мне даже не по себе. И вот, что у них на уме? Просто ради веселья облаивают или кинутся однажды? Я вот не знаю. Не должно это быть моей заботой. Город – для людей, а не для собак. Проблему решать надо и, честно говоря, мне всё равно, как. Эффективно надо решать. Не угождать каким-то категориям граждан, а просто, не взирая ни на чьё мнение, сделать так, чтоб бесконтрольных животных на улице не было. Хотите гуманистически подходить к вопросу – честь и хвала, хотите всех перестрелять – бог вам судья. Именно что бог, а не зоозащитники. Но преступнее всего оставлять ситуацию в том виде, в котором она сейчас».

Другой житель города-миллионника, каковым является сегодняшний Красноярск, не только выказал осведомлённость о трагических случаях, но и выразил вполне однозначную тревогу: «…Я совершенно не удивлюсь, если они и на человека однажды нападут. А ребёнок если? Отлавливать их надо и усыплять, я думаю. Вот собаки людей загрызли. В миллионном городе, в 21-ом веке дикие собаки загрызли людей – вы только вдумайтесь! Как по мне, так власти, конечно, виноваты, но и тех надо привлекать, кто собак этих защищает и подкармливает».

Далеко не «местное» значение…

Хотя решение «собачьего» вопроса относится к компетенции органов местного самоуправления, проблема эта оказывается гораздо шире и глубже муниципального уровня. Да, жители микрорайона «Солнечный» из Красноярска объединёнными усилиями жаловались на бездействие властей, и их гневные письма перенаправлялись в департамент городского хозяйства. Именно на эту структуру возложена задача по наведению и поддержанию порядка в столь непростой сфере. Однако, как видно из публикации ресурса «Сибирь.Реалии» отписками чиновники общественность успокоить так и не сумели: стаи бездомных псов «никуда не делись», сохранился и «страх людей стать жертвой их агрессии».

Трагические инциденты побудили «правоохранителей» включиться в процесс реагирования: упомянутый выше Евгений Петрюк стал фигурантом уголовного дела, поскольку (так полагает следствие) «не в полной мере контролировал процесс отлова собак».

Мнения муниципальных депутатов по рассматриваемому поводу разделились. Одни вступились за чиновника, полагая перспективой расследования оправдание чиновника мэрии. Другие считают, что вина за произошедшее, хоть частично, лежит на городских властях Красноярска, которые обязаны контролировать работу подрядных организаций.

Немного личного и субъективного

Проблема отношения к бездомным и бесхозяйным собакам автору этих строк знакома не понаслышке. С ней, будучи журналистом районного издания в Хабаровском крае, сталкивался с незавидным постоянством. Возможно, одной из «последних капель» в преддверии принятия регионального нормативно-правового акта стала публикация о нападении собаки на шестилетнюю девочку: «обошлось» не то укусом, не то царапиной когтя – если говорить о физических травмах, но боязнь псов, даже их громкого лая, до сих пор младшая дочь (сегодня ей уже 14 лет) не может в себе побороть.

На тот момент ещё не был принят федеральный закон, а поэтому «детище» краевых депутатов оказалось практически нежизнеспособным. Да и саму проблему городка с чуть более чем 40-тысячным населением, хотя и районного центра, тогда рассматривали едва ли не как «местечковую блажь». Но тогда, в начале 2010-х годов, это был всего лишь «звоночек» – время набатного колокола настало позже. С принятием закона об ответственном обращении с животными.

Нормы права и… обязанностей

Интернет-ресурс «Сибирь.Реалии» напомнил о том, что этим правовым актом федерального уровня не только запрещается утилизация животных, но и предусматривается «масса обязанностей», налагаемых на предприятия, «которым поручено заниматься отловом и временным содержанием бродячих собак». Вот и получается, что желающих заниматься отловом беспризорных животных – хоть с собаками (уж простите за двусмысленность!) ищи. Да зачастую и не найдёшь: «бизнес» этот очень хлопотный, затрат – масса, а о прибыли можно только мечтать. Тогда как новые и новые факты нападений собачьих стай на маленьких детей (в Якутии, Бурятии и том же Красноярском крае, а также других регионах) стали достоянием гласности: информацию о госпитализации маленьких пациентов обнародовали органы здравоохранения.

Острота ситуации во многом связана с тем, что так называемая «передержка» собак предусматривается как ограниченное во времени мероприятие. Находящиеся какие-то дни в специальных приютах животные возвращаются в привычную для них среду обитания, и…

Гуманность и безопасность: как расставить приоритеты

Публикация интернет-ресурса «Сибирь.Реалии» вполне адекватно оценивает позиции и населения, и той его части, кто считает себя зоозащитниками, настаивающими на гуманном обращении с животными. И в связи с этим очень ёмко и точно обозначил принцип подхода к решению вопроса один из красноярских депутатов – Виталий Бондарев: «…Но нужно расставлять приоритеты. Я думаю, что в первую очередь мы должны думать о безопасности жителей нашего города и особенно детей».

Есть свой резон и в замечании активистки приюта собачьих сердец «Верность» Екатерины Сатдаровой (оно также приведено в публикации). Она заявила об отсутствии какого-либо наказания для тех, кто выкидывает домашних животных, о безответственности людей. А также – об отсутствии работы по разъяснению необходимости стерилизации животных, не имеющих племенной ценности. Да и отсутствии муниципальной программы по льготной стерилизации (процедура эта относительно проста, но является дорогостоящей). Отстрел же бродячих животных, по мнению зоозащитницы, не является эффективной мерой.

Действующее федеральное законодательство обязывает «отлавливать, лечить, стерилизовать, чипировать и выпускать обратно» бездомных псов. Требование же закона о недопущении выпуска агрессивных животных зачастую не выполняется.

Поможет ли справиться с выходящей из-под контроля ситуацией объявление в Красноярске «чрезвычайки»? И как быть людям на других территориях – распространить сферу ЧС и на иные районы и регионы? Может, федеральным властям стоит прислушаться к обращению властей сибирского города и пересмотреть закон, регулирующий обращение людей с животными?

В конце концов, известное изречение из «Маленького принца» Антуана де Сент-Экзюпери «Мы всегда будем в ответе за тех, кого приручили» – это далеко не пустой звук. Если душа человеческая – не пуста…

Георгий Кулаков

Понравилась статья? Поддержите Издание:

В Дзене публикуется только часть статей Интернет-издания Acta. Остальные материалы можно найти на сайте https://acta.tatar/. А чтобы ничего не пропустить вы можете подписаться на нас в социальных сетях!