В 1991 году мундир Кожедуба продали американцам

07.01.2018

8 июня 1920 года родился один из самых результативных пилотов второй мировой войны, трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб. Он уничтожил на своем истребителе 62 самолета противника, в том числе первый немецкий реактивный истребитель МE-262.  При этом его самолет никогда не был сбит.

Как часто в истории нам представляют отлакированных героев, которые никогда не совершали ошибок, а стойко и мужественно шли к своей цели. И в этом заключается главная ошибка: необходимо со всей тщательностью и скрупулезностью показывать все тернии, через которые прошли люди, чтобы,  в конце концов, стать образцом мужества. Судьба Ивана Кожедуба мало ему благоволила. С самого детства его жизнь была подвержена тяжелым испытаниям. А дорога в небо казалась изначально не такой счастливой, как в итоге оказалась.

Нежданный младенец

Кто мог предполагать тогда в 1920  году, после неурожая и страшного голода, что этот белоголовый младенец, родившийся у истощенной матери станет героем самой страшной войны XX века. А тогда в селе Ображиевка, где проживали Кожедубы, от засушливой жары пересох ручей, разделяющий на две части оскудевшую от голода деревенскую улицу. Надо было думать, как прокормить шестерых детей, отец из последних сил выбивался, чтобы его маленькие ребята не погибли от голода, он нанимался работать на местную фабрику, а вечерами занимался вместе с матерью обычным крестьянским трудом и спешил в церковь, где работал старостой. Приучал он к нелегким испытаниям и своих детей. Отец старался, чтобы они обучались грамоте, читали книжки. Ивану досталась от старшей сестры книга, по которой старшие его братья научили смышленого малыша первым буквам. Он стал читать в шесть лет.

Волю закалял отец

Но отец старался закалить в нем волю. Уже стал легендой случай, который Иван впоследствии рассказывал. Отец заставил его идти в темную ночь сторожить фруктовый сад. А когда сын его спросил: «Зачем сторожить деревья, когда воров не было в округе?» На этот вопрос отец ему ответил, что так он готовит его к будущим испытаниям в жизни, которые, возможно, будут намного труднее, чем темная ночь в саду. Это была истинной правдой.

Однажды вместе со своими друзьями они решили порыбачить на Десне. Поднялся сильный ветер, лодка перевернулась — два мальчика оказались в воде. Друг Ивана утонул, а он сам, ухватившись за ветку дерева, вконец обессилел и разжал руки в тот момент, когда его старший брат Александр подплыл на баркасе и успел втащить брата на лодку.

Нечего равняться на журавля

Иван повторил судьбу молодого поколения того времени: семь лет он просидел за школьной скамьей, а потом его отправили учиться на рабочий факультет Шосткинского химико-технологического техникума.

Свою первую встречу с крылатой машиной, Иван описал в своей книге так: он играл в кегли, когда услышал нарастающий в небе шум мотора. Он бросил свое занятие и стал ждать приближения самолета, а когда его увидел, то на него напала оторопеть. Тогда предприимчивые летчики предлагали покататься на самолете за плату, но Иван это сделать не решился, ему казалось, что это – какое-то чудо, а пилоты — сказочные, нереальные люди.

Он пошел в местный аэроклуб, чтобы записаться в курсанты, но там ему ответили, что набор уже закончился. Иван вернулся домой, а на следующий день снова пошел к уже знакомым воротам и настойчиво потребовал его взять учиться. Видя упорство молодого человека, его зачислили в штат с обязательным условием – он должен догнать остальных учащихся по теоретической части до начала полетов. Иван не спал по ночам, но вовремя освоил всю теорию, став лучшим учеником.

Впрочем, о своих летных успехах отцу он не признавался потому, что его брату на просьбу сына о полетах ответил ему, что за журавлями ему не стоит гоняться в небе. Услышав такие слова, Иван в горести задумался. Его родной матери, которая защищала его, своего «последыша» от сурового отца, рядом уже не было: она умерла от непосильного бремени крестьянского труда, когда Иван начал только-только учиться в техникуме. Теперь не кому было ему поделиться своими самыми сокровенными мечтами о небе.

Отец все же узнал о его увлечении потому, что начались каникулы в техникуме, где учился сын, а он все равно рвался в Шостки, где находился аэродром. Иван вставал с рассветом, чтобы успеть к занятиям. Отец отговаривать своего сына от увлечения не стал.

Наследник героев

Ивана призвали в ряды Красной Армии, где он смог настоять на продолжение своей учебы в знаменитой Чугуевской школе военных летчиков, где до революции готовили пехотных офицеров. По количеству Георгиевских кавалеров это училище было среди первых в Российской империи, выпускники сражались на Шипке, на русско-японской войне, в годы первой мировой войны. А сам город Чугуев считался во времена Ивана Грозного надежным  пограничным форпостом, основанным еще во времена татаро-монгольского ига.  Воинские традиции нескольких поколений российских воинов были в буквальном смысле сконцентрированы в этом городе и своими духовными корнями придавали новому поколению солдат душевные силы для ратных подвигов.

На фронт его не брали

Иван Кожедуб в школе пилотов прошел полугодовое обучение по ускоренной программе: в 1940 году летчиков старались уже поставить в строй как можно быстрее. Но Ивана оставили в училище, в нем разглядели талант педагога и он стал обучать курсантов с такой строгостью и требовательностью, что получил от них прозвище «Триждыдуб». Он не обижался.

Когда началась война, все его настойчивые рапорты об отправке на фронт, получили отказ. И только в 1942 году Иван, наконец, смог первый раз вылететь на боевое задание по приказу командира 240-го истребительного авиаполка майора Солдатенко. Вскоре полк получил новый самолет Ла-5, но Кожедуб остался не доволен новой машиной: оснащенная пятью баками для топлива, она была тяжеловесной и уступала по скорости самолетам противника, боекомплект тоже был недостаточным.

Первый бой

Состоящий очередной вылет по охране аэродрома, оказался для Ивана настолько неудачным, что его на какое-то время отстранили от полетов, а потом разрешали подняться в воздух от случая к случаю.

В тот злополучный день произошло вот что: Кожедуб потерял из вида своего ведущего, а потом увидел приближающиеся самолеты, которые он сначала принял за своих, а когда намеревался уже открыть огонь, захотел убедиться, что его самого не атакуют. А его атаковали – в хвосте уже пристроился самолет противника, который нанес выстрел фугасно-осколочным снарядом, который попал в кабину летчика. Иван с трудом начал сажать свой самолет, а тут еще советские зенитчики, не разобравшись в «каше» воздушного боя, открыли по его самолету огонь, приняв за немецкий истребитель.

После этого молодого летчика надолго лишили неба. Он стал анализировать свои ошибки, чертить бесконечные схемы боя, перенимая методику ведении сражения у Александра Покрышкина. Так на земле он продолжал учиться летать. А бои шли жестокие.

6 июля 1942 года Иван сбил  первый пикирующий бомбардировщик Юнкерс-87 над деревней Завидовка, на следующий день поразил второй в районе станции Гостищево.

Сбил два самолета в один день

Через несколько дней, 9 июля над Красной Поляной Кожедуб сбил истребитель  Bf.109 и такой же самолет противника уничтожил в небе над деревней Покровка.

Навигационная линейка Кожедуба

В бою над Курской дугой вырабатывался особый почерк ведения самолета, присущий Кожедубу. Он овладел наукой высшего пилотажа, выполняя «горки», пикирование на предельной скорости. Всегда носил с собой навигационную линейку типа НЛ-7 – ее длина 23 сантиметра — для того, чтобы со всей тщательностью производить радиус разворота самолета по крену и скорости, находить оптимальное сочетание скорости атаки, прокладывать курс с учетом бокового ветра. Сегодня эта линейка является частью экспозиции, посвященной легендарному летчику в музее Вооруженных сил.

Но, пожалуй, самым лучшим прибором были глаза Ивана. Обладая от природы острым чувством дистанции, он обладал отличным глазомером, открывая огонь на дистанции в 200-300 метров, поражал противника с первого захода, подтверждая свой постулат – нападать надо первым.

«Батя, ты горишь!». 12 октября 1943 года

Когда Кожедуба снова отправили в небо, он едва не погиб. В своей книге Иван описал впоследствии подробно обстоятельства этого тяжелого боя (это книга называется «Верность Отчизне»), когда он атаковал немецкий бомбардировщик.

«Начинаю атаковать его сверху – он так прижался к земле, что снизу не подойдешь. Стрелок ожесточенно отстреливается, но пулеметные трассы летят мимо. Длинная очередь и бомбардировщик вспыхивает.

Взмываю над пылающим бомбардировщиком. Раздается невнятный звук – любой удар о самолет слышишь, несмотря на гул мотора. Слышу испуганный голос Васи Мухина: «Батя, ты горишь!»

Быстро осматриваю левую плоскость – тут все в порядке. Посмотрел вправо — из бензобака выбивается огненная струя. Холодок пробежал по спине: да я и в самом деле горю! Пока не поздно надо прыгать с парашютом. Быстро открываю фонарь. Отстегиваю привязные ремни. И вдруг вспоминаю – внизу враг. Направляю самолет прямо на них. Стремительно вырастает земля. Еще осталась надежда, что можно сорвать пламя, если резко задеру нос самолета. Выхватываю самолет прямо над головами оторопевших немцев. И слышу радостный голос ведомого:

— Батя, пламя сорвано! Живем!»

Он снова чудом остался в живых.

Классическая атака Кожедуба

Образцом тактики в полете можно считать один из боев, развернувшийся в небе над Курском. Однажды Кожедуб на Ла-7 был ведущим. Советские самолеты шли во время облачной погоды и увидели впереди немецкие Фокке-Вульфы, которые могли победить в бою, если имели тактическое преимущество по высоте. Кожедуб, зная об этом, научился лишать немцев этого преимущества. Он догнал немецкий «караван» FW.190 и на предельной скорости пролетел у них под брюхом, расстрелял ведущего. От такой неожиданной атаки немцы растерялись, смешали строй, один из пилотов открыл огонь по самолету Кожедуба, но Иван открыл огонь и расстрелял самолет противника. Тем временем советские самолеты атаковали сверху самолеты противника. Иван снова атаковал.  Несмотря на численное преимущество, немецкие самолеты развернулись и ушли на запад.

Первая звезда Героя

В начале 1944 года Ивану присвоили звание Героя Советского Союза за 20 сбитых самолетов противника и 146 боевых вылетов.

В мае он пересел на новую модификацию самолета «Ла-5ФН», построенного на средства пчеловода из Сталинградской области Василия Конева: в память о погибшем племяннике-летчике Георгии Коневе он попросил построить самолет и отдать его самому лучшему летчику.

В августе этого года счет сбитых Иваном самолетов вырос более чем в два раза – 48 вражеских машины и 256 вылетов. Он получил вторую Звезду Героя и новый самолет «Ла-7»

Неофициальный счет: плюс два американских P-51 «Мустанг»

В небе над Берлином Кожедубу пришлось наказать своих союзников-американцев. Они летели стройным клином на P-51 «Мустанг» и в этот момент неожиданно были атакованы немецкими истребителями. Иван, видя, что союзникам придется плохо, рванул на своем истребителе на помощь, открыл огонь по немцам, отогнал их от американских самолетов. Но неожиданно в сторону самолета Кожедуба полетели американские трассирующие пули, которые Иван сразу же распознал и незамедлительно решил наказать союзников. Он сбил один самолет, а когда второй самолет попытался открыть огонь, его постигла та же участь. Американцы бросились врассыпную и больше не стреляли по советскому самолету.

Пленку с запечатленным фотопулеметом боем – он начинал работать в момент нажатия на гашетку —  Иван отдал командиру и доложил обстоятельства произошедшего неприятного инцидента, политические последствия от этого могли быть самыми неприятными. Но Кожедуба решили поберечь, не предавать широкой огласке этот случай. Еще раз Ивану пришлось встретиться с американцами в небе над Кореей.

Завещание Кожедуба накануне последнего боевого вылета

В музее вооруженных сил хранится завещание Ивана Никитовича, которое он написал в середине 16 апреля 1945 года, накануне своего последнего боевого вылета: «Иду в бой с полным сознанием задачи поставленной партией коммунистам. И если погибну, то знаю, что отдал жизнь за Родину, за родного Сталина. Прошу боевых товарищей не останавливаться, пока не увидят стен Берлина». Эти стены Иван увидел со всеми победителями.

17 апреля 1945 года он целым вернулся с боевого вылета в годы второй мировой войны.

Статистика Победы

В 1945 году гвардии майор Иван Никитович Кожедуб получил третью Звезду Героя за 330 боевых вылетов и 62 сбитых вражеских самолета: среди них — 17 бомбардировщиков Ju-87,  два бомбардировщика Ju-88 и два He-111, 16 истребителей Bf-109 и 21 Fw-190, три штурмовика Hs-129 и один реактивный истребитель Me-262.

«Моя ласточка»

В 1945 году война для него не закончилась. Он смог насладиться мирным небом во время Парады Победы, когда в первых рядах он вместе со своими боевыми товарищами прошел по Красной площади.

Кожедуб пользовался особым расположением со стороны Иосифа Сталина, который оставил легендарного летчика служить в Московском военном округе в 176-ом  гвардейский Проскуровском полку, который наряду с другими авиационными подразделениями ВВС подчинялись Василию Сталину.

Счастливое послевоенное время, казалось, наступило навсегда. Иван встретил свою единственную и неповторимую жену в обычной электричке, на которой он ездил из Москвы в Монино, где учился в военно-воздушной академии. Кстати, в Монино потом разместится авиационный музей, где будет выставлен легендарный самолет Ивана – Ла-7. Рассказывают, что Иван подходил к нему и гладил обшивку. «Моя ласточка», — говорил он при этом.

А дома его ждала еще одна ненаглядная ласточка – жена. Прошло пять счастливых лет. У них родилась дочь Наташа. Он подружился с Александром Покрышкиным, который работал в ПВО. Их семьи жили в одном доме.

Кожедуб – Крылов на второй войне

В 1950 году Ивана по правительственной связи отозвали из санатория, чтобы направить его в долгосрочную командировку в Корею, где он, командуя 324-ым истребительным полком под псевдонимом Крылов, неоднократно сбивал летающие американские «крепости». Но личный счет свои победам он не вел, а  засчитывал сбитые самолеты противника за своими учениками – пилотами полка.

Вернулся домой живым и невредимым, хотя его жена очень сильно волновалась, ожидая его со второй, секретной войны: Советский Союз нигде не афишировал свои действия в ходе корейской войны.

Мундир маршала продали в 1991 году

А дальше потекла мирная жизнь, наполненная трудовыми буднями. Его много раз звали на различные выступления перед коллективами заводов и фабрик, приглашали в школы. Он никому не отказывал, но всегда очень сильно смущался тому пристальному вниманию и почету, что ему всегда оказывали. В 1985 году, накануне дня Победы ему присвоили звание маршала авиации.

Умер он от сердечной болезни у себя на подмосковной даче в августе 1991 года, не узнав, что его родина-Украина перестала быть в составе единого государства под названием Советский Союз. Этого Иван Кожедуб не мог представить себе даже в самом страшном сне. А уж события сегодняшних дней – тем более. А еще не мог представить себе маршал авиации, что его боевые награды окажутся в руках тех, против которых он воевал. Сейчас уже неизвестно, кому из родственников принадлежала инициатива продать реликвию в чужие руки: на волне новых реформ все советское прошлое предавалось анафеме, настоящие ценности ввергались в пучину беззакония.

Мундир трижды Героя Советского Союза в 1991 году был продан в Америку частному коллекционеру. Чтобы вернуть реликвию на родину, российским музейщикам в 2003 году пришлось потратить немало сил и средств. Но историческая справедливость была, наконец, восстановлена. Сегодня потомки трижды Героя Советского Союза с честью продолжают в небе его историческое наследие.