Михаил Васьков представляет: Евгений Милевский. Чемпион из нефутбольной Латвии!

КРУТЫЕ ВИРАЖИ ЕВГЕНИЯ МИЛЕВСКОГО

Современные фанаты при упоминании фамилии футболиста Милевского назовут вам, скорее всего, Артема – бывшего форварда киевского «Динамо» и сборной Украины, либо Евгения – молодого полузащитника «Гомеля» и сборной Беларуси. Пожалуй, вряд ли кто сразу и вспомнит двойного тезку второго – рижского нападающего советских времен. Между тем Евгений Владимирович Милевский – лучший, по версии Латвийской федерации футбола, футболист Латвии XXвека! Он неизменно был среди лучших бомбардиров Первой лиги, а его конечный результат – 102 мяча – вполне «гроссмейстерский». Милевский входит во вторую десятку символического «Клуба Виталия Раздаева», объединяющего по аналогии с «Клубом Григория Федотова» главных снайперов нашего второго дивизиона.

Парень из «нефутбольной» республики

…Уроженец Юрмалы, курортного пригорода Риги, Евгений начал заниматься футболом в детской рижской футбольной школе. Восемнадцатилетним юношей он получил свое первое «назначение» во взрослую команду – рижский «Прогресс», заявленный в региональном первенстве Латвийской ССР. Казалось бы, парню уготовлена судьба провинциального футболиста, всю жизнь пинающего мяч в заштатных коллективах класса «Б». Ведь и главная-то латвийская клубная дружина «Даугава» выступала тогда только во Второй лиге (третьем дивизионе советского футбола), а сама Латвия слыла одной из самых «нефутбольных» республик Советского Союза.

Но тут неожиданно случился первый вираж судьбы. В ту пору главным тренером «Даугавы» стал молодой и амбициозный Янис Скределис, взявший курс на резкое омоложение состава.  Исповедуя принцип, что легче научить, нежели переучивать, он пригласил в команду целую группу вчерашних юниоров (Скределис возглавлял в 1977-80 гг. юниорскую республиканскую сборную). В числе приглашенных оказался и Милевский.

Рижане стали ставить перед собой задачи, еще вчера казавшиеся несбыточными –  уже в 1982 г. они вышли в Первую лигу. Немалый вклад в успехи футбольной дружины вносил и Евгений, который потихоньку наловчился забивать. Естественно, что к талантливому нападающему стали приглядываться селекционеры из высшего футбольного общества. Жизнь делает второй крутой вираж – Милевский оказывается «на смотринах» в Высшей лиге, и не где-нибудь, а в самом «Спартаке»!

В составе красно-белых и триумфальное возвращение

В результате, сезон-1984  Евгений проводит у К.И. Бескова, который пробует его в дубле, иногда доверяет место и в основе. Именно в красно-белой фуфайке я впервые и увидел на поле этого рослого, техничного форварда таранного типа, лихо закручивавшего виражи на поле. Казалось, именно такой игрок сможет органично вписаться в схему «спартаковских» «кружев». Но в Москве снайперский прицел у Евгения словно сбивается, да плюс еще новые требования, новый коллектив, новый быт… В общем, Милевский в составе красно-белых, увы, не прижился и вернулся в Ригу.

(Кстати, говорят, что именно с тех пор в латвийской столице и существует собственный фэн-клуб «Спартака», поскольку рижские болельщики продолжали следить за выступлениями своего любимца в составе москвичей, да постепенно так прониклись спартаковским духом, что уже не смогли жить без самой «народной» нашей команды – М.В.).

…Следующие три сезона стали самыми удачными в истории рижского футбола. Народ валом валит и на «Даугаву», и на Милевского, возвращение которого оказалось триумфальным. Футбол по популярности в республике догоняет хоккей! (Помню, мы с друзьями даже несколько раз гоняли в Ригу, чтобы тоже воочию увидеть игру чудо-команды. До сих пор храню в коллекции рижские футбольные программки тех лет…)

«Даугава» завоевывает «малые» золотые медали чемпионата СССР-1985 и «малую» бронзу 1986 и 1987 гг., и лишь по иронии судьбы не попадает в Высшую лигу из-за бесконечных тогда футбольных реформ. Милевский же забивал исправно. В восемьдесят пятом он с 23 голами, вошел в число лучших снайперов лиги, уступив звание главного бомбардира лишь блиставшему тогда Валерию Шмарову. В восемьдесят шестом у Милевского 14 мячей, в восемьдесят седьмом – 16, в восемьдесят восьмом – 18.

Несбывшиеся надежды

Однако несбывшиеся ожидания пагубно отразились на коллективе. Были раздосадованы болельщики, стало отмахиваться начальство, в прессе пошла острая критика. Что-то нарушилось в некогда безупречном рижском футбольном механизме. Многие игроки, вспоминал потом Милевский, ощущали себя опустошенными, уставшими от футбола. К тому же, практически все основные мастера «Даугавы» вступали в критический с точки зрения футбола возраст – ближе к тридцати

А самого нашего героя надломила, казалось бы, обыкновенная чиновничья черствость. В конце 1988 г. местная федерация футбола должна была выделить Милевскому с супругой в качестве заслуг отдельную квартиру. Но кто-то «стуканул», что Евгений, де, вовсе не нуждается в улучшении жилищных условий, поскольку его мать проживает одна в целой «двушке», где вполне могут разместиться и «молодые»! Кто не жил при социализме, с его неразрешимым квартирным вопросом, тот никогда не поймет, почему Евгений расценил анонимку не только как крушение всех своих надежд, но и как личное оскорбление.

Последующие события привели к новому крутому виражу в судьбе форварда. Разругавшись с латвийским футбольным начальством и его партийными кураторами, Милевский написал заявление об уходе из «Даугавы». Поначалу он было принял предложение известного тренера Виктора Прокопенко продолжить, а вернее, завершить (ему тогда стукнуло 28, и радужных иллюзий на будущее форвард никаких не питал) карьеру в «Черноморце». Однако, взвесив все «за» и «против», решил все же не менять Ригу на Одессу, а… подал документы на выезд из страны, воспользовавшись своими еврейскими корнями.

Израильская виза и венские купцы

Тогда, в восемьдесят девятом, это можно было сделать уже, в общем-то, не опасаясь за какие-либо последствия со стороны властей. Да, и в обстановке начавшегося развала всего и вся, а также принимая во внимание оскорбленное чувство собственного достоинства и невозможность продолжения жизни в Риге в условиях конфликтной ситуации с сильными мира сего, для Милевского эмиграция казалась наиболее приемлемым выходом. Он решил попробовать начать жизнь заново, вдалеке от берегов Балтики. О футболе больше и не думалось…

Получив израильскую визу, Евгений с женой Любовью задумали ехать в США, вылетев из СССР по традиционному для той поры «еврейскому» маршруту через Европу. Первым перевалочным пунктом для эмигрантов той волны была Вена. Каково же было удивление Евгения, когда буквально в аэропорту на него вышел менеджер венского «Рапида»! «Мы ждем вас на тренировке команды», – заявил он оторопевшему форварду. Разгадка оказалась простой – за «Рапид» тогда играл бывший одноклубник Милевского по московскому «Спартаку» Сергей Шавло, который и порекомендовал посмотреть рижанина своим новым боссам.

После «двусторонки» прямо на стадионе (как высоко всё же котировалась советская школа футбола!)  Милевскому был предложен контракт. Евгений, в свою очередь, взял тайм-аут для размышления – все-таки все его дальнейшие планы были связаны с США. «Ну, никуда от футбола не деться!», – наверняка именно так подумал Милевский, когда чуть ли не на следующий день у него  появились очередные футбольные «купцы». На этот раз от главного «рапидовского» конкурента в австрийской Бундеслиге – венского клуба «Аустрия». В свою очередь, они также принялись отговаривать форварда от дальнейших перемещений по миру, предложив даже более выгодный контракт, нежели «Рапид».    

И все-таки Милевские двинулись дальше. Впереди их ждали  описанные в литературной классике «римские каникулы» – время в эмигрантском лагере, пока США не дадут разрешение на въезд в страну…

Неизвестно, как бы сложилась дальнейшая судьба нашего героя, если бы юристы «Аустрии», проявив изрядную настойчивость, не разыскали его и в Вечном городе! «В австрийском посольстве Вас ждут две тысячи долларов и билеты на самолет в Вену», – заявили по телефону Милевскому. Мы не знаем, какие еще аргументы были приведены, только в результате  форвард все-таки принял  предложение. И в сезоне 1989/90 он уже регулярно выходит на поле в основном составе «Аустрии», регулярно забивает. Через пять месяцев Евгений и Любовь получают австрийское гражданство.

Новая и старая родины

Время показало, что решение было правильным: «австрийский» период футбольной карьеры оказался для Милевского самым удачным. С «Аустрией» Евгений добился всего того, чего ему не довелось получить в Союзе – поиграть в сильнейшей лиге страны, завоевать Кубок (в 1990 г.), стать чемпионом (в 1991 г.). К тому же деньги, полученные за контракт, позволили наконец-то разрешить и столь волновавший его «квартирный вопрос». После «Аустрии» Милевский в 1991-94 гг. выступал за клуб австрийской Первой лиги «Санкт-Пёльтен» из одноименного города, столицы земли Нижняя Австрия, где он также время от времени «тряс стариной», поражая ворота соперников. Затем еще пару сезонов выходил на поле в составе команд низших австрийских лиг.

Кстати, Евгений мог осуществить вообще уж голубую мечту любого футболиста – поиграть на чемпионате мира. Как австрийский гражданин он был заявлен в списке кандидатов на мундиаль-90 в Италии, и только полученная травма помешала ему оказаться среди «сборников». Не получив приглашение в главную команду Австрии, Милевский получил его несколько лет спустя из… ставшей независимой Латвии. Хоть уже и на излете карьеры, но Евгений сыграл-таки за сборную! Форвард выступил за латышей в трех матчах в ходе отборочного турнира к Евро-96, и даже отметился голом в ворота Португалии! Впрочем, история умалчивает, на каком правовом основании Милевский надевал латышскую малиновую фуфайку – ведь, если верить справочникам, то гражданства Латвии у него как не было, так и нет. И даже признание Латвийской федерацией футбола в 2006 г. Евгения одним из 11 лучших футболистов страны ХХ века, не дало к этому оснований. В общем, «темна вода во облацех»…

Точно известно лишь то, что Евгений Владимирович с женой Любовью и дочерью Диной и сегодня проживают в Австрии. Окончательно наш герой с футболом так и не «завязал»: в настоящее время, как мне рассказали знакомые рижане, он работает футбольным агентом, являясь связующей нитью между Австрией и странами бывшего СССР.   

Михаил ВАСЬКОВ