Нарушения религиозных прав и свобод в Украине: взгляд Московской патриархии и ООН

21 СЕНТЯБРЯ 2018 АЛЕКСЕЙ ПЛУЖНИКОВ

Одна из любимых тем в официальных и околоофициальных СМИ РПЦ и УПЦ МП в последние годы — это тема нападений или угроз о нападении на храмы УПЦ МП со стороны «раскольников». Обычно эти сообщения подаются в усиленно алармистском духе, призванном создать у читателей, принадлежащих к Московскому Патриархату, впечатление о чуть ли не перманентной религиозной войне в Украине, где верующие МП находятся в постоянной угрозе физического уничтожения. (При этом не стоит отрицать, что факты столкновений за обладания храмами были, и порой были довольно жесткими.)

В последние недели, в связи с решением Константинопольского патриарха Варфоломея предоставить Украинской Церкви автокефалию, для чего он отправил в Украину двух своих экзархов-епископов, алармистская риторика в устах официальных спикеров МП резко усилилась. Теперь аргументация звучит так: если Константинополь даст автокефалию, то даст он ее «раскольникам» — Киевскому Патриархату и УАПЦ, потому что УПЦ МП никакой автокефалии не нужно. А это  в свою очередь приведет к «религиозной войне» и захвату храмов МП со стороны КП при поддержке украинского государства. Так, в частности, 18 сентября в интервью заявил управляющий делами УПЦ МП митрополит Бориспольский и Броварской Антоний:

«…Филарет сам говорил, что если будет создана такая квазицерковь, то первым, чем они займутся — это захватом лавр.
…На протяжении последних четырех лет наша Церковь хоть один храм у кого-нибудь захватила? А посмотрите, что творят представители КП. За это время захвачено около 50 наших храмов, и это происходило даже с применением оружия. Что же будет, когда они получат государственную поддержку — поскольку создается именно государственная церковь?
… Также некоторые националистические группы получили указание 14 октября совершить провокации в Киево-Печерской и Почаевской лаврах».

Об «угрозах» в тот же день заявил и наместник Киево-Печерской Лавры митрополит Вышгородский и Чернобыльский Павел:

«Сейчас звучат угрозы, что 14 октября, на Покров, будут вновь захваты святынь — т.н. „московских центров“. Почему „московских“, а не „Христовых“? Разве у нас здесь Москва? Мы здесь проповедуем Христа, распятого и воскресшего из мертвых, и призываем всех быть христианами — не по букве, а по жизни».

20 сентября уже российский портал «Православие и мир» публикует, со ссылкой на «Информационно-просветительский отдел УПЦ» новость с интригующим названием «Мониторинговая миссия ООН сообщила о нападениях на храмы Украинской Церкви». Для многих православных читателей, особенно в России, уже одно название является сутью новости: на храмы УПЦ МП нападают!

Но заглянем в новость, которую предоставляет Информационно-просветительский отдел УПЦ, а Правмир перепечатывает:

«В течение отчетного периода (с 16 мая по 15 августа 2018 года) УВКПЧ (Управление верховного комиссара ООН по правам человека — ред.) задокументировало шесть нападений на храмы Украинской Православной Церкви Московского патриархата, — отмечается в документе. — Например, 5 августа 2018 года в Одессе на входной двери трех храмов были написаны слова „Отделение ФСБ“».
При этом наблюдатели уточнили, что полиция возбудила уголовные дела по двум из шести зафиксированных инцидентов».

Итак, за три месяца — шесть нападений, из них три — это надписи на дверях храмов — «Отделение ФСБ» (странные надписи, не так ли?..). Явно ведь, что надписи в один день в одном городе с одинаковым текстом сделали одни и те же (или один и тот же) люди/человек. По двум случаям нападений возбуждены уголовные дела. 

Посмотрим, что было в России в эти же три месяца.

19 мая — боевики напали на храм Михаила Архангела в Грозном, с намерением взять заложников. Был убит прихожанин и двое сотрудников правоохранительных органов. Нападавшие убиты. (В феврале было похожее нападение на храм в Кизляре, там погибли несколько прихожан.)
10 августа — от поджога сгорела уникальная деревянная церковь в Кондопоге. В поджоге подозревают подростка с психическими отклонениями.
13 сентября — в Ивановской области грабители связали священника и служителя храма и вынесли 26 икон.

«Стоп, стоп, стоп! — закричат тут возмущенно читатели (и будут правы): — Это все не то — в Украине нарушаются религиозные права и свободы одной Церкви в угоду другой, неканонической, «раскольнической»! Это разные вещи — в России просто уголовка!» Да, хотя нападения на храмы в Чечне трудно назвать уголовкой.

Ладно, тогда вернемся к докладу комиссии ООН, на которую ссылаются (довольно опрометчиво) официальный портал УПЦ МП и околоофициальный портал РПЦ МП — Правмир.

Заглянем в полный текст документа (ниже цитируем неофициальный русский перевод документа).

Не будем, разумеется, обращать внимание на факты нарушений прочих прав человека в Украине, «ДНР» и «ЛНР», а также в Крыму, который, на минуточку, комиссия ООН считает «оккупированной Россией территорией». Не будем обращать внимание на пытки, убийства мирного населения в военном конфликте на востоке Украины, лишения имущества граждан, угрозы, насилие (со всех сторон конфликта) — что́ эти факты в сравнении с теми вопиющими случаями нарушения прав УПЦ МП, когда на дверях пишут такие страшные вещи о таких страшных организациях, Которые-Нельзя-Произносить-Вслух? Обратимся же к нарушениям именно религиозных прав и свобод.

Да, комиссия упоминает эти нападения на храмы, о которых говорится в новости Правмира. Но также комиссия упоминает и о том, как «105. 21 июня 2018 года „МГБ“ закрыло единственную действующую мечеть в Донецке. В помещении был произведен обыск, была изъята религиозная литература, а двух прихожан-мусульман допросили и заставили подписать обязательство не оставлять территорию, контролируемую „Донецкой народной республикой“».

Действительно, подумаешь, мечеть какая-то, туда ей и дорога…

Далее, комиссия сообщает, что на территориях «ЛНР» и «ДНР» приняты законы, требующие обязательную регистрацию всех религиозных объединений:

«102. На территории, контролируемой двумя „республиками“, процедуры обязательной регистрации всех религиозных организаций ограничивают свободу религии или убеждений и создают для прихожан проблемы в плане защиты.
103. На территории, контролируемой „Луганской народной республикой“, 2 февраля 2018 года был принят „закон“, который предусматривает, что все религиозные организации, желающие действовать на данной территории, должны зарегистрироваться в шестимесячный срок, а отсутствие регистрации будет считаться прекращением деятельности. Срок регистрации был продлен до 15 октября. Закон требует представления персональных данных учредителей организации, при этом для регистрации организации она должна иметь как минимум 20 учредителей (из-за этого ее члены становятся учредителями). Это требование для многих религиозных организаций создает двоякую проблему. Некоторые прихожане не хотят, чтобы „власть“ знала об их принадлежности к определенной религиозной организации. Некоторые боятся столкнуться с трудностями на территории, контролируемой Правительством, если станет известно, что они зарегистрированы в „республике“.
104. Аналогично на территории, контролируемой „Донецкой народной республикой“, 13 апреля 2018 года был принят „закон“ „о свободе вероисповедания и религиозных объединениях“, который требует от всех религиозных организаций до 1 марта 2019 года пройти процедуру „регистрации“. Тем, кто этого не сделает, не будет разрешено действовать на территории, контролируемой „Донецкой народной республикой“».

Итак, на территории «ДНР» и «ЛНР» граждане разных религиозных объединений боятся открыто заявлять о своих религиозных убеждениях, опасаясь нарушений своих прав и свобод. Но ведь это их проблемы, не так ли?

Далее, Крым, который, напомним, комиссия ООН считает «оккупированной Россией территорией»:

«106. Российская Федерация продолжила применять в Крыму и Севастополе свои законы, нарушая тем самым установленное международным гуманитарным правом обязательство соблюдать законодательство оккупированной территории.
107. Кроме того, УВКПЧ зафиксировало вопиющие нарушения права на справедливое судебное разбирательство, в частности ретроактивное применение Российской Федерацией уголовного законодательства, произвольное вмешательство в личную жизнь, от чего несоразмерно сильно страдали крымские татары, и посягательство на осуществление свободы религии. В целом на протяжении отчетного периода УВКПЧ задокументировало 47 нарушений и ущемлений; 25 из этих нарушений имели место в отчетном периоде. Правительство Российской Федерации несет ответственность за 22 из них, а Правительство Украины — за три.
…111. В Крыму продолжалось судебное преследование по обвинениям, связанным с терроризмом, мусульман, подозреваемых в членстве в радикальных организациях и группах. В мае 2018 года УВКПЧ зафиксировало три новых случая задержания мужчин из числа крымских татар, обвиняемых Российской Федерацией в принадлежности к „Хизб ут-Тахрир“* (*14 февраля 2003 года Верховный суд Российской Федерации запретил „Хизб ут-Тахрир“ как террористическую организацию) . Всего с начала оккупации по меньшей мере 33 жителя Крыма были арестованы за возможные связи с радикальными мусульманскими группами, а четверо из них были осуждены.
113. В большинстве случаев, задокументированных УВКПЧ, обвинения против мусульман основывались на содержании разговоров между ними, во время которых они обсуждали развитие событий в мире, религиозные труды, мусульманскую культуру и применение законов шариата. Ни в одном из известных УВКПЧ случаев власть Российской Федерации не представила никаких достоверных доказательств того, что ответчики призывали к применению силы, нарушению общественного порядка или участию в незаконной деятельности в Крыму. УВКПЧ напоминает, что свобода исповедовать религию или убеждения может подлежать лишь тем ограничениям, которые установлены законом и которые необходимы для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья и морали, равно как и основных прав и свобод других лиц».

***

Итак, что мы видим из заключения комиссии ООН о нарушениях религиозных прав в Украине (Крым и территории «ЛНР» и «ДНР» считаются комиссией входящими в состав Украины)?

Во-первых, то, что нарушаются права разных религиозных объединений, и страдания православных УПЦ МП от надписей на дверях пока не самые кошмарные из перечисленных.

Во-вторых, официальным и полуофициальным МП-СМИ  следовало бы аккуратнее пользоваться источниками, потому что вырванная из контекста информация выглядит удобной для подтверждения собственной политики дня, но в целом эта информация скорее работает не в пользу МП, вернее, не в пользу «единства» УПЦ МП с РПЦ.

В-третьих — кажется, что «угрозы» о нападениях, и даже немного самих нападений (типа надписей на дверях) — выгодны МП. Это и удобный повод кричать о насилии со стороны «раскольников», и о том, что надо «сильнее сплотиться вокруг РПЦ и патриарха Кирилла». И для этого можно и толкнуть кого-то на провокации (или, возможно, самим эти провокации подстроить). Но это лишь наши домыслы, пусть они домыслами и остаются.

В-четвертых… а впрочем, в-четвертых и в-остальных, дорогие читатели, не верьте нашим домыслам: делайте самостоятельные выводы, используя разные источники, слушая голоса разных спикеров, и сравнивая на весах интуиции и совести: кто ратует за честность, объективность, за религиозный мир и братство между народами, а кто, прикрываясь лицемерными словами о мире и братстве, ведет свою политическую игру, обслуживая интересы не Церкви Христовой и паствы, а властных амбиций церковных и государственных начальников.

И да, стоит вновь напомнить: мы — ни за кого. А то невнимательный читатель ошибочно может сделать вывод, что «Ахилла» «топит» за Первый КП (Константинопольский патриархат), или за Второй КП (Киевский патриархат), всячески пытаясь найти огрехи в родненькой МП, единственном канонически православном «Третьем Риме» (ой…).

Нет, мы просто следим за всем этим со стороны, и то, что видим, пытаемся назвать своими именами. И эти «имена» частенько не совпадают с лексикой официальных церковных спикеров и СМИ.