- Мама, где вы? Это я, ваш сын Степан! Нет больше моего брата на свете, но я жив... Мама, где же вы? Почему не встречаете?

Стонет и бежит Степан, сердце его чуть ли не выпрыгивает из груди. Бежит он весь вспотевший, тревожный. Как же долго он не был в родном селе! Как же давно не видел свою мать! Как же долго он пробыл на войне!

Прибежал он в деревню, вернее в то, что осталось от деревни и ужаснулся: спаленные дома и сады, куча черепков и ям.

- Мама, где же вы? Это я, ваш сын Степан! Нет больше моего брата на свете, но я жив... Мама, где вы? Почему не встречаете?

Подбежал парень ко своему родному двору, где прошло его детство вместе со старшим братом Васькой. Жалобным голосом опять зовет свою мать:


- Мамочка моя родная, где же вы? Почему не встречаете меня? Почему не слышу вашего милого голоса? Где вы, моя седая матушка? Почему не выходите?

Тревога усиливалась. Бедный парень остановился, поднял глаза на свой дом - нет дома. Взглянул на когда-то пышный и густой фруктовый сад - нет сада. Только одинокая яблонька, а на яблоньке...

О, ужас, о вселенская грусть...


Когда мать Степана и Васьки была еще жива и дом не был разрушен, зимним вечером в лютую погоду постучали к ней в деревянную дверь.

- Кто там?

- Тетенька, пустите нас, пожалуйста, или погибнем.


- Что же вы, голуби, чьи вы, откуда? - Ярослава Станишевская быстро открыла дверь.

- Свои мы, русские. Пустите, плохо нам.


- Сыночки молодые, заходите скорее, надо дверь закрыть, увидит еще-кто, донесет.


Парни вошли в дом, немного погрелись возле печки, а затем пошли спать. Моментально уснули и проспали больше двух дней. Старушка думала уже не проснутся.

Ухаживала за ними, а сама вспоминала своих сыновей. Где же они? Когда придут и придут ли? Дети мои, дети.


Проснулись накнец-то парни, стали рассказывать о себе старушке и о своих делах на фронте. Храбрыми они были и бесстрашными. Природа наградила их большой выносливостью.


Долгими вечерами разговаривали они в темной хате. Расспрашивала их о многом Ярослава и ужасалась, когда слушала их рассказы.

Говорили они Станишевской, что скоро уйдут, как только снег растает.

- Еще немножечко полежим и опять уйдем на фронт. Не плачь, мать, такая наша миссия.

- Такие же и мои сыновья. Что же с вами поделать.

Больше недели прятала женщина незваных гостей. Кормила и ухаживала за ними, как за родными. А чтобы голубчики быстрее поднялись на ноги, ходила в село по людям и просила молока, сала. Давали ей добрые люди, но и удивлялись, для кого она все это просит. Были уверенны, что точно не для себя, ведь все хорошо знали Ярославу. Она не из тех. кто бы просил для себя милостыню.


Только не суждено было молодчикам выздороветь и опять отправиться на фронт. Посмотрела однажды Слава в окно и как заорет:


- Идут, дети, идут!


Враги уже на пороге. Спрашивают:

- Что за парни?


- Мои сыны.


- Врешь, женщина!


- Не вру! Зачем мне врать.


- Обыскать дом! - приказывает главный.


- Да не трогайте их, они больные, не выздоровели еще! Не трогайте.


- Тихо! Ваша мать? - обращается к парням, которые смирно лежат на кроватях.

- Наша.


- Не врите! - хотел достать свое оружие, но Ярослава Станишевская выбежала и закрыла собою молодых парней.


- Меня бейте! Их не дам. Да люди вы в конце-концов или кто? Волчица вас на свет привела или мать?


- Для чего прятала их?


- Вас боялись. - просто ответила Ярослава.


- Ха-ха-ха. А мы что, такие страшные ? - расхохотался немец.


Согнали на главную площадь всю деревню. Двух парней, еле стоящих на ногах, поставили перед жителями деревни. Смотрят парни растеряно, ни одной знакомой души.


- Прощай, друг мой. - взглянул парень на своего друга. Тот улыбнулся:
- И ты прощай. Навоевались уже...


Ярослава бегала между людьми и кричала:


- Люди добрые! Скажите же, что это мои сыновья! Васька и Степка! Неужели не узнаете их? НУ скажите же, что мои парни! Жалко вам что-ли? Люди добрые.


А люди плакали и признавали парней. Даже глава деревни не смог сказать слово нет.


- Ваша фамилия?


- Матерь божья! - тихо застонала Станишевская, словно кто-то ее ранил. Она забыла сказать им свою фамилию, а парни не сказали ей свою. Большую ошибку они допустили.


Помутнело в старушке в глазах и в голове, но еще слышала, как парни благодарят ее:


- Спасибо, мама! Ты нас спасла, но теперь уже все.

Ярославу Станишевскую взяли за руки, повели назад к ее двору и завели в сад.


- Вот придут твои настоящие сыновья, вот так сюрприз им будет. Старушка последний раз перекрестилась и попрощалась с родной землей.


- Детишки мои...

Долго пролежал Степан возле яблоньки. Никто не слышал и не знал, как он плакал и скрежетал от боли зубами.

Но пусть теперь знает весь мир подвиги наших матерей...