Как я круто «попала», то есть стала психологом

Предыстория

Мама учила старшеклассников русскому языку и литературе, а папа работал инженером. Обычное, пусть и немного скучноватое сочетание для хорошей девочки, которая родилась в СССР. Я должна была вырасти, получить образование и, желательно, превратиться в отличную жену и мать. С этим у меня, сразу говорю, полный пролёт.

Будущая профессия для такой девочки? Филолог? Врач?

Нее… Даже не гадайте.

Меня тянуло к совсем не «мимишным», как сейчас говорят, представителям животного мира. Очень нравились таинственные, отвратительные существа, пугающие нормальных девочек, и даже, частично – мальчиков. Змеи, ящерицы, летучие мыши. И медведки мне тоже нравились, но на нашей маленькой подмосковной даче они почти не встречались. Заловить одну за сезон – уже радость. Осознавая свое уродство и наученные горьким опытом реакции на них, существа эти стараются, по возможности, не попадаться на глаза людям, чтобы их не грохнули запросто так.

Cвоей редкостью они меня и притягивали.

Дедушка Семён содержал пасеку – так громко он называл три стареньких улья. Раз в три года на них трескалась голубая краска, и мы помогали деду красить их заново. Иногда меня кусали пчелы, и я привыкла пробегать мимо улья, прикрыв руками голову. Однажды в августе, в один из ульев забралась бабочка – «мертвая голова». Дедушка, зная мою любовь к необычным «козявкам», принес это огромное насекомое мне в подарок, и бабочка целую неделю шуршала ночами в моей маленькой комнатке, а потом куда-то свалила.

Если забыть про эти, как говорила моя мама, «бзики», то я росла обыкновенным советским ребенком. У меня был лакированный малиновый портфель со слоником (самая модная вещь среди одноклассниц в то время!), несколько красивых платьев «на выход», фломастеры, краски, куклы, и разбитые во время летних игр коленки.

К восьмому классу всё пошло не так. У всех. На площадях стали собираться толпами люди с лозунгами и транспарантами. В телевизоре появились обычные люди, которые с непривычки боялись объектива камеры, и что-то робко лопотали в микрофон, потупив свои пролетарские очи. Детям наоборот – необычная техника нравилась, и они пытались заглянуть в неё, хотя их никто и не приглашал. Камера притягивала детей, как в старых советских фильмах беспризорников манили и заставляли бежать за ними проезжающие автомобили.

В нашу школу приехал загорелый Горбачев, уже и не помню зачем. Советская жизнь стала разрушаться. Очень скоро я поняла, что не стану биологом, и герпетологом не стану. И не поеду в Среднюю Азию ловить змей. Там началась заварушка.

Когда пришло время поступать, то я не выбрала, а равнодушно, как лист по реке, вплыла, к маминой радости, в скучные стены филологического факультета.

После получения диплома задумалась, а что мне с ним делать? От Советского Союза, кроме зданий, кремлевских звезд и притихших заводов мало чего осталось. Люди стали нервными, злыми, бедными и пьяными.

У Аллы, моей самой близкой подруги-однокурсницы, был врожденный дар предвидения. Мы пили у неё на кухне пиво, и она сказала: «Светка, зацени, сколько психов вокруг появилось, и их всех надо будет кому-то лечить… когда-нибудь. Давай лучше психиатрами станем?» Она стала. Я – нет. Её уже нет. Она стала ещё и жертвой уголовника, который проходил освидетельствование в психушке. Где он раздобыл нож? Никто в этом и не разбирался. Этого Алла предвидеть не смогла.

Я пока ещё – есть. Я стала психологом. И у меня немного поехала крыша, может – от аварии, в которую я попала, когда накопила денег на первую машину. Так, по крайней мере, считает моя мама. Я же виню в этом работу. Виню – не с целью обвинить, а просто для констатации факта.

Мы ничего не знаем о душе, мы судим о ней только по её реакциям, и считаем это настоящими знаниями. Мне хочется рассказать вам о работе психолога, о клиентах, без упоминания реальных имен, конечно. В этом есть мой эгоизм. Мне надо это рассказать, как надо каракатице хоть иногда выплескивать свои «чернила».

Только это, люди. Выше нос! Дальше будет веселее, обещаю. Да и «чернила» мои за долгие годы немного отстоялись, утратив всю свою ядовитую токсичность. Вдруг, для кого-то они станут целебным эликсиром, а? Постараюсь быть бережной к вам, мои читатели и читательницы.

Поэтому, не ленитесь, подписывайтесь.

И помните: детские мечты, действительно сбываются, но только очень странно, частично и искривленно. Со временем понимаешь это. Так вот, я хотела работать с ящерицами и змеями.

Признаюсь, в каком-то смысле, моя мечта сбылась… Следующая история - здесь.