24 071 subscriber

«Люблю я парадоксы ваши»

1,2k full reads
«Люблю я парадоксы ваши»

И снова Кот трусливо убегает в сторону от того страшного, что неминуемо, что должно вот-вот произойти…

Перед рассказом о гибели Поэта позвольте остановиться и немного познакомить вас с теми людьми, кто был рядом с ним в последние месяцы и дни жизни, о ком мы читаем в его письмах и стихах.

В предыдущих статьях я уже упоминала салон Карамзиных, частым гостем которого бывал Лермонтов. И, наверное, нельзя не написать об этих людях.

Е.А.Карамзина
Е.А.Карамзина

При жизни великого историографа Н.М.Карамзина вокруг него собирались единомышленники (на титульной картинке – именно это время), а после его смерти «центром притяжения» стала вдова Екатерина Андреевна, а позднее и дочь от первого брака Софья Николаевна. Салон просуществовал до смерти Е.А.Карамзиной в 1851 году.

Здесь, по словам А.Ф.Тютчевой (дочери поэта), «собиралась самая культурная и образованная часть русского общества». А В.А.Соллогуб писал: «Всё, что носило известное в России имя в искусстве, прилежно посещало этот радушный, милый, высоко-эстетический дом». В черновиках восьмой главы «Евгения Онегина» мы читаем:

В гостиной истинно дворянской

Чуждались щегольства речей

И щекотливости мещанской

Журнальных чопорных судей.

Хозяйкой светской и свободной

Был принят слог простонародный

И не пугал её ушей

Живою странностью своей.

Исследователи считают, что Пушкин описывает здесь салон Карамзиных, в котором часто бывал. По воспоминаниям публициста А.И. Кошелева, «эти вечера были единственные в Петербурге, где не играли в карты и где говорили по-русски». А знакомый Лермонтова князь А.В.Мещерский говорил, что «карамзинский дом был единственный в Петербурге, в гостиной которого собиралось общество не для светских пересудов и сплетен, а исключительно для беседы и обмена мысли». «Здесь всегда можно было узнать самые последние политические новости, услышать интересное обсуждение вопроса дня или только что появившейся книги» - А.Ф.Тютчева. Привлекала и домашняя обстановка: одна из хозяек салона, сидя за столом с большим самоваром, разливала чай и угощала гостей тонкими «тартинками» из хлеба с маслом. «Все гости находили, что ничего не могло быть вкуснее чая, сливок и тартинок карамзинского салона» (снова Тютчева).

При этом зрелище в нас сердце оживает,

За круговым столом, у яркого огня,

Хлад зимний, светский хлад оно позабывает

И, умиленное, внезапно постигает

Поэзию домашнего житья... – писала Е.П.Ростопчина

Нет, не всё здесь было идиллическим. Сохранился бесценный документ, так называемая «Тагильская находка», - письма Карамзиных к одному из членов семьи, Андрею, в ту пору лечившемуся за границей. Они написаны в 1836-37 г.г. и ярко воссоздают картину гибели А.С.Пушкина. Мы можем увидеть, что Карамзины (по крайней мере, Софья Николаевна) явно недооценивали масштаб назревавшей трагедии и даже после гибели поэта сочувствовали Дантесу…

И, тем не менее, в этом салоне друзья Пушкина чувствовали себя, наверно, уютнее всего. Вернувшись из деревни, здесь будет постоянно бывать Наталья Николаевна.

А после первой ссылки здесь появится (и тоже станет постоянным гостем салона) Лермонтов.

До ссылки он не был знаком с Карамзиными. Упоминания о нём (точнее о «Смерти Поэта») мы найдём в тех же письмах. Софья Николаевна посылает брату стихотворение (без заключительных строк), восхищается им, а об авторе этих «прекрасных стихов», в которых «так много правды и чувства», скажет лишь, что это «некий господин Лермантов, гусарский офицер».

Александр же Николаевич упомянет прекрасное стихотворение «гусара Лерментова» (даже фамилию указывает неточно).

Однако в начале осени 1838 года поэт возвращается с Кавказа. Он был представлен Карамзиным 2 сентября на даче в Китайской деревне в Царском Селе, и Софья Николаевна поспешит написать сестре, что «вальсировала с Лермонтовым». Из писем Карамзиных мы узнаём, что поэт охотно принял их приглашение участвовать и в домашних спектаклях, и в так называемой «карусели», но не участвовал, так как угодил под арест на 21 день за очередное мальчишество (он появился на разводе с детской игрушечной саблей).

Когда Карамзины переезжают на зиму в город, Лермонтов, служивший в Царском Селе, часто приезжает в Петербург и постоянно бывает у них.

С С.Н.Карамзиной его связывают самые тёплые отношения («Sophie Карамзина без ума от его таланта», - напишет П.А.Плетнев Я.К.Гроту), в которых нет и тени влюблённости - по крайней мере, с его стороны. У неё же, видимо, чувство было несколько иным («Софья Николаевна за него горой и до слёз, разумеется», - писала А.О.Смирнова В.А.Жуковскому, когда Лермонтов был под арестом за дуэль), но она молчала… Карамзина на 12 лет была старше поэта.

С.Н.Карамзина
С.Н.Карамзина

Можно встретить мнение, что Софью Карамзину интересовали лишь светские сплетни (действительно, некоторые её письма дают почву для таких обвинений), но для Лермонтова она была самым искренним другом. Интересно, что, хлопоча о внуке, Е.А.Арсеньева просила её о помощи, и Софья Николаевна, будучи фрейлиной, пыталась помочь, хлопотала. И не её вина, что сделать ничего не смогла…

Продолжение – в следующей статье.

********************

Иногда в комментариях мне указывают, что ничего нового я не сообщила. Что ж, очень вероятно. Но всё же считаю нужным о многом напоминать, потому что подчас читаю просто чудовищные вещи.

На этой неделе в Дзене появилась статья «Роковая роль Кавказа в жизни М.Ю.Лермонтова». Естественно, я её прочитала (автор – Георгий Кавказ, имеющий 31 612 подписчиков). К счастью, автор не принадлежит к числу «клеветников ничтожных», порочащих поэта. Однако не принадлежит он и к числу знатоков лермонтовской биографии. Вот что я узнала от этого автора. Рассказав о первой ссылке поэта, он продолжает: «После того, как Михаил Юрьевич вернулся в Петербург, он написал свои нетленные произведения “Мцыри” и “Демон”. Затем поэт решил выучить татарский язык, сравнивая его с французским.

Не заставила себя ждать и вторая ссылка на Кавказ. Поэт принимал участие в ряде боевых операций на реке Валерик. Он не любил вспоминать то время и рассказывать о своем участие в этом. Все, что хотелось сказать на эту тему, поэт отобразил в стихотворении “Валерик” и нарисовал пару рисунков с помощью акварели.

Зимой 1840 года Михаил Юрьевич захотел окончательно уйти в отставку и посвятить свою жизнь только писательскому искусству, поэтому он уехал в отпуск на Кавказ. Однако, бабушка была категорически против этой затеи. Она считала, что Миша чрезмерно конфликтен и у него постоянно случаются разные неприятности в Петербурге. Она считала, что только армейская служба сможет усмирить его пыл и мечтала, чтобы он дослужился до высокого чина. Но ее мечтам не суждено было сбыться. Через пару месяцев поэт погиб на дуэли. Так, некогда горячо любимый Кавказ стал его последним пристанищем...

Быть может за хребтом Кавказа

Смогу укрыться от пашей...»

Вот так-то! В отпуск на Кавказ (интересно, в какой санаторий?) Лермонтов уехал зимой 1840 года! Больше ничего комментировать не буду (приличных слов уже нет). Но больше всего огорчили отзывы читателей, которые благодарят за интересную статью. А мне вспомнился А.Н.Островский. Помните, в «Грозе» Глаша, выслушав рассказ о земле, где живут люди с пёсьими головами, восклицает: «Вот ещё какие земли есть! Каких-то, каких-то чудес на свете нет! А мы тут сидим, ничего не знаем. Ещё хорошо, что добрые люди есть; нет-нет да и услышишь, что на белом свету делается; а то бы так дураками и померли».

Если статья понравилась, голосуйте и подписывайтесь на мой канал!

Карту всех публикаций о Лермонтове смотрите здесь

Навигатор по всему каналу здесь