20 167 subscribers

«Неотъемлемая часть души»

1,4k full reads
2,4k story viewUnique page visitors
1,4k read the story to the endThat's 58% of the total page views
7 minutes — average reading time
«Неотъемлемая часть души»

У горячо любимой мной Д.Остен я нашла фразу: «Но мы ведь сами не знаем, как знакомимся с Шекспиром. Для англичанина он – неотъемлемая часть души. Его мысли, его красоты растворены в самом нашем воздухе, и мы повсюду соприкасаемся с ними, бессознательно их впитываем». По-моему, мы можем точно так же сказать о Пушкине – «неотъемлемая часть души» (и дай Бог, чтобы так было всегда!)

Наверное, именно поэтому мы снова и снова обращаемся в Пушкину…

Предыдущую статью я закончила строками письма поэта к П.А.Плетнёву. Как же проходили эти счастливейшие для поэта дни?

В книге «А душу твою люблю…» А.А.Кузнецовой мы видим идиллическую сцену: «Восемнадцатилетняя Наталья Пушкина проснулась после вчерашней свадьбы, и глаза её встретились с восторженными глазами мужа. Он стоял на коленях возле кровати. “Очевидно, так он простоял всю ночь”, – подумала она, и её охватило волнующее недоумение.

– Моя мадонна! – шёпотом сказал он, складывая руки, как перед иконой.

Робкие слезы выкатились у неё из глаз, она улыбнулась ему».

Было ли так? Или, увы, верна запись П.И.Бартенева: «Н.Н.Пушкина сама сказала княгине Вяземской, что муж её в первый же день брака, как встал с постели, так и не видал её. К нему пришли приятели, с которыми он до того заговорился, что забыл про жену и пришёл к ней только к обеду. Она очутилась одна в чужом доме и заливалась слезами»?

Хорошо известно, что Пушкин мог, заговорившись на интересные для себя темы, забыть обо всём (тот же Бартенев записал: «Княгиня Вера Фёд. Вяземская рассказывала, как в первые месяцы супружеской жизни напугал Пушкин молодую жену свою, ушедши гулять и возвратившись домой только на третьи сутки: оказалось, что он встретился с дворцовыми ламповщиками, которые отвозили из Царского Села на починку в Петербург подсвечники и лампы, разговорился с ними и добрался до Петербурга, где и заночевал»). Но чтобы в первый же день?..

Тем времнем молодые принимают поздравления. Вот, например, что пишет поэту из Петербурга Е.А.Карамзина: «Я уже поручила Вяземскому поздравить вас с вашим счастьем и выразить вам мои пожелания, чтобы оно оказалось столь прочным и полным, насколько это вообще возможно в нашем мире... Я повторяю свои пожелания, вернее сказать надежду, чтобы ваша жизнь стала столь же радостной и спокойной, насколько до сих пор она была бурной и мрачной, чтобы нежный и прекрасный друг, которого вы себе избрали, оказался вашим ангелом-хранителем, чтобы ваше сердце, всегда такое доброе, очистилось под влиянием вашей молодой супруги, словом, чтобы вас осенила и всегда охраняла милость Господня».

Г.А.Гончаров. А.С.Пушкин и Наталья Николаевна
Г.А.Гончаров. А.С.Пушкин и Наталья Николаевна

Супруги делают первые совместные выезды: 20 февраля Пушкин с женой были на балу у A.M.Щербининой, на следующий день знакомый поэта А.И.Кошелев напишет В.Ф.Одоевскому: «Вчера на бале у Щербининой встретил Пушкина. Он очень мне обрадовался. Свадьба его была 18-го, т. е. в прошедшую среду. Он познакомил меня с своею женою, и я от неё без ума». Они бывают на санных катаниях, в театре, на маскарадах, обо встрече на одном из них вспоминал писатель А.Ф.Вельтман: «”Пора нам перестать говорить друг другу вы", — сказал он мне, когда я просил его в собрании показать жену свою. И я в первый раз сказал ему: “Пушкин, ты — поэт, а жена твоя — воплощённая поэзия". Это не была фраза обдуманная: этими словами невольно только высказалось сознание умственной и земной красоты».

А 27 февраля Пушкины дают бал на своей арбатской квартире. На следующий день в письме к брату А.Я.Булгаков сообщал: «Пушкин славный задал вчера бал. И он, и она прекрасно угощали гостей своих. Она прелестна, и они как два голубка. Дай Бог, чтобы всегда так продолжалось. Много все танцевали, и так как общество было небольшое, то я также потанцевал по просьбе прекрасной хозяйки, которая сама меня ангажировала, и по приказанию старика Юсупова: et moi j'aurais danse, si j'en avais la force [и я бы танцевал, если бы у меня были силы], говорил он. Ужин был славный; всем казалось странно, что у Пушкина, который жил всё по трактирам, такое вдруг завелось хозяйство. Мы уехали почти в три часа».

Пушкины принимают гостей, иногда довольно неожиданных. Известно, например, что к поэту приходила Мария Фёдоровна, дочь Арины Родионовны, крестьянка подмосковного села Захарово: «Я... к нему ходила в Москву... Стояли тогда у Смоленской Божьей Матери, каменный двухэтажный дом... посмотри, говорит, Марья, вот моя жена! Вынесли мне это показать её работу, шёлком надо быть, мелко-мелко, четвероугольчатое, вот как это окно: хорошо, мол, батюшка, хорошо...» Её рассказ был опубликован в журнале «Москвитянин», редактор которого С.П.Шевырёв писал: «Марья с особенным чувством вспоминает о Пушкине, рассказывает об его доброте, подарках ей, когда она прихаживала к нему в Москву».

Навещают поэта и друзья-литераторы. С.Н.Глинка во время визита к Пушкиным напишет стихотворение, которое издаст с подписью: «10 апреля 1831 года. В доме поэта»:

ПУШКИНОЙ И ПУШКИНУ

Того не должно отлагать,

Что сердцу сладостно сказать.

Поэт! обнявшись с красотою,

С ней слившись навсегда душою,

Живи! твори! пари! летай!..

Орфей! природу оживляй,

И Байрона перуном грозным

Над сердцем торжествуй морозным.

Теперь ты вдвое вдохновён,

В тебе и в ней — всё вдохновенье.

Что ж будет новое творенье?

Покажешь: ты дивить рождён.

А вот побывавший у Пушкина В.И.Туманский, хоть и назвал Натали «пригожей», не оценил её: «Пушкина беленькая, чистенькая девочка с правильными чертами и лукавыми глазами, как у любой гризетки. Видно, что она неловка и неразвязна; а всё-таки московщина отражается в ней довольно заметно». Бог ему, как говорится, судья!

Кому-то просто любопытно, как одному из современников: «Здесь не опомнятся от женитьбы Пушкина; склонится ли он под супружеское ярмо, которое — не что иное, как pool pure [ставка игрока], и часто не слишком верная. Как справится он с тем, чтобы нарушить привычный ритм своей жизни? Впрочем, мы ничего не теряем. Во всяком случае на худой конец, больше будет прекрасных строф; итог писателя — это его книга, а как он к ней приходит — его дело. Пусть брак, семья станут лишним томом в его библиотеке материалов — я согласен: она будет лишь богаче и плодотворнее».

Кто-то упражняется в злоязычии, как Е.А.Энгельгардт: «Знаешь ли, что Пушкин женился? Жена его москвичка, как говорят, очень любезная, образованная и с деньгами [вот, наверное, откуда “ноги растут” у рассуждений, которые и некоторые комментаторы приводят, - что Пушкин женился на деньгах!]. Жаль её: она верно будет несчастлива. В нём только и было хорошего, что его стихотворческий дар, да и тот, кажется, исчезает; новейшие его произведения далеко отстали от прежних, напр., Борис Годунов его очень слаб. Он забавляется маленькими, эпиграмматическими стихами, в которых довольно пошлым образом ругает всех и всё. Плохое ремесло» (из письма Ф.Ф.Матюшкину).

А кто-то и откровенно распускает слухи. В одном из писем того времени можно найти: «Скажу тебе новость — Пушкин, наконец, с неделю тому назад женился на Гончаровой и на другой день, как говорят, отпустил ей следующий экспромт: “Кто хочет быть учён / Учись / Кто хочет быть спасён / Молись / Кто хочет быть в аду / Женись / " Счастливое супружество!». Булгаков укажет, что «на Пушкина всклепали уже какие-то стишки на женитьбу», а вот Энгельгардт в упоении повторяет их: «Пушкин женился и на другой день свадьбы сочинил эпиграмму…»

Есть, конечно, и совсем другие отзывы. Очень интересно письмо, которое написала П.А.Осиповой её родственница Е.Е.Кашкина: «С тех пор, что он [Пушкин] женился, это совсем другой человек, — положительный, рассудительный, обожающий свою жену. Она достойна этой метаморфозы, так как утверждают, что она столь же умна, как и красива, — осанка богини, с прелестным лицом; и когда я его встречаю рядом с его прекрасной супругой, он мне невольно напоминает портрет того маленького очень умного и смышлёного животного, которое ты угадаешь и без того, чтобы я тебе назвала его».

Однако у поэта есть и много неприятностей, и в первую очередь это материальная неустроенность и всё время ухудшающиеся отношения с тёщей. Известен, к примеру, такой факт: когда Пушкин, готовясь к отъезду в Петербург, пытался получить долг за приданое, Наталья Ивановна вместо уплаты «отдала» ему фамильные бриллианты и изумруды, заложенные в московском ломбарде, с условием, чтобы их выкупили…

Ещё до свадьбы поэт писал Плетнёву, что «здесь с тетками справиться невозможно — требования глупые и смешные — а делать нечего». Видимо, с течением времени мало что меняется, и 16 марта поэт сообщит тому же адресату: «В Москве остаться я никак не намерен, причины тому тебе известны — и каждый день новые прибывают. После Святой отправляюсь в Петербург. Знаешь ли что? мне мочи нет хотелось бы к вам не доехать, а остановиться в Царском Селе». Очень интересно заключение этого письма: «На мою тёщу и деда жены моей надеяться плохо, частию оттого, что их дела расстроены, частию и оттого, что на слова надеяться не должно. По крайней мере, с своей стороны, я поступил честно и более нежели бескорыстно. Не хвалюсь и не жалуюсь — ибо жёнка моя прелесть не по одной наружности, и не считаю пожертвованием того, что должен был я сделать». А в апреле будет уже просить: «Ради Бога, найми мне фатерку»

Уже 11 апреля О.С.Павлищева пишет мужу: «Мой брат переезжает сюда в мае — вот новые расходы, если не на экипаж, то на туалеты. Я не хочу быть кухаркой в сравнении с невесткой, которая, как говорят, элегантна до чрезвычайности».

14 мая Пушкин получает в Пречистенской части свидетельство на выезд из Москвы в Петербург (и тут же «секретный» рапорт полицеймейстера Миллера московскому полицеймейстеру С.Н.Муханову), а 15-го Пушкины уезжают из Москвы в Петербург (и донесение петербургскому обер-полицеймейстеру: «Находящийся в сей столице под секретным надзором полиции известный поэт, отставной чиновник 10-го класса Александр Пушкин, выехал из Москвы в Санкт-Петербург вместе с женою своею, за коим во время пребывания здесь в поведении ничего предосудительного не замечено»). П.В.Нащокин провожал друга до первой почтовой станции.

18 мая Пушкин с женой приезжают в Петербург и останавливаются в гостинице Демута; о приезде поэта сообщают «Санкт-Петербургские Ведомости».

Открывается новая страница жизни…

Если статья понравилась, голосуйте и подписывайтесь на мой канал!

«Путеводитель» по всем моим публикациям о Пушкине вы можете найти здесь

Навигатор по всему каналу здесь