19 652 subscribers

«О дни весны моей…»

1,3k full reads
1,6k story viewUnique page visitors
1,3k read the story to the endThat's 79% of the total page views
6,5 minutes — average reading time
Детский портрет А.С.Пушкина
Детский портрет А.С.Пушкина

Детство поэта… Что можно сказать о нём?

С одной стороны, благодаря отцу и дяде, Александр Сергеевич практически с рождения находился в кругу лучших литераторов своего времени. Никто и никогда его не прогонял, если он тихонько смотрел и слушал. Уже после смерти сына Сергей Львович будет рассказывать: «В самом младенчестве он показал большое уважение к писателям. Не имея шести лет, он уже понимал, что Николай Михайлович Карамзин – не то, что другие. Одним вечером Ник. Мих. был у меня, сидел долго, во всё время Александр, сидя против него, вслушивался в его разговоры и не спускал с него глаз. Ему был шестой год».

Родители вмешивались лишь в том случае если ребёнок слишком громко выражал свои эмоции. Приведём рассказ современника: «Молодой Пушкин… почти вечно сиживал как-то в уголочке, а иногда стаивал, прижавшись к тому стулу, на котором угораздивался какой-нибудь добрый оратор или басенный эпиграмматист. И если у него вырывалось что-нибудь превыспренне-поэтическое, забавное для отрока, он не воздерживался от улыбки. Однажды, когда один поэт-моряк провозглашал торжественно свои стихи, и где как-то пришлось:

И этот чёртик!

И этот кортик!

А. С. так громко захохотал, что Над. Ос. (мать его) сделала ему знак, – и он нас оставил».

Родители приглашали в дом многочисленных гувернёров, учителей, стремясь дать детям как можно больше знаний. И, естественно, вся атмосфера дома склоняла к творчеству. «Страсть к поэзии проявилась в нем с первыми понятиями: на восьмом году возраста, умея уже читать и писать, он сочинял на французском языке маленькие комедии и эпиграммы на своих учителей. Вообще воспитание его мало заключало в себе русского. Он слышал один французский язык; гувернёр его был француз, впрочем, человек неглупый и образованный; библиотека его отца состояла из одних французских сочинений. Ребенок проводил бессонные ночи и тайком в кабинете отца пожирал книги одну за другою. Пушкин был одарён памятью неимоверною и на одиннадцатом году уже знал наизусть всю французскую литературу», - вспоминал Лев Сергеевич, брат поэта. Племянник Пушкина Лев Павлищев, рассказывал со слов матери: «Пушкин, забираясь в библиотеку отца, перечитывал французские комедии Мольера и под впечатлением такого чтения сам стал упражняться в писании подобных же комедий, по-французски же. Брат и сестра (Ольга) для представления этих комедий соорудили в детской сцену, причём он был и автором пьес, и актером, а публику изображала она. В числе этих комедий была носившая название «Escamoteur (похититель)», сильно не понравившаяся Ольге Сергеевне; она, в качестве публики, освистала этого «Похитителя», что и послужило дяде поводом к следующему четверостишию:

Dis-moi, pourquoi l’Escamoteur

Est-il siffl? par le parterre?

H?las! c’est que le pauvre auteur

L’escamota de Moliere.

(Скажи мне, почему «Похититель» освистан партером? Увы! потому, что бедный автор похитил его у Мольера.)»

Казалось бы, всё прекрасно, но…

Если мы будем пересматривать стихи поэта, то увидим, что ни одно стихотворение не посвящено родителям (притом, что есть строки, обращённые к брату, сестре, дяде, няне, воспоминания о бабушке…).

Судя по всему, атмосфера в семье была очень далека от гармонии и взаимопонимания. Наняв полный штат воспитателей и учителей, родители полностью переложили на них все заботы о детях. Это, конечно, было типично для своего времени, но не было в доме того тепла и любви, которыми окружала детей, например, Н.Н.Пушкина-Ланская (читайте здесь). А если мать бралась за воспитание, возникали очень невесёлые ситуации.

Н.О.Пушкина
Н.О.Пушкина

«Никогда не выходя из себя, не возвышая голоса, Надежда Осиповна умела дуться по дням, месяцам и даже годам. Так, рассердясь за что-то на Александра Сергеевича, которому в детстве доставалось от нее гораздо больше, чем другим детям, она играла с ним в молчанку круглый год, проживая под одною кровлею; оттого дети, предпочитая взбалмошные выходки и острастки Сергея Львовича игре в молчанку Над. Осиповны, боялись ее несравненно более, чем отца»,- рассказывает Л.Павлищев. Много лет спустя были опубликованы воспоминания из детства поэта со слов бывшей помощницы няни у Пушкиных: «Раз Ольга Сергеевна (сестра Пушкина) нашалила что-то, прогневала мамашу, та по щеке её и треснула. А она обиделась, да как? Мамаша приказывает ей прощенье просить, а она и не думает, не хочет. Её в затрапезное платьице одели, за стол не сажают, на хлеб, на воду и запретили братцу к ней даже подходить и говорить. А она, – повешусь, говорит, а прощенья просить не стану! А Александр-то Сергеевич что же придумал: разыскал где-то гвоздик, да и вбивает в стенку. «Что это, спрашиваю, вы делаете, сударь?» «Да сестрица, говорит, повеситься собирается, так я ей гвоздик приготовить хочу». Да и засмеялся, – известно, понял, что она капризничает да стращает нас только». Смех, право слово, нерадостный…

Сын подчас раздражал Надежду Осиповну: неуклюж, диковат, вести себя не умеет. Почитаем снова воспоминания Павлищева: «Не могу не упомянуть кстати, со слов моей матери, о наказаниях, придуманных Над. Осиповной для Александра Сергеевича, чтоб отучить его в детстве от двух привычек: тереть свои ладони одна о другую и терять носовые платки; для искоренения первой из этих привычек она завязала ему руки назад на целый день, проморив голодом; для искоренения же второй – прибегала к следующему: «Жалую тебя моим бессменным адъютантом», – сказала она Пушкину, подавая ему курточку. На курточке красовался пришитый, в виде аксельбанта, носовой платок. Аксельбанты менялись в неделю два раза; при аксельбантах она заставляла его и к гостям выходить. В итоге получился требуемый результат – А. Сер-ч перестал и ладони тереть и платки терять».

Любила и жалела внука бабушка, в рукодельной корзинке которой он частенько прятался.

М.А.Ганнибал
М.А.Ганнибал

Старая москвичка Е.Янькова вспоминает: «Старший внук её [М.А.Ганнибал] Саша был большой увалень и дикарь, кудрявый мальчик лет девяти или десяти, со смуглым личиком, не скажу, чтобы приглядным, но с очень живыми глазами, из которых искры так и сыпались. Иногда мы приедем, а он сидит в зале в углу, огорожен кругом стульями: что-нибудь накуролесил и за то оштрафован, а иногда и он с другими пустится в плясы, да так как очень он был неловок, то над ним кто-нибудь посмеётся, вот он весь покраснеет, губу надует, уйдёт в свой угол и во весь вечер его со стула никто тогда не стащит: значит, его за живое задели, и он обиделся; сидит одинёшенек. Не раз про него говаривала Марья Алексеевна: «Не знаю, матушка, что выйдет из моего старшего внука: мальчик умён и охотник до книжек, а учится плохо, редко когда урок свой сдаст порядком; то его не расшевелишь, не прогонишь играть с детьми, то вдруг так развернётся и расходится, что его ничем и не уймёшь; из одной крайности в другую бросается, нет у него средины. Бог знает, чем все это кончится, ежели он не переменится». Бабушка, как видно, больше других его любила, но журила порядком: «ведь экой шалун ты какой, помяни ты моё слово, не сносить тебе своей головы». Не знаю, каков он был потом, но тогда глядел рохлей и замарашкой, и за это ему тоже доставалось…»

«Знавшие дела семьи единогласно свидетельствуют, что когда, в 1811 году, пришло время молодому Пушкину ехать в Петербург для поступления в лицей, он покинул отеческий кров без малейшего сожаления, если исключим дружескую горесть по сестре, которую он всегда любил»,- подводит своеобразный итог рассказам о детстве поэта П.Анненков.

И не случайно, наверное, поэт писал:

Родные люди вот какие:

Мы их обязаны ласкать,

Любить, душевно уважать

И, по обычаю народа,

О рождестве их навещать

Или по почте поздравлять,

Чтоб остальное время года

Не думали о нас они...

Итак, дай Бог им долги дни!

Продолжение следует. Голосуйте и подписывайтесь на мой канал!

Навигатор по всему каналу здесь

«Путеводитель» по всем моим публикациям о Пушкине вы можете найти здесь