23 313 subscribers

«Уж двадцать пятый раз мы празднуем лицея день заветный…»

477 full reads
«Уж двадцать пятый раз мы празднуем лицея день заветный…»

19 октября1836 года… Последняя лицейская годовщина в жизни Пушкина. Что мы знаем о ней?

В первую очередь, тщательнейшая подготовка. Директор Лицея Е.А.Энгельгардт предложил отпраздновать двадцать пятую годовщину открытия торжественнее, чем обычно. Он давно мечтал собирать в этот день вместе выпускников Лицея разных лет (хотя бы трёх первых курсов) и предложил это «лицейскому старосте» М.Яковлеву. Не рискнув самостоятельно принять решение, Яковлев обратился к товарищам. Вот его письмо М.Корфу от 9 октября: «Сегодня утром был у меня Егор Антонович с предложением соединить, по крайней мере, три выпуска для 19 числа. Я ему решительного ответа не сказал, а советовал, чтоб он завтра переговорил с тобою. После обеда было у нас с некоторыми из наших совещание и решительно положено: праздновать по прежним примерам одному первому выпуску. Пусть Егор Антонович, как бывший Директор Лицея, соединяет под свои знамена 2-й, 3-й и прочие выпуски, и воздаст честь и хвалу существованию Лицея, но пусть нас стариков оставит в покое. Егор Антонович в крепкой надежде, что ты на его предложение согласишься». И хотя Яковлев и заметит, что «нет причины, по-видимому, отказаться от соединения трёх выпусков», но он подчеркнёт, что большинство с мнением директора не согласно, и закончит письмо: «И так, да здравствует Лицей, и да воскреснет его воспоминание через 25-ть лет между скотобратцами».

Конечно, «умеренный и аккуратный» Корф с мнением директора согласился: «Это будет верно несравненно веселее», «лицейские воспоминания между нами всеми могут быть точно так же живы и громки, а о другом, постороннем, едва ли тут кто и затеет говорить, да, кажется, и лета наши уже не те, чтобы опасаться иметь при нашем разговоре свидетелей». Ох, как осторожен барон! Однако же сам решать не хочет: «Всего бы лучше собрать голоса и решить большинством, которому я охотно повинуюсь, хотя бы оно было и противно моему убеждению».

Однако большинство настояло на своём. Известна записка Пушкина: «Согласен с мнением 39 № [Яковлева]. Нечего для двадцатипятилетнего юбилея изменять старинные обычаи лицея. Это было бы худое предзнаменование. Сказано, что и последний лицеист один будет праздновать 19 октября. Об этом не худо напомнить. — № 14». С ним согласились А.Мартынов, П.Мясоедов, С.Комовский.

Энгельгардт был очень обижен. Он не пошёл на встречу лицеистов и жаловался в письме Ф.Матюшкину: «Я было затевал сходку первых трёх курсов, думал хоть раз полицействовать стариной. Заговаривал некоторым ветеранам первокурсным. Они выслушали очень равнодушно: надо подумать, посоветоваться, — и да и нет; остыл, обдержался первый курс питерской в здешнем большом свете. Лицей и лицейское стало им чуждо. Жаль, больно!... Первый курс, как слышал я, собирался у Яковлева. Я провёл этот день дома». Думаю, что директор был не прав, говоря о том, что лицейское «стало чуждо» первому курсу, - по-моему, как раз наоборот! Странно и ещё одно замечание в его письме: «Если б были здесь Матюшкин, Малиновский, Вальховский, Корнилов, то они бы подмогли Стевену и Комовскому устроить сходку лицейского 25-ти летия». И в то же время Энгельгардт высмеивает приехавшего из деревни Мясоедова («Мясоедов был здесь, везде врал, лгал и хвастал своим богатством, влиянием и проч., всё тот же»), который принял самое активное участие в подготовке празднования. Во всяком случае Яковлев сообщал Вольховскому: «Мясоедов… натворил много чудес. Он вытащил из норы Гревеница, который никогда не являлся к нам на праздник, и отыскал Мартынова, словом, действовал мастерски» (известно ещё, что 15 октября Мясоедов собрал у себя «скотобратцев» на обед, где, видимо, тоже говорили о предстоящем празднике). Позволю себе усомниться, что перечисленные директором лицеисты согласились бы с объединением трёх выпусков.

На праздник удалось собрать 11 человек. Напомню: из 29 лицеистов семеро к тому времени умерли, двое были в Сибири…

В этот день Пушкин закончил свою «Капитанскую дочку» (об этом говорит дата на рукописи» - произведение, начало которого уже было восторженно принято критикой. Однако, видимо, настроение поэта было грустным (ведь пройдёт совсем немного времени – и им будет отправлен первый вызов Дантесу). Он начал писать стихотворение на лицейскую годовщину, написанное тем же размером, что и стихи 1825 года, но дописать его не успел.

Именно Пушкин начал писать протокол традиционной встречи: «Праздновали двадцатипятилетие лицея [здесь Яковлев вписал свой адрес] Юдин, Мясоедов, Гревениц, Яковлев, Мартынов, Модест Корф, А.Пушкин, Алексей Илличевский, С.Комовский, Ф.Стевен, К.Данзас (подписи эти собственноручные). Собрались вышеупомянутые господа лицейские в доме у Яковлева и пировали следующим образом: 1) обедали вкусно и шумно, 2) выпили три здоровья (по заморскому toasts): a) за двадцатипятилетие лицея, b) за благоденствие лицея, c) за здоровье отсутствующих, 3) читали письма, писанные некогда отсутствующим братом Кюхельбекером к одному из товарищей, 4) читали старинные протоколы и песни и проч. бумаги, хранящиеся в архиве лицейском у старосты Яковлева, 5) поминали лицейскую старину», - и вот здесь его почерк сменяется почерком Яковлева.

Прежде чем читать протокол дальше, на минутку остановлюсь. Письма Кюхельбекера… К.Я.Грот поясняет: «Весьма вероятно, что здесь разумеются несколько старых писем Кюхельбекера к С.Комовскому, который передал их впоследствии (в 1875 г.) Я.К.Гроту на лицейском обеде, и из которых одно (1823 г.) было напечатано Я.К. в его известной книжке». Ещё один штрих к образу Комовского, которого чаще всего рисуют чёрными красками (кстати, известно, что на юбилей 1836 года Комовский пришёл в лицейском мундире; кто-то говорит, что сохранившемся, но скорее всего – специально сшитом), и ещё одно опровержение слов Корфа, что «о другом, постороннем, едва ли тут кто и затеет говорить».

Что же дальше в протоколе? Яковлев напишет: «6) пели национальные песни, 7) Пушкин начинал читать стихи на 25-летие лицея, но всех стихов не припомнил и кроме того отозвался, что он их не докончил, но обещал докончить, списать и приобщить в оригинале к сегодняшнему протоколу. Собрались все в половине пятого часа, разошлись в половине десятого».

Что же произошло? Яковлев, как всегда, деликатно отметил, что Пушкин «всех стихов не припомнил». Он просто не мог записать в протокол то, что было. Годы спустя первые биографы поэта беседовали с теми, кто был ещё жив в ту пору. П.В.Анненков записал со слов не названного им лицеиста (современные исследователи спорят, кто это: Яковлев? Корф? Данзас? Комовский?): «По обыкновению и к 1836 году он приготовлял лирическую песнь, но не успел её докончить. В день праздника он извинился перед товарищами, что прочтёт им пьесу не вполне доделанную, развернул лист бумаги, помолчал немного, и только что начал, при всеобщей тишине, свою удивительную строфу:

Была пора: наш праздник молодой

Сиял, шумел и розами венчался,

как слёзы покатились из глаз его. Он положил бумагу на стол и отошёл в угол комнаты, на диван... Другой товарищ уже прочёл за него последнюю лицейскую годовщину».

В.П.Гаевский, написав: «По свидетельству Яковлева, поэт только что начал читать первую строфу, как слёзы полились из его глаз. Он не мог продолжать чтение», - добавляет: ««Заметил, что Пушкин читал наизусть и, следовательно, никто не мог дочитать его стихов». Однако обычно в комментариях к стихотворению замечают: «До нас дошёл лишь один перебелённый автограф этого стихотворения, писанный на отдельном листе. Он представляет собою текст с поправками, зачёркнутыми и не заменёнными словами и недописанным последним стихом. Стихи так и не были закончены. Вообще говоря, Пушкин писал стихи чаще в тетрадях, чем на отдельных листах. Не исключена возможность, что он написал на листе именно для того, чтобы взять его с собой на празднование лицейской годовщины». Может быть, взяв этот лист, дочитали?

А стихотворение действительно очень грустное… Здесь и воспоминание о первых днях Лицея:

Вы помните: когда возник лицей,

Как царь для нас открыл чертог царицын,

И мы пришли. И встретил нас Куницын

Приветствием меж царственных гостей…

И напоминание обо всём пережитом вместе (и в первую очередь о войне 1812 года – я уже приводила эти строки), и общая характеристика эпохи:

Припомните, о други, с той поры,

Когда наш круг судьбы соединили,

Чему, чему свидетели мы были!

Игралища таинственной игры,

Металися смущённые народы;

И высились и падали цари;

И кровь людей то Славы, то Свободы,

То Гордости багрила алтари.

И, конечно же, горькое сожаление:

Прошли года чредою незаметной,

И как они переменили нас!

И очень грустное сравнение того, что было, с тем, что теперь:

Была пора: наш праздник молодой

Сиял, шумел и розами венчался,

И с песнями бокалов звон мешался,

И тесною сидели мы толпой.

Тогда, душой беспечные невежды,

Мы жили все и легче и смелей,

Мы пили все за здравие надежды

И юности и всех её затей.

Теперь не то: разгульный праздник наш

С приходом лет, как мы, перебесился,

Он присмирел, утих, остепенился,

Стал глуше звон его заздравных чаш;

Меж нами речь не так игриво льётся,

Просторнее, грустнее мы сидим,

И реже смех средь песен раздаётся,

И чаще мы вздыхаем и молчим.

Нигде нет упоминаний о том, как восприняли это стихотворение друзья, но, видимо, грусть передалась и им…

…А накануне, 18 октября, письмо Пушкину из Баргузина пишет Кюхельбекер, сообщает о намерении жениться и в конце письма добавляет: «Завтра 19 октября. Вот тебе, друг, моё приношение. Чувствую, что оно не достойно тебя; но право, мне теперь не до стихов»:

Шумит поток часов; их тёмный вал

Вновь выплеснул на берег жизни нашей

Священный день, который полной чашей

В кругу друзей и я торжествовал...

Давно! – Европы страж, седой Урал,

И Енисей, и степи, и Байкал

Теперь меж нами. – На крылах печали

Любовью к вам несусь из тёмной дали.

Поминки нашей юности – и я

Их праздновать хочу, – воспоминанья,

В лучах дрожащих тихого мерцанья,

Воскресните! – Предстаньте мне, друзья;

Пусть созерцает вас душа моя,

Всех вас, Лицея нашего семья!

Я с вами был когда-то счастлив, молод, –

Вы с сердца свеете туман и холод!..

**************

Следующий день Лицея будет резко отличаться…

«Путеводитель» по всем моим публикациям о Пушкине вы можете найти здесь

«Оглавление» всех публикаций о Лицее смотрите здесь

Навигатор по всему каналу здесь

Если статья понравилась, голосуйте и подписывайтесь на мой канал