Цитаты Ильи Репина об эмансипации, праве на эгоизм, страсти к инкогнито и нелюбви к балету

«Там, где Крамской резонерствует, размышляет, доказывает, Репин сверкает, бушует, бурлит и взрывается горячими гейзерами», — так Корней Чуковский характеризовал манеру Ильи Ефимовича формулировать свои мысли и чувства. Артхив прилежно собрал «осколки и брызги» — репинские характерные высказывания по актуальным и вечным вопросам из его писем и мемуаров.

В кустарниках, на Лысой горе, я впервые уразумел законы композиции: её рельеф и перспективу. Растрёпанный, чахлый кустарник на первом плане занимает огромное пространство картины; кокетливо, красиво он прячет за собою лесную тропинку, а великолепную группу деревьев второго плана делает фоном. Вот рельеф картины; а мы всё барельефы сочиняли в Академии.

Есть много недовольных мною и будут звонить на все лады моё пристрастие к красивым барышням, занимающим лучшие места в моей мастерской без всякого на то права, тогда как ученики уходят из неё за неимением места. Видите, как это выходит фатально.

Говорят, любят только тех, кто заставляет страдать; чем больше страданий, тем больше привязанности. Искусство самый опасный предмет любви по своей глубине,непостижимости, вечной новизне, вечной таинственности. В нём больше всего отражается божественное начало в человеке.

В yкpaинcкoм вoeннoм пoceлeнии, в гopoдe Чyгyeвe, в пpигopoднoй cлoбoдe Ocинoвкe, нa yлицe Кaлмыцкoй, нaш дoм cчитaлcя бoгaтым. Хлeбoпaшecтвoм Рeпины нe зaнимaлиcь, a cocтoяли нa пoлoжeнии тopгoвцeв и пpoмышлeнникoв. У нac был пocтoялый двop.

В бoльшoм дoмe y бaбeньки в чиcтыx гopницax былo oчeнь чиcтo и бoгaтo… Тoлькo я нe любил cтpaшнoй кapтины, виceвшeй в чepнoй paмe нa cpeднeй cтeнe oднoй из гopниц. Тaм был нaмaлeвaн мoлoдoй кypчaвый пaнич, дepжaщий зa вoлocы гpoмaднyю мepтвyю гoлoвy c пpoбитым лбoм. Тaкoe cтpaшилищe этa гoлoвa — cиняя-пpecиняя, и пaнич тaкжe cиний и cтpaшный! Мaмeнькa гoвopилa, чтo этo Дaвид c гoлoвoй вeликaнa Гoлиaфa. Я бoялcя дaжe пpoxoдить мимo этoй кapтины.

Мазепу привязывают к лошади польские паны. Вот картина! Я стал просить маменьку, чтобы купила Мазепу. Нет — и дорога́, и маменьке совсем не понравилась: голый человек… А какие краски были на кафтанах у поляков!.. Какой конь! Чудо! Я так досадовал, что не купили…

Бывaл я нa cвaдьбax, нa бaзapax, в вoлocтяx, нa пocтoялыx двopax, в кaбaкax,в тpaктиpax и в цepквax... чтo этo зa пpeлecть, чтo этo зa вocтopг!.. A кaкиe дyкaты, мoниcты! Гoлoвныe пoвязки, цвeты! A кaкиe лицa!!! A кaкaя peчь!!! Пpocтo пpeлecть,пpeлecть и пpeлecть!!!

Портрет С. М. Драгомировой. Илья Ефимович Репин, 1889
Портрет С. М. Драгомировой. Илья Ефимович Репин, 1889

Трудно удержать молодых людей дома. Париж, столица мира для всех проявлений жизни, манит к себе художников всех стран. Туда, как у нас на Запорожье в оное время, стекаются теперь все удалые головы и там узнают цену всему, там меряются силами, хотя барахтаются в этой сутолоке и погибают массами, как мухи в мухоловке.

Опасно постареть душевно и не угадать нового движения эстетической жизни молодого поколения. Вот где и начнётся разлад, антипатия и антагонизм. Тогда — свиней пасти, у этих традиции крепки и неизменны.

Я вcтaл co cтyлa, чтoбы ycтyпить eй мecтo. Oнa (Валентина Семеновна Серова, мать будущего художника — ред.) пocмoтpeлa нa мeня c пpeзpитeльнoй cтpoгocтью и, едвa cдepживaя иpoничecкyю yлыбкy, yшлa в oблacть кoшмapнoгo тaбaчнoгo дымa. Нa дpyгoй дeнь я cпpocил Aнтoкoльcкoгo: «Oтчeгo этo xoзяйкa c нacмeшкoй и пpeзpeниeм oтoшлa oт мeня, кoгдa я xoтeл ycтyпить eй cвoй cтyл?» «A этo, видишь, нoвaя мoлoдeжь cчитaeт эти cвeтcкие мaнepы пoшлocтью. Дeвицы и мyжчины paвны; a этo yxaживaниe иx ocкopбляeт… У cтyдeнтoв бpoшeны дaвнo вce эти cpeднeвeкoвыe китaйщины». «Вoт кaк! Бyдeм знaть… A я дyмaл, нe выпaчкaнa ли y мeня физиoнoмия в кpacкax».

Разочарование собою — это так знакомо мне, что я даже и вспоминать к ночи не хочу, — не уснешь.

Когда позируют очень безукоризненно, терпеливо, портрет выходит скучный, безжизненный, и, наоборот, при нетерпеливом сидении получаются удачные сюрпризы. У меня с Третьякова, который сидел с необычайным старанием, портрет вышел плохой, а Писемский, вскакивавший каждые пять минут для отдыха, помог мне. Его портрет имел большой успех.

Илья Репин. Портрет  П.М.Третьякова
Илья Репин. Портрет П.М.Третьякова
Илья Репин. Портрет  А.Ф.Писемского.
Илья Репин. Портрет А.Ф.Писемского.

Приготовьтесь заранее, что любовь ваша пройдёт, она должна замениться дружбой. А дружба рождается только из преданности. Если женщина способна быть преданной вполне интересам своего мужа, она — драгоценный друг, который необходим мужчине, с которым он не расстанется ни на минуту во всю жизнь, которого он будет любить и уважать глубоко в душе всю жизнь. Если муж будет предан своей жене, детям, будет относиться с полным уважением к жене (в случае утраты любви), семья счастлива. Но если эти оба субъекта увлекутся свободой действий, самостоятельной эмансипацией, разнородной деятельностью, дающей каждому самостоятельное положение, — семья пропала, разрыв неизбежен.

У меня часто выходит с письмами, что вместо шутливого тона выходит безобразно тупо. И я не замечаю сам в ту минуту, а после чувствую всю свою тяжеловесную грубость — вместо игривости.

Ведь любовь всегда так. Если она сильна, то, достигнув апогея, она понижается до реакции; а если ее нет, то добрая заботливая душа может возростить и взлелеять на вакантном месте, понемногу, но просто, надолго, навеки. Это лучшая любовь — здоровая, сильная, но спокойная, умная.

Вы желаете знать мое мнение о балете? — Я совершенный профан в этом искусстве. И когда милые барышни семенят на носках и, вытягивая высоко ногу, ставят прямой угол к своему торсу, мне делается так скучно и так жаль этих добросовестно откалмывающих одно и то же, одно и то же… Главное, это так казённо и так некрасиво.

Танцы характерные я люблю, в них много огня, жизни, души… Лезгинка, мазурка, краковяк, трепак, сальторелла…

Танцующая. Илья Ефимович Репин, 1920-е
Танцующая. Илья Ефимович Репин, 1920-е

Мoй глaвный пpинцип в живoпиcи: мaтepия кaк тaкoвaя. Мнe нeт дeлa дo кpacoк, мaзкoв и виpтyoзнocти киcти, я вceгдa пpecлeдoвaл cyть: тeлo тaк тeлo.

Вы очень ошибаетесь, думая, что я склонен к спиритизму и приписываю только прочим сынам Земли безобразно тупой материализм. О, нет, материализм прежде всего я чувствую в себе, и в такой степени, что он заглушает во мне многие духовные начала. И при этом, каюсь, я его так люблю, что ни за что не согласился бы сделаться исключительно духовным существом.

Художник должен работать, как деревообделочник. Сначала он грубо обтесывает топором, потом строгает рубанком, и все дальше и дальше инструменты его тоньше, заканчивает он шкуркой, полировкой лаком.

Мне часто вспоминаются слова Льва Николаевича (Толстого — ред.), что видаться часто не надо, он говорит это даже по поводу своего любимца Коли Ге. И правда, может быть, это к лучшему, что я не поселился где-нибудь у вас по соседству, — я бы, пожалуй, надоел вам. А много ли нужно людям иногда, чтобы разойтись?

Чeлoвeк бeз yбeждeний — пycтeльгa, бeз пpинципoв — oн ничтoжнaя никчeмнocть.

В долгий ящик мы, русские, складываем обыкновенно все, что у нас есть лучшего, где оно валяется, валяется и часто совсем выбрасывается по ошибке.

У меня теперь прическа если не очень близко напоминает Авессалома, то уж совсем похожа на шевелюру деревенского попа. И я, кажется, на этой внешности остановлюсь теперь. Если придётся умирать, то я в таком виде буду больше подходить к типу русского художника.

Портрет Ильи Репина. Валентин Александрович Серов, 1901
Портрет Ильи Репина. Валентин Александрович Серов, 1901

Никакие благие намерения автора не остановят меня перед плохим холстом. В моих глазах он (автор — ред.) тем противнее, что взялся не за своё дело и шарлатанит в чуждой ему области, выезжает на невежестве зрителей.

И еще раз каюсь: всякий бесполезный пустяк, исполненный художественно, тонко, изящно, со страстью к делу, восхищает меня до бесконечности, и я не могу налюбоваться на него — будь то ваза, дом, колокольня, костёл, ширма, портрет, драма, идиллия.

Лев Толстой говорит, что нелюбившая и нелюбимая женщина возбуждает в нем жалость, но, право, еще большую жалость возбудит женщина, увлекшаяся страстно до самозабвения, особенно когда ее страсть не будет взаимна. Припоминаю себя: каким я был отвратительным, гадким под игом страсти — гнусное животное. Слава богу, что все это прошло, и вот уже два года, как я совсем спокоен и даже не желаю повторений; а прежде я бы тосковал без этого пьянства, без этой дури.

Знаете ли? Никогда я не видел столько красавиц — «писаных красавиц» — как в Тифлисе. Хотя красота эта и не в моем вкусе — брюнетки; но поражающая красота; та, о которой Гоголь пишет в «Вие», — острая чернота глаза, картинный взмах бровей, — но это натура без подделки, это-то и поражает. Глазам не веришь. И большею частью какая статность! Какой рост! И мужчины есть — просто идеальных форм!

Посмотрите-ка в толпу, где угодно, — много вы встретите красивых лиц, да еще непременно, для вашего удовольствия, вылезших на первый план?

Крестный ход в Курской губернии. Илья Ефимович Репин, 1883
Крестный ход в Курской губернии. Илья Ефимович Репин, 1883

Я человек шестидесятых годов, отсталый человек… Всеми своими ничтожными силёнками я стремлюсь олицетворять мои идеи в правде; окружающая жизнь меня слишком волнует, не даёт покоя, сама просится на холст; действительность слишком возмутительна, чтобы со спокойной совестью вышивать узоры.

Что вам сказать о пресловутом Риме? Ведь он мне совсем не нравится! Отживший, мертвый город, и даже следы-то жизни остались только пошлые, поповские, — не то, что во Дворце дожей, в Венеции! Только один Моисей Микель-Анджело действует поразительно. Остальное, и с Рафаэлем во главе, такое старое, детское, что смотреть не хочется. Какая гадость тут в галереях! Просто не на что глядеть, только устаешь бесплодно.

Осматривая в Венеции работы бессмертных ее художников, я буквально был прикован к одному холсту Тинторетто, на нем у одной фигуры не была дописана рука. Боже мой! Я никак не мог оторваться. Мысленно благодарил Провидение, остановившее кисть Тинторетто в этом месте. Покидая Венецию, я прежде всего побежал во дворец, чтобы взглянуть еще раз, на прощанье, на это чудо. Взволнованный, я вбегаю в зал, вот и холст, но что это?! — рука дописана… Безжалостный болван и невежда — произвел реставрацию! Я чуть не заплакал от горя и досады.

Мне Рафаэль попросту не нравится. Он не живописец, а — желтяк.

Суриков — истинно огромная сила! Какие у него композиции! Колорит! А что касается рисунка — он слаб, особенно в построении фигур. Большие анатомические неверности допускал он. Только представьте поднявшимся его нищего, сидящего на первом плане в «Боярыне Морозовой»! Когда мы жили в Москве, Васнецов, Поленов и я, то мы сговорились помочь Сурикову, но так, чтобы не задеть его самолюбия. Завели у меня сообща вечерние рисования с обнажённой модели с тем, чтобы на эти штудии заманивать Сурикова, подвинуть слабую сторону его искусства.

Боярыня Морозова. Василий Иванович Суриков, 1887
Боярыня Морозова. Василий Иванович Суриков, 1887

Увольте, увольте меня от слушания восторгов по адресу декаденства.

Москва ни в чем не виновата по отношению ко мне. Да вообще обвинять город, какой бы то ни было, это смешно. А Москва, конечно, город торговый по преимуществу, и потому мало способный к движению вперед, к образованию — некогда. Климат здесь хороший, свет чистый, ровный, солнце яркое, внешний вид красивый, чего вы ничем не замените в вашем казарменном Питере, в этом болотном, темном, прогнившем воздухе. Ну, да что об этом препираться… Правда, интеллигенции здесь мало, да ведь и в Питере ее не бог знает сколько.

А вообще я людей люблю и не особенно строго ставлю им в вину их пороки; на все есть свои резоны. Особенно на эгоизм человек имеет неотъемлемое право, это даже не порок.

Жизнь задумана так необъятно широко, и сколько наслаждений, сколько счастия лежит кругом человека, если он способен пользоваться им. Да, счастье надо искать, надо жертвовать многим, надо готовиться себя развивать до понимания его и пользования им. А то что же, ведь большинство нас на всё смотрит, как баран в Библию.

Не люблю, когда обо мне говорят, или пишут, или знают. У меня страсть к инкогнито.

Цитаты собрала Анна Вчерашняя, artchive.ru