Последний оплот Мосбасса

Время при всей своей нематериальности имеет вполне материальное свойство уносить вместе с собой то, что сейчас нам кажется повседневным. Поэтому интересных людей, места, события нужно запоминать и рассказывать о них другим. Иначе, когда они уйдут вместе со своим временем, никто о них не будет помнить. А это не справедливо.

Я хочу рассказать вам об одной находке, случившейся поздней весной 2011-го года.

Все началось с того, что один мой хороший друг, который живет в Скопине и очень увлечен краеведением, сообщил о большом складе угля недалеко от станции Миллионная (Рязанская область), тепловозе и веренице грузовиков, которые везут на этот склад уголь откуда-то со стороны деревни Петрушино. Там его грузят в вагоны и куда-то отправляют железной дорогой.

Так совершенно случайно мы узнали о том, что в Подмосковном угольном бассейне еще добывают уголь.

Это было подобно бомбе: последняя Мосбассовская шахта (Подмосковная) была закрыта и затоплена в 2010-м году. Сложно представить, какое количество статей мне довелось перечитать, где о Подмосковном угольном бассейне говорили в прошедшем времени. И кто бы мог подумать, что пока мы копаем историю, рисуем схемы, общаемся с еще живыми свидетелями величия Мосбасса, на юго-западе Рязанской области, рядом с деревней Петрушино открытым способом ведется добыча подмосковного угля.

Это продолжает свою Кимовский разрез - предприятие, основанное еще в 1958-м году.

Экскаваторы в угольном разрезе
Экскаваторы в угольном разрезе

Разработка этого участка была начата предприятием в конце 90-ых годов. Единственным потребителем угля, добываемого здесь, является Рязанская ГРЭС, расположенная в г.Новомичуринске Рязанской области. Введенная в эксплуатацию в 1973-м году, эта электростанция изначально в качестве топлива использовала бурый уголь. Это было решение, оправданное не столько экономически, сколько социально-политически.

Дело в том, что в соседнем, Скопинском районе, действовал довольно крупный трест Октябрьуголь, который к тому времени уже испытывал определенные проблемы с рентабельностью. Бедность пластов (редко на какой шахте треста толщина пласта превышала 1,2 м), малая глубина залегания и малая площадь полей делали добычу угля довольно затратной и даже опасной. Но просто закрыть шахты в то время не могли - оставить тысячи людей без работы не рисковали. Поэтому такой потребитель, как электростанция, давал шахтам работу, а государству - время на разрешение возникшей ситуации.

Драглайн на вскрыше
Драглайн на вскрыше

К середине 80-ых большинство шахт Октябрьугля были выработаны и закрыты, осталась буквально пара шахт. А Рязанская ГРЭС после модернизации перешла на совместное сжигание бурого угля и газа. В 1993-м закрываются последние скопинские шахты, трест Октябрьуголь ликвидируется. Но уголь для работы электростанции хоть и в меньших количествах, но был необходим, поэтому его начали возить из Тульской области.

В начале 2000-ых ситуация на Подмосковном угольном бассейне сложилась совсем никакая: из множества шахт и разрезов осталось буквально три действующих предприятия. Среди них был и Кимовский разрез. Рязанская ГРЭС оказалась в такой ситуации, когда могла остаться без топлива. Энергетические установки предприятия рассчитаны на бурый уголь Мосбасса и отказ от него в пользу других сортов приводил к необходимости глубокой модернизации станции. Проще было поддержать добычу угля, чем Рязанская ГРЭС и занялась. Но и это не помогло. Последние шахты закрылись, остался только Кимовский разрез.

Драглайн на вскрыше
Драглайн на вскрыше

Итак, угольный разрез у Петрушино является Новольвовским участком Кимовского разреза и находится на территории Новольвовского месторождения бурого угля. Кроме угольного разреза это месторождение разрабатывалось парой шахт, располагавшихся возле Новольвовска. Но они уже ушли в историю, как и обслужившая их железнодорожная станция Углесборочная.

Кимовский разрез приступил к разработке Новольвовского участка где-то на стыке 90-ых и 2000-ых годов. Получилось так, что к тому времени другие участки разреза уже были закрыты и Новольвовский участок остался единственным действующим участком предприятия.

Драглайн работает на вскрыше, ЭКГ - на добыче угля
Драглайн работает на вскрыше, ЭКГ - на добыче угля

Технологический процесс здесь такой же, как на большинстве карьеров. Горные работы ведутся в два этапа. Сперва выполняется вскрыша, в которой задействованы три шагающих экскаватора. Их стрелы, чем-то напоминающие шеи брахеозавров - первое, что бросается в глаза, когда подъезжаешь к разрезу.

Шея брахеозавра высится над отвалом
Шея брахеозавра высится над отвалом

Затем вскрытый уголь лопатой ЭКГ-5 грузится в самосвалы (преимущественно КамАЗы и старенькие КрАЗы), которые отвозят его на склад при железнодорожной станции Миллионная.

ЭКГ5 на добыче угля
ЭКГ5 на добыче угля

Уголь здесь залегает в два пласта, перемежаемых глиной. Каждый из них имеет толщину не более метра. И при этом пласты очень капризны - для них характерен резкий перепад глубины залегания. Пласт может неожиданно нырнуть в глубину или наоборот - метнуться вверх.

Поэтому рельеф отвалов тут выглядит очень брутально. Из всех посещенных мною карьеров этот - самый футуристический.

Погрузка угля в вагоны
Погрузка угля в вагоны

К угольному складу от станции Миллионная проложен подъездной путь, по которому подаются под погрузку вагоны. Это последние триста метров железных дорог Подмосковного угольного бассейна, на которых работает последний Мосбассовский тепловоз.

Уголь в вагоны грузится электрической лопатой ЭКГ.

Подача вагонов под погрузку осуществляется электрической лебедкой.

Погруженные вагоны выводятся на станцию Миллионная, откуда отправляются на Рязанскую ГРЭС.

Вывоз состава с углем на ст.Миллионная
Вывоз состава с углем на ст.Миллионная

Хочется отдельно сказать о людях, работающих там. Они любят свое дело. Подавляющее большинство работающих на разрезе специалистов уже давно не молоды. Многие в лихие годы уходили с предприятия, но все равно вернулись - как ни крути, а дело, которому посвятили всю жизнь, зовет. Многих беспокоит будущее. Все прекрасно знают, что случилось с шахтами и почему так случилось. Настраиваются на худшее, но верят в будущее.

С Кимовским разрезом у меня связана сильная грусть. Рано или поздно предприятие выработает этот участок и скорее всего прекратит свое существование. Но дело даже не в этом. Дело в том, что мне не удалось найти ни музей, ни какую либо другую информацию об истории предприятия: нет старых фотографий, нет воспоминаний, вех развития, успехов и достижений. И последний взмах ковша на Новольвовском участке ознаменует отсчет того самого времени, которое постепенно смоет память о Кимовском разрезе. Нет, название конечно сохранится. Но как это работало, что было достигнуто, благодаря чему и кому - все это станет глубоко личным достоянием времени.