64 566 subscribers

Мы едим радиоактивные бананы и пьём радиоактивное молоко

4,8k full reads

Премию правительства России за работы в области радиационной безопасности получил белорусский учёный, доктор биологических наук Виктор АВЕРИН. К нему мы и обратились с вопросом: что страшнее, радиация, или страх перед ней?

Фото: regnum.ru
Фото: regnum.ru

На вкус и цвет радиации нет

- Виктор Сергеевич, радиация действительно так опасна, как думает большинство людей?

- Тут надо говорить не столько о радиации, сколько об аварийной ситуации с источником ионизирующего излучения, будь то атомная станция или хранилище радиоактивных отходов. Человека волнует, достанет ли до него радиация и насколько опасны будут последствия. Объективно оценить ситуацию он не может и, порой, действительно преувеличивает степень опасности. Как показывает опыт Чернобыля и Фукусимы, восприятие даже самого слова «радиация» всегда негативное. И оно сказывается на психологическом состоянии и на физическом здоровье людей. Стрессы подавляют иммунную систему, из-за чего порой развиваются заболевания напрямую не связанные с облучением. Первые годы после чернобыльской аварии медики, особенно гинекологи, значительную часть проблемы со здоровьем связывали с повышенной радиацией. И расстройства желудочно-кишечного тракта, и головные боли, и давление.

К СВЕДЕНИЮ

Радиоактивностью называется способность некоторых атомных ядер самопроизвольно превращаться в другие ядра, испуская при этом различные частицы.
Биологический эффект воздействия радиации, как и само явление, открыл французский физик Анри Беккерель. Однажды он положил в карман жилета пробирку с радиоактивным препаратом. Позже учёный обнаружил на коже под карманом покраснение в виде пробирки. Беккерель рассказал об этом Пьеру Кюри. Последний решил провести эксперимент на себе и 10 часов носил привязанную к предплечью пробирку с препаратом радия. В результате Кюри получил на руке тяжелейшую язву.

НЕ ВЕРЬ, НЕ БОЙСЯ, НЕ КУРИ

-То есть боязнь радиации может оказаться опаснее самой радиации?

- Это подтверждено примерами в Беларуси и Японии. В такой панической боязни есть и часть вины структур, которые должны своевременно и объективно информировать людей. Население не должно думать, что от него что-то скрывают. Искажение и недоговаривание вызывают негативное отношение общества и снижают степень доверия. Почему бы вместо простого открещивания «всё хорошо, всё под контролем» не объяснить людям, что поднимаются такие-то радионуклиды, что они осаждаются на расстоянии пяти или десяти километров и вашей территории не достигнут? Должна быть профессиональная информация, переведённая на доступный для людей язык. И готовить её должны не просто люди, которые графики показывают и буклеты раздают, и не «свежие» выпускники института, рассказывающие о радиации общие слова. Нужны опытные специалисты – возможно, прошедшие огонь, воду и медные трубы, умеющие говорить с населением и вызывающие доверие.

Мы едим радиоактивные бананы и пьём радиоактивное молоко

- Я слышал, что человек в отсутствии радиации погибает быстрее, чем с радиацией.

- Радиоактивность вокруг нас повсюду, мы с ней живём, она – составная и важная часть нашего мира. Есть естественный радиоактивный фон, обусловленный космическим излучением, присутствующими в почве радиоизотопами и так далее. Мы едим картошку, в которой есть радиоактивный Калий-40. Он содержится в нашем организме и является фактором мутаций. Поэтому мы постоянно подвергаемся действию радиации, причём, как внешней, так и внутренней. При рентгенографии, однократно мы можем получить до 1 миллизиверт - половину годовой дозы установленной для населения после аварии на чернобыльской АЭС. И при этом – остаёмся живы. К сожалению, общество не замечает, что курение, алкоголь, наркотики убивают гораздо быстрее, чем радиация.

- Ну да, многие считают, что выпить бутылку водки – это нормально, а вот радиация – куда опаснее.

- В ряде случаев проще списать какие-то неприятности на тот фактор, в котором меньше разбираемся и на который не можем подействовать. Когда я ещё в России начинал исследования с радиоактивным йодом, у нас стояли детекторы регистрирующие уровень радиоактивности доплнительно издающие свист. Чем интенсивнее радиоактивность, тем громче свист, переходящий в непрерывный режим. Даже у меня мандраж начинался. Хоть осознавал степень безопасности, но, всё равно, чувство нервозности нарастало. Представляете, как себя почувствовали бы люди, не знающие всей правды?

- Но в каких случаях радиация опасна ?

- Неправильный вопрос: не в каких случаях, а в каких дозах. Как змеиный яд может быть лекарством, так и радиация может быть вредной, безвредной и даже полезной. В обычной жизни мы подвергаемся действию природной радиоактивности - это наш обычный жизненный тонус, то, с чем мы живём. С другой стороны, большая доза может вызвать лейкемию, поражения функций нашего организма и в течение короткого времени привести к смерти. Есть дозы, вызывающие генные мутации, и потом в потомстве возможны отклонения. А обычному человеку что малая, что большая - это всё радиация, он не дифференцирует, особенно когда им управляет страх. В зависимости от устойчивости психики может произойти негативное воздействие на здоровье. Все болезни от нервов.

- Для обывателя понятие «доза» слишком неопределённо. Для него важно знать, есть радиация или нет, можно жить или нельзя.

- Для этого должен быть профессионал, который скажет, что «не бойся, можно жить». Он должен понимать, какая реально в этом месте доза, насколько она опасна, и уже тогда проинформировать население. Дать голову на отсечение: «Поверьте мне, я не ангажирован никем, и как специалист говорю вам правду…».

- «… никакого вреда, кроме пользы, от этой дозы вы не получите».

- Поскольку человек уже нервничает, не надо говорить про пользу или вред. Можно сказать, что риск от этого фактора примерно такой-то. Если взять курение, алкоголь с одной стороны, и стакан молока с цезием – с другой, какова вероятность получить то или иное заболевание или снизить продолжительность жизни? Надо сопоставить, что хуже для здоровья - выкурить пачку сигарет или в течение года пить молоко с наличием 50 или 100 беккерелей в литре.

- В Евросоюзе, насколько мне известно, в детском питании допустимо содержание до 75 беккерелей на килограмм, в молочных продуктах — до 125 беккерелей на килограмм.

- Так может быть, нам проще отказаться от сигарет, чем нервничать от того, что мы живём на территории, где за счёт техногенного загрязнения существует ионизирующее излучение?

- Насчёт пользы. В 1920-30-е годы были популярны радоновые ванны.

- Они и сейчас используются в определённых случаях – польза доказана, но опять же мы возвращаемся к дозе. Сам газ радон опасен, и во многих странах есть программы по снижению его концентрации в помещениях. В России и в Беларуси - программа «Радон», в частности, предусматривающая измерение концентрации выходящего из земли газа и преимущественное строительство зданий там, где эта концентрация, ниже.

Виктор Аверин   в окружении будущих биологов, а возможно –  и радиологов
Виктор Аверин в окружении будущих биологов, а возможно – и радиологов

ШУТКА В ТЕМУ

Этикет физиков-ядерщиков:
К лицам, проживающим в радиусе 30 км от места Чернобыльской аварии, нужно обращаться с приставкой «фон», в радиусе 10 км – «ваша светлость», в радиусе 5 км – «ваше сиятельство».

ЗА 101-М КИЛОМЕТРОМ

- Как вы 35 лет назад узнали об аварии на Чернобыльской АЭС?

- Не сразу. Мы начали приборами измерять йод в лужах под Москвой на 101-м километре в Боровске. Знаете, что такое 101-й километр? Туда во времена позднего СССР выселяли тунеядцев, говорили, «за Можай». Мы тогда ещё не представляли реальной опасности. Обнаружили этот радиоактивный йод, и сразу связались с коллегами в Москве. Совершенно секретно. Выезжали на обследование территории, все говорили полунамеками, что ситуация очень непростая. Так я получал информацию.

Потом мне надо было лететь в Америку но я решил поехать не в США, а в Белоруссию на аварию. Когда начал выезжать на территории, где проходила эвакуация, было больно и жутко - как на войне.

Страха не было, но была тяжесть – от того, что видишь оставленным и покинутым нажитое и построенное за многие годы. Отдельных людей в пустых деревнях встречаешь и понимаешь, какая жуть происходит. Таково было моё первое впечатление. Потом заезжали на РАФиках в лес для выполнения специальных заданий. Машина едет, пылит, а ты думаешь: «Вот сейчас надышусь радиоактивной пылью, нахватаю «горячих частиц», а зачем?» И только когда попривыкнешь, начинаешь осознанно реагировать.

- На самой Чернобыльской электростанции и в Припяти были?

- Неоднократно, но не в год аварии, позже. В Припяти координировали научную тематику. Естественно, и в пятикилометровую зону по границе Беларуси выезжали, отбирали пробы. Все эти территории мы прочесали вдоль и поперек. Я не кабинетный ученый, наша задача была - находиться в гуще событий, оценивать обстановку, разрабатывать рекомендации, взаимодействовать с населением. Особую значимость имело изучение состояния уровня загрязнения продуктов.

Когда я в России занимался молекулярной биологией, думал, когда мои знания кому-то ещё пригодятся, когда их будут использовать? Приехал в Беларусь и понял: можно непосредственно делать разработки, которые ты не успел еще создать, а они уже реализуются в реальной жизни. Потом приезжаешь на место, люди говорят: «Спасибо вам. Мы сейчас молоко уже не выливаем, а сдаём и получаем деньги, на которые можно жить». Это, пожалуй, лучший критерий.

- В чернобыльской зоне сейчас можно жить? Слышал, что там даже грибы собирают, вроде бы едят и живы остаются.

- Что понимать под Чернобыльской зоной? Для москвича Чернобыль - вся Беларусь или Гомельщина. Для жителя Минска, может быть, только Гомель и Гомельская область. Для учёных – 30-километровая зона вокруг станции. Есть ещё «территория радиоактивного загрязнения», это где радиоактивность 40 кюри км2 и выше. Там находится Полесский радиационно-экологический заповедник, где работают и живут профессионалы. Но грибы там, конечно, собирать нельзя. К радиационному загрязнению надо относиться серьёзно.

К СВЕДЕНИЮ

Многие пищевые продукты радиоактивны от природы из-за содержащегося в них Калия-40. Средний человек «съедает» около 40 миллибэров в год, что превышает 10% годовой дозы.
В килограмме бананов 3 520 пикокюри (130 Бк/кг). Крупные партии бананов часто вызывают ложные срабатывания детекторов радиации, используемых для предотвращения незаконного ввоза в страну радиоактивных материалов. Есть даже «банановый эквивалент» - понятие, применяемое для характеристики радиоактивности источника путем сравнения с радиоактивностью, содержащейся в обычном банане. Так, проживание в окрестностях АЭС примерно равно съеданию за день трёх бананов (100 микрозиверт в год). Потребление в сутки 30 бананов ведет к достижению «пороговой дозы» в 1 миллизиверт. Для получения первых лёгких признаков лучевой болезни дозу бананов следует увеличить в тысячу раз.
В 3,5 раза больший, чем у бананов, уровень радиоактивности (450 Бк/кг и выше) у бразильского ореха.
Природный уровень радиации выше среднего содержат
· картофель,
· бобы,
· орехи
· семечки подсолнечника.
Фото: i.ytimg.com
Фото: i.ytimg.com

КОПАЕМ ГЛУБЖЕ

- В случае чего, как защититься от повышенной радиации?

- Всё зависит от конкретной ситуации. Некоторые японцы после аварии на Фукусиме детей на улицу сутками не выпускали, хотя там дозы облучения были уже вполне допустимые. Надо понять, стоит ли овчинка выделки, оправдано ли удержание детей «в тюрьме»?

Что касается внешнего гамма-фона, есть только одно правило - находиться как можно дальше от источника излучения. Также нужно контролировать продукты. Есть ряд приборов и правил, показывающих, какие продукты накапливают больше изотопов, какие - меньше. Можно использовать на даче агротехнические и агрохимические приёмы, уменьшающие поступление радионуклидов в выращиваемые культуры. В первую очередь – это внесение удобрений, улучшающих свойства почвы и увеличивающих её плодородие. Фосфорные и калийные удобрения уменьшают переход радиоактивности в растения в два и более раз. Известкование почвы уменьшает поступление радионуклидов в 1,5-3 раза.

- Но это внешняя радиация. А как выводить ту, что уже поступила или поступает внутрь человека?

- Есть много приёмов. Например, пектины, содержащиеся в яблоках, связывают в желудочно-кишечном тракте цезий и снижают его всасывание. Если сходите в сауну или в баню, пропотеете, из вашего организма со шлаками выделяется часть изотопов. Любое мочегонное также усиливает их выведение. Есть профессиональные препараты ферроцены, они используются при отравлениях радиоактивным цезием. Масса приёмов, но ещё раз повторю: всё зависит от дозы. Не надо себя мучить, когда живёшь в Москве, где надо защищаться больше от выбросов, смога и от СО2, а не от того, что ты съешь 2 беккереля цезия.

- Когда «рванул» Чернобыль очень популярна была «профилактика» красным вином.

- В какой-то мере это верно: вино, причём не только красное, но и белое, снижает содержание свободных радикалов. С другой стороны, есть обратный эффект: после распада алкоголя тоже образуются радикалы. После аварии многие пили канистрами водку или спирт - думали, это тоже защищает. Каждый ищет своё средство, чтобы мозги не ехали. Но куда лучше действуют витамины С и А, они уменьшают содержание радикалов в организме значительно активнее алкоголя.

А вы боитесь радиации? Пишите в комментариях👇👇👇, давайте спорить. Нам важно знать ваше мнение!

Беседовал Валерий ЧУМАКОВ, Москва

© "Союзное государство", № 6, 2015

Материал дан в сокращении. Хотите полную версию – пишите в личку!

Дочитали до конца? Было интересно? Поддержите журнал, подпишитесь и поставьте лайк!

Другие материалы нашего портала о
Науке Союзного государства смотрите здесь

ТОП-3