G.Berg
4175 subscribers

Империя как федерация

Империя как федерация

Всё началось с вопроса самому себе: зачем Гоголю понадобился в «Вечерах на хуторе близ Диканьки» Рудый Панько (он – якобы автор всего сборника)?

А ответ получается в антиконституционном поступке Путина, гаранта всё же конституции.

Цитата из коллекции разоблачений:

Путин: “Заставлять человека учить язык, который для него родным не является, также недопустимо…” (Источник).

На самом деле:

“В органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях Республики Татарстан государственные языки Республики Татарстан употребляются на равных основаниях” (Конституция Татарстана, статья 8-2).

А школа – государственное учреждение.

Причём Конституция Татарстана не в противоречии с Конституцией РФ:

“Статус республики определяется Конституцией Российской Федерации и конституцией республики” (Статья 66-1 Конституции РФ).

“Она [республика]… вправе устанавливать свои государственные языки” (Комментарий к Ст. 66 КРФ 1. Часть 1).

То есть гарант Конституции нарушил Конституцию.

Может, Конституции РФ и Татарстана надо уточнять. Не знаю. Важно другое. Конституция это не нечто неизменное. То есть, не грех и выступить против неё на пороге совершенствования. Важно, чтоб люди жили свободно. Каждая нация. В том числе и малая. Если она будет чувствовать себя свободной именно в национальном самопроявлении, то смешны будут опасения националистов, что, если не заставлять учить неродной язык (русских – татарский), то это иррадиирует на татар, желающих ассимилироваться русскими (родители татары – особенно в смешанных семьях – станут называть родным языком своего ребёнка русский, чтоб он его лучше выучил и меньше заморачивался на в самом деле родном татарском). Если в татарстве есть самобытные духовные ценности, то зачем татарам от них отказываться?

И – империя цветёт.

Вот Гоголь и работал на создание из украинского духа – прелести. Фаза А в классификации национализмов по Мирославу Хроху:

«…когда наблюдается деятельность антиквариев, любителей старины, идёт собирательство каких-то коллекций, фольклорного материала и т.п.» (Источник).

В Восточной Европе для многих наций в XIX веке судьба сложилась печально: они попали в имперскую зависимость от малого числа империй. С этими нациями случилось то, что случилось с разочаровавшимися в эпохе Просвещения – разочарование и уход из внешней во внутреннюю жизнь. Романтизм. А он в моральном плане и одним словом есть индивидуализм. Национально-освободительные дворянские революции по всей Европе – все потерпевшие поражение – способствовали отрезвлению романтиков. Они стали превращаться в реалистов. И в процессе этого их национализм превращался из этнического в гражданский.

«Гражданская нация мыслится как политическое сообщество… включение в данное политическое сообщество [например, украинцев в Россию]… все граждане суть члены данной нации [россияне]… Этнический же критерий включения в нацию – это критерий… крови… расы… языка» (Там же).

Гражданский – объединяет, этнический – разъединяет.

Так Гоголь, руководимый отрезвлением от романтизма, то есть нацеленный на коллективизм, «сделал грандиозную и, вероятно, преждевременную попытку «стать Гомером» (К. Аксаков был прав в этом смысле), попытку осознать речь поэта непосредственно как речь народа…» (Гуковский). Но. «…следует подчеркнуть, что в «Вечерах на хуторе» проблема обобщения личного речевого тона только еще намечается… механическим путем сложения (как бы арифметической суммы) разнообразных сказово-личных тональностей повествования» (там же).

Для того, в частности, ему понадобился и Рудый Панько. Для увеличения числа людей-рассказчиков.

«…в первых строках первого рассказа книги («Сорочинская ярмарка»)… это — не речь скромного пасичника предисловия, а речь интеллигента, поэта, романтика…

…второй абзац повести… голос устного рассказчика; однако этот рассказчик — не пасичник, а тоже интеллигент, пользующийся литературными оборотами книги…

…Далее в «Сорочинской ярмарке»… мы все время движемся в русле той же манеры рассказа — то безлично-поэтического в романтическом духе, то лично-сказового, но нимало не соотнесенного с образом Рудого Панька или любого из его постоянных собеседников…

[далее] к комически-бытовому сказу пасичника во введении к «Вечеру накануне Ивана Купала»…

Уже через страницу, при переходе от введения, сказа Рудого Панька, к самому повествованию Фомы Григорьевича, речевой образ носителя рассказа опять отчетливо меняется: теперь это уже не простодушный старичок-хуторянин, а бывалый деревенский полуинтеллигент, мастер красно рассказывать, не чуждый полуфольклорной, полукнижной поэтической образности» (Гуковский).

И так далее в этом духе по всем повестям.

Остаётся моя идея "фикс": есть ли в этом след подсознательного идеала Гоголя? В данном случае – подсознательное обнаружение раньше других в среде украинской интеллигенции стремления интегрироваться вместе с украинским народом в Российскую империю без потери украинского лица.

(Например, я знаю по «Летописи жизни и творчества Пушкина», что 26 февраля 1830 года в «Вестнике Европы» напечатан перевод на украинский язык стихотворения Пушкина «Два ворона»; размер подлинника сохраняется, подпись Б. [Л.И. Боровиковский]. Это украинец из села Мелюшки Полтавской губ.)

Для меня важно свидетельство о подсознательности такого чуткого и тонкого человека, как Гуковский:

«…в «Вечерах на хуторе» Гоголь, может быть еще не совсем осознанно, ищет разнообразных путей воплощения единой картины действительности как отражения единства бытия народа и его нравственного идеала. Он соединяет фантастическое с обыденным, поэтическое начало с «вульгарным»» (Источник).

Ну и многих украинских творцов текста своих «Вечеров…» в том числе и Рудого Панька.

Для G.Berg - Соломон Воложин