Как выжить человеку, на которого лидер Ирана объявил смертельную охоту

15.05.2018

"Каково вам узнать, что аятолла Хомейни только что приговорил вас к смерти" - строка, вынесенная на обложку книги мемуаров английского писателя индийского происхождения Салмана Рушди, бьет по голове с первых же страниц. И правда. Каково это в 1988 году, узнать, что за чью-то жизнь объявлена награда одним из авторитетнейших деятелей мусульманского мира? Это страшно!

За что же радикально настроенные мусульманские общины по всему миру ополчились на английского писателя Салмана Рушди? Гнев по отношению к лауреату букеровской премии разожгли ортодоксальные духовные лидеры из Индии, Пакистана, Ирана и других восточных страны, которые увидели в одной из глав книги "Шайтанские аяты" (Сатанинские стихи) вольнодумство по отношению к пророку Мухаммеду.

После чего толпы мусульманских активистов, чьи чувства были оскорблены, вышли на многочисленные митинги в разных странах с призывом как можно скорее убить писателя. Кто-то предлагал продать свои органы, чтобы оплатить наемных убийц, отдельные финансовые группы назначали награду за голову Рушди, а одна из самых грозных спецслужб мира "Корпус стражей исламской революции" разрабатывала операции по поиску и ликвидации автора.

Парадокс истории заключается в том, что большинство из тех, кто в этом участвовал даже не читал саму книгу!

В мусульманских странах адекватные голоса и поддержка автора подавлялась, вплоть до убийств. По всему миру в тех странах, где печаталась книга, совершались взрывы бомб в магазинах, поджоги, нападения на издателей, убийства переводчиков.

фото Салмана Рушди с сайта издательства Corpus
фото Салмана Рушди с сайта издательства Corpus

Названием для автобиографии автор выбрал собственный псевдоним "Джозеф Антон" (от Джозеф Конрад + Антон Чехов), под которым ему пришлось скрываться долгие 13 лет своей жизни. В конечном счете Рушди остался жив.

Но этого бы не случилось без сочетания многих факторов, которые сохранили ему жизнь и дали возможность творить. Ему несказанно повезло, что его близкие и друзья писатели из многих стран мира помогали ему ему жильем, связями, созданием коммитета в его зищиту, оказывали любую поддержку.

В своих мемуарах Рушди без утайки делится подробностями этой закрытой касты - друзей- писателей, за все это время не выдавших места, где он жил.

Очень красивая обложка автобиографии Салмана Рушди под названием "Джозеф Антон"
Очень красивая обложка автобиографии Салмана Рушди под названием "Джозеф Антон"

Автору повезло, что он вырос и состоялся как писатель в Великобритании, где за него вступились спецслужбы, защищавшие его все это время, несмотря на шквал критики со стороны британских таблоидов, критиковавших их за то, что автор якобы не достоин такой защиты. 

Рушди без обиняков рассказывает о тех, кто помогал ему и тех, кто вставлял палки в колеса кампании по его защите из министерства иностранных дел, офиса премьер-министра, и других ведомств и властных структур.

И как признает сам автор, ему повезло, что маховик этой истории раскрутился на заре интернета, и такого массого распространения, как сейчас, в то время еще не было. Сейчас бы, он вероятно, не прожил и недели. История Charlie Hebdo дает полное представление о том, как это могло быть.

Мемуары Рушди написаны невероятно увлекательно. Они дают ощущение сопереживания, заставляют размышлять о вещах, о которых человек в обычной жизни редко задумывается, например, о борьбе за собственную свободу. Рушди дает представление, что значит жизнь под защитой спецслужб, когда человек в некоторых вещах не распоряжается своей жизнью.

За него думает силовое ведомство. Оно говорит, куда можно ходить, а куда - нет, с кем можно встречаться, а с кем - нет. Таким образом фетва добилась того, что автор на какое-то время стал пленником, привилегированным узником, который не может открыто выйти на улицу. Писатель методично описывает свои шаги к обретению свободы и то, как тяжело ему они дались.

Перевернув последнюю страницу книги, возникает желание погрузиться в мир его художественных произведений. Если он смог так интересно подать свои мемуары, какой же у него полет фантазии?