Юный любовник тётушки

Есть хороший анекдот, про то как три мужика хвалятся друг перед другом своими партнершами. Один любит совсем молоденьких, у которых он первый и им не с кем сравнивать его достоинства. Второй любит зрелых дам, потому что они уже все умеют и их не надо учить, что и как делать. А третий говорит: - Эх, мужики, ничего то вы в сексе не понимаете. Я вот старух люблю. каждая из них думает, что это у нее в последний раз, и такое вытворяет!...

Исходя из того, что последнее время mass media настойчиво раздувают культ из отношений молодых мужчин с "бабушками", доля правды в этом анекдоте есть. Впрочем, любовная история, свидетелем которой я был, случилось задолго до того, как пенсионерка Копенкина начала напоказ менять молодых любовников, а телешоу всех мастей запестрели Гогеном с женой-старушкой.

Мне было двадцать три, а моему закадычному другу Ваньке - 21. Он тогда только вернулся из армии. Девочка, которая провожала его в армию, не дождалась - выскочила замуж. Обычная, в общем-то, история.

С виду казалось, что Ванька пережил это стойко. А на самом деле чуть с крыши не бросился, как узнал. Но это уже потом выяснилось, много позже.

Первую неделю "на гражданке" Ванька ходил по городу в десантном костюме и под хмельком, праздновал. А к концу недели не выдержал и поперся к своей "бывшей" на другой конец города.

Дверь открыла неудавшаяся тёща. Впустила Ваньку домой, налила тарелку борща и стопку водки, усадила за стол, и давай с ним разговоры душевные разговаривать.

"Ты, Ваня, на дочь мою не обижайся, девушка она капризная, все равно бы жизнь нормальная не сложилась у вас. Она музыку любит, книжки, на музыкантшу учится, а ты парень простой, мастеровой, вон ручищи какие. Тебе на завод надо, да простую девку в жены, без придури. Чтобы готовила, обстирывала, детей рожала. Чтобы голова у нее никогда "не болела" и заумью тебя не мучила. Парень ты молодой, вся жизнь впереди, так что, не убивайся понапрасну"...

Целый вечер она ему зубы заговаривала. Даже сама несколько рюмок выпила. И уж как до этого дошло - неизвестно, только проснулся утром Ваня в "тещиной" постели, да в объятиях утешительницы. Выскользнул из под ее руки осторожно, оделся тихонько - и за дверь!

Когда он мне эту историю рассказал по секрету - я только посмеялся. "Врешь ты все, Ванька, - говорю, - с обиды наговариваешь. Знаю я тёть Наташу, хорошая она тетка, душевная. Но вот чтобы прям так дочериного жениха в постели утешать... Зря ты..." Не поверил, в общем. Хотя, Наталья Ивановна симпатичная дама была. Да и лет ей, по нынешним временам, было немного - что-то около сорока пяти. Но уж больно неправдобной казалась история.

Однако она оказалась правдой.

Через пару недель Иван протрезвел, устроился на завод наладчиком, заработал денег на приличный прикид, купил цветов и пошел к "тёще" ...свататься. Буквально. Говорил, что спасла она его в тот вечер, когда борщом кормила. Руки целовал, Наташенькой называл... Клялся, что ночь ту никак забыть не может, что не идет она у него из головы. Да много чего говорил, о чем мне неведомо.

Но самое удивительное, что Наталья Ивановна не прогнала сумашедшего наглеца, не захлопнула дверь перед его сопливым носом, а впустила и в дом и в сердце своё. Пожалела - считай полюбила. Сирота ведь Ванька был, ни отца ни матери, из родни только бабка старая в деревне.

В общем, началась у них с этого дня любовь запретная. Год они встречались тайно, а к концу года пошли про них разговоры нехорошие. В небольшом городке ведь все на виду. А особенно главная бухгалтерша одного из градообразующих предприятий…

Дочь рассорилась с матерью вдрызг и съехала с мужем на съемную квартиру. А бывший муж тети Наташи, который с ней лет десять как был в разводе, подкараулил как-то Ваньку с дружками своими за заводской проходной. Били они его страшно! Думаю, забили бы до смерти, если б не вахтер заводской, который не растерялся, увидев драку, и позвал на помощь мужиков со второй смены…

Два месяца пролежал Иван в больничке местной, пока переломы зарастали, да шрамы заживали. И все эти два месяца «тёщенька» от него не отходила. Ухаживала за ним в открытую, не обращая внимания ни на шуточки, ни на издевки, ни на угрозы бывшего мужа. Терять её больше было нечего. Каждый вечер по 3-4 часа просиживала около своего Ванечки. Выносила судно вместо санитарок, кормила с ложечки, доставала дефицитные лекарства и даже раны перевязывала...

А как только выписали Ваньку, продала Наталья Ивановна квартиру свою, да и уехали они вдвоем на Север, где Ванька на стройку завербовался. Большим человеком он там стал, Иван наш.

А перед отъездом сказал мне буквально следующее. "Были у меня, Миха, разные бабы, но такой не было. И хоть любил я Таньку (дочь Натальи) сильно, но Наташа её затмила. Спокойная она, теплая, мудрая. Всегда знает как приласкать, всегда горячий борщ на плите, всегда слово доброе есть для меня. Она мне сразу и мать, и любовница. У меня как будто крылья выросли, как мы жить вместе стали. Люблю ее, ей Богу, не вру!"

Вот и думаю я. Походу дело не в том, что "вытворяют как в последний раз". А в том, что в этом мире слишком много мальчиков, до самой старости ищущих себе любящую маму...