Жуковский: «Нас ничего не спасет – ни нефть по 60 долларов, ни по 500 долларов!»

9 January

«Мы увидим очередные антисоциальные реформы, вопрос лишь во времени. Возможно, уже в начале 2020-го опять поднимут акцизы, тарифы, пошлины, платежи за капремонт и прочее. После 2021 года, боюсь, нам предложат пройти на площадь: веревку дадут, а мыло со стулом возьмем из дома», — считает экономист Владислав Жуковский.

«НА ГОРИЗОНТЕ БЛИЖАЙШИХ ДВУХ ЛЕТ НАС ЖДЕТ МОЩНЫЙ ПРОВАЛ»

Владислав, подведем итоги 2019 года. На ваш взгляд, какое событие в экономической жизни страны было самым ярким?

— Таких много, но самое главное экономическое событие России — то, что люди наелись пустых обещаний. Настолько красиво и нагло наврать всему обществу, народу, а потом отменить все свои обещания могли только в России. Я говорю про «майские указы», предвыборные обещания президента Владимира Путина и его команды, правительства вместе с Дмитрием Медведевым, «Единой России». Они обещали бороться с бедностью, нищетой, повысить производительность труда, ускорить темпы роста российской экономики, самое главное — решать проблемы затяжного падения уровня жизни народа, поднять пенсии, пособия, стипендии, заработные платы, реальные доходы населения, а по факту пришли в очередной раз к власти и ударными темпами провели целую волну антисоциальных реформ. Уже в июне-июле 2018 года под шумок футбольного мундиаля проводят повышение пенсионного возраста, увеличивают ставку НДС. И все это продолжилось в 2019-м вместе с повышением акцизов, торговых и туристических сборов и прочих поборов.

Поэтому основное экономическое событие — продолжение курса на обескровливание экономики, дойку населения, опустошение карманов россиян, что абсолютно не совпадает с той красивой картинкой, которую вы видите по телевизору. Включаете зомбоящик, где выступает Дмитрий Медведев и говорит, что, оказывается, у него с экономикой все в порядке. Мы понимаем, что в экономике Медведева, Путина, Сечина, Миллера, Чубайса, Грефа, Тимченко, Ротенбергов реально все в порядке. Я даже не сомневаюсь, что у них не было кризиса, нет затягивания поясов, падения уровня жизни населения, безработицы, но у остальных россиян ситуация с экономикой совсем другая.

Жуковский: «Нас ничего не спасет – ни нефть по 60 долларов, ни по 500 долларов!»

Главный экономический итог — продолжающееся падение уровня и качества жизни населения, продолжающийся рост бедности и нищеты. Если мы посмотрим на данные Росстата, то окажется, что сегодня 40 процентов граждан страны имеют доходы ниже 20 тысяч рублей в месяц, то есть меньше 10 долларов в сутки. Это уровень жизни примерно как в Зимбабве, Мозамбике, где-нибудь в Экваториальной Гвинее. То есть у нас 60 миллионов человек живут как африканцы где-то южнее Сахары. Только тем не нужно покупать себе шарфы, шапки-ушанки, обувь, платить за ЖКХ, а нам еще подобное надо делать. И 60 миллионов человек — это по большому счету африканская бедность.

Одновременно мы видим, что и Медведев, и Путин говорят во время прямой линии, федеральных посланий, что доходы населения растут, что рекордными темпами увеличиваются зарплаты и уровень жизни граждан, но данные Росстата свидетельствуют о том, что самая распространенная (так называемая модальная) заработная плата в России составляет менее 23,5 тысячи рублей, поэтому дальнейшее падение уровня жизни — основной тренд.

Смешно слышать, когда Путин утверждал, что его все устраивает в российском правительстве, Дмитрии Медведеве и «Единой России». Это здорово, но что-то реально располагаемые доходы 6-й год подряд никак не растут, а падают. Но через два часа Росстат опубликовал свежие цифры по социально-экономическому положению России и внезапно нарисовал рост реальных располагаемых доходов населения на 3% в третьем квартале текущего года. Оказалось, что доходы населения не падают на 1,3% в первом полугодии, а уже растут на 0,2%. Затем вышел Медведев и объявил, что мы сломили тренд по линии уровня жизни населения, что доходы растут, нет повода для пессимизма и мы справились с поставленной задачей. Тут уж понятно, что Росстат у вас ручной, поэтому и уволили бывшего главу [Александра] Суринова, который со всеми своими минусами был профессиональным макроэкономистом, ученым, статистиком, у которого когда-то были честь и совесть. В итоге его убрали за отказ рисовать цифры в угоду правительству, президенту. В итоге поставили [Павла] Малкова — друга Максима Орешкина, и сразу все цифры улучшились. Тут и экономику пересчитали, так что уже выходило, что не было кризиса ни в 2017-м, ни в 2016-м. А если вы такого не заметили по своим карманам, если вам кажется, что вы беднеете, это ваша проблема, потому что в статистике формально все хорошо.

Единственное, за что хочется поблагодарить предыдущее руководство Росстата, — то, что успели провести последний крупный социологический опрос. Выяснилось, что каждый третий россиянин не может купить себе сезонную пару обуви, так как на это просто нет денег. Оказалось, что у 62 процентов россиян вообще нет сбережений, они живут от получки до получки, от пенсии до пенсии, не имея возможности отложить на черный день, потому что все деньги уходят на продукты, «коммуналку», медикаменты и проезд. И самое «ужасно прекрасное», что, по данным того же Росстата, сегодня 26 процентов всех детей (каждый четвертый ребенок в России) живут в нищих семьях, где доходы членов ниже прожиточного минимума. Значит, у нас каждый четвертый ребенок в России — нищий. В сельской местности таковых 46 процентов. Если мы говорим про многодетные семьи, где больше трех детей, так их там 52 процента. Это приговор.

Поэтому главный итог 2019 года — продолжающееся обнищание населения на фоне абсолютно победоносных радостных заявлений властей, которые продолжают говорить про какие-то непонятные золотые горы. Обещают «майские указы» и вставание колен, а по факту делают все наоборот.

Если возьмем в целом экономику, каков итог?

— Экономика затухает на фоне абсолютно благоприятной внешнеэкономической ситуации. Вспомните, как Путин заявил, что он вместе с Медведевым и правительством спас российскую экономику от рецессии, как они ее чудом вытащили. Но у меня вопрос: кому было адресовано это заявление? Если их делать в доме для душевнобольных, то прокатит. Но если люди более-менее адекватные и в состоянии умножить два на два, владеют арифметикой, то о какой рецессии может быть речь? Мировая экономика растет на 3,2 процента в год. Значит, она не в кризисе по формальным признакам. Нефть дорогая, стоит 63,5 доллара за баррель, то есть у нас денег выше крыши, а бюджет сводится, как говорит Силуанов, при 49 долларах за бочку. У нас формально колоссальный приток нефтедолларов в российскую экономику, профицит бюджета. С начала 2019 года он уже превысил 3 триллиона 100 миллиардов рублей. В 2018-м доходы превысили расходы на 2 триллиона 700 миллиардов рублей. В бюджете на ближайшую трехлетку тоже заложен профицит на 2 триллиона рублей. Также у нас профицит внешней торговли: в 2018 году — 190 миллиардов долларов, в 2019-м 150 миллиардов выйдет. На такие деньги можно было бы заново отстроить всю Россию; прекратить закрывать школы, больницы, повысить пенсии, зарплаты врачам, учителям, увеличить стипендии, пособия многодетным; построить новые школы, детские сады, поликлиники; перестать разрушать социальную сферу, но подобного не происходит. А вместо этого президент говорит, что они спасли российскую экономику от рецессии.

Но посмотрите данные Росстата, согласно которым темпы роста экономики не выросли на фоне колоссального притока капитала, а упали почти в 2 раза. Если в 2018 году в январе – сентябре темпы были 2,1 процента, то в 2019-м — всего лишь 1,1 процента за 9 месяцев. И все это в ситуации, когда дорогая нефть, профицитный бюджет, золотовалютный резерв уже 542 миллиарда долларов (это 35 триллионов рублей, почти полтора годовых федеральных бюджета России). Нам говорят, что спасли экономику от рецессии, а получается, что, наоборот, экономика затухает. Я бы сказал даже, что главный итог года в сфере экономики — то, что она погружается в рецессию, уже идет падение темпов роста.

Примерно то же было в 2011–2012 годах, когда нефть выросла с 63 почти до 100 долларов за баррель, темпы роста экономики упали с 4,3 до 3,4 процента, а в 2012-м улетели ниже 2 процентов. Это явилось показателем того, насколько у нас низкое качество госуправления, высокий уровень коррупции, сильное взаимопроникновение власти с олигархами, сращивание с криминальными кругами, со всей этой несменяемой партхозноменклатурой, клановостью, что уже никакие деньги не помогали. Сегодня мы вернулись в 2012 год, так что на горизонте ближайших двух лет нас ждет мощный провал. Когда он случится, мы не знаем, потому что на это влияет много факторов, например отношения между США и Китаем, ситуация на нефтяном рынке и многое другое. Но уже очевидно, что нам не помогает вообще ничего. Нас ничего не спасет: ни нефть по 60 долларов, ни по 160 долларов, ни по 500 долларов. Бюджетная конструкция выстроена таким образом, что все доходы, которые российская экономика получает при нефти дороже 40 долларов, автоматом изымаются.

«УЖЕ АЛЕКСЕЙ КУДРИН ВЫГЛЯДИТ ПАЦИФИСТОМ, А НЕ ЛЮДОЕДОМ»

Как вы относитесь к бюджетному правилу, о котором спорят Антон Силуанов и Алексей Кудрин? Даже последний предлагает хотя бы на 5 долларов повысить цену отсечения. Вы считаете, лучше складывать или вкладывать?

— Мы дожили до таких чудесных времен, когда уже Алексей Кудрин выглядит пацифистом, а не людоедом, когда он видится человеком, предлагающим разумные инициативы. На фоне него Силуановы, Орешкины, Набиуллины и те прочие новые министры вообще плебеи. А Алексей Леонидович на их фоне — глыба, светоч мысли. Он хотя бы начал понимать, что у нас недофинансированы образование, наука, культура, медицина. Например, нам нужно увеличивать расходы на образование с 4 процентов ВВП до 8 процентов. А что такое 4 процента ВВП? Это 4 триллиона рублей. Где вы их возьмете? Это должны быть инвестиции и государства, и корпораций, и частного сектора. У населения денег нет. Малый бизнес вымирает. Олигархи вкладываться не собираются, так как они за рубежом живут, там их семьи. Государство сказало: «Денег нет, держитесь там». Так что самый главный лозунг 2019 года: «Государство вам ничего не должно, держитесь там. Если вас не устраивает — выходите на митинги, а мы вас скрутим и отправим за решетку».

Поэтому действительно Кудрин правильно говорит, что необходимо увеличивать финансирование здравоохранения с 3,5 процента ВВП до 6–7 процентов, образование — с 4 до 8 процентов ВВП, что необходимы инвестиции в науку. С другой стороны, мы понимаем, что, скорее всего, это просто риторика. Алексей Леонидович сейчас не находится в месте принятия решений, поэтому может себе позволить как глава Счетной палаты критиковать, а потом, в будущем, когда начнется схватка элитарных группировок за пост президента либо премьер-министра страны, сказать: «Ребята, а я находился вроде рядом, но был не согласен с Силуановым, вообще не поддержал пенсионную реформу, повышение НДС, введение „Платона“, кадастровой оценки недвижимости. Я был с народом, поэтому ко мне какие претензии? Я готов выступать народным избранником».

Но если мы говорим про резервы, то колоссальный рост золотовалютных резервов достигается ценой обескровливания экономики. С начала 2019 года, по оценке Центрального банка России, на покупку иностранной валюты направлено больше 51 миллиарда долларов — это более 3 триллионов рублей. На эти деньги можно было бы повысить пенсии, стипендии, пособия, зарплаты учителям, врачам, деятелям культуры. Но по факту подавляющее большинство врачей, преподавателей живут на доходы в 1,5–2 раза ниже, чем обещано по «майскими указами». С другой стороны, если у вас такие колоссальные резервы, 540 миллиардов долларов, тогда не трогайте граждан, хотя бы не вводите какие-то сумасшедшие налоги для малого бизнеса, пенсионеров. Зачем гоняться за людьми пенсионного возраста, которые живут впроголодь и выращивают капусту, морковь, бахчевые какие-то на участке и продают на рынке либо возле дороги? Не повышайте НДС. Вы нанесли удар по промышленности, подтолкнули рост цен, издержек производства и сделали экономику планово убыточной. Безусловно, эти деньги надо было направить, с одной стороны, на повышение уровня жизни населения через пенсии и зарплаты бюджетников…

Собрать и раздать всем?

— Нет. При чем здесь раздать? Если вы повысите пенсию с 11,5 тысячи рублей до 12,5–13 тысяч, то эти деньги не утекут на покупку импортных товаров и услуг, они пойдут на покупку товаров внутреннего производства, потому что чем человек беднее, тем меньше он может позволить себе импортных товаров, приобретая, как правило, товары первой необходимости. Даже эти крохи будут провоцировать спрос внутри экономики. Не может быть никакой рыночной экономики, когда у людей нет денег.

По оценкам Росстата, есть три главных фактора, которые ограничивают рост экономики и не дают бизнесу развиваться. Первое, самое главное — низкий уровень жизни населения. Это ограниченный платежеспособный спрос. Если доходы граждан падают, то разве кто-то что-то будет производить, если это не окупится? Второе ограничение — это растущие налоги и поборы, НДС, акцизы, пошлины, «Платон» и все остальное. И третья история — неопределенность и хаос экономической политики, постоянные метания. Говорим одно, делаем другое. Например, в 2014 году Путин и Медведев обещали не трогать налоги — вместо этого подняли остальные квазиналоги, обещали не повышать пенсионный возраст — все равно увеличили. Таким образом, они совершили большую ошибку — допустили моральное банкротство власти в глазах общества и тотальное неверие людей в их слова. Поэтому сейчас, что бы власти ни сказали, что бы они ни сделали, им не поверят, а подумают, что худшее только впереди и надо к нему готовиться, запасаясь кто чем: валютой, патронами или тушенкой.

«ЕСЛИ БЫ МОСКВА УЧИЛАСЬ У РУССКОГО СЕВЕРА, У КОТЛАСА, У ПОМОРЬЯ…»

Но на массовые протесты, как это было в 2012 году, граждане уже не выходят, разве что по экологической повестке, как, например, в Шиесе.

— Народ действительно разобщен, деморализован, запуган. С какой целью власти настолько жестко закручивают гайки, сажают молодых парней по «московскому делу», по «ростовскому делу»? Удалось отбить Павла Устинова, Егора Жукова, еще кого-то, но, с другой стороны, уже полтора десятка человек поехали в колонию на 1,5–3 года просто за то, что вышли на митинги против коррупции, фальсификации выборов, антисоциальных реформ и против того, что власть людей не слышит. Это делается специально. Пытаются запугать. К сожалению, желание власти — расколоть протест, деморализовать людей: «Ребята, сидите дома, никуда не выходите, иначе мы вас закроем».

С другой стороны, я вижу, что народ просыпается и протест растет. Вспомните, что было в Котласе, где, по разным оценкам, вышли в центре города от 5 до 12 тысяч человек. Администрация трижды отказывала в проведении митинга, но через суд люди добились своего — и на улицу вышел практически каждый 6-й житель Котласа. Они протестовали против мусорной мафии, коррупции, превращения Русского Севера в помойку, сращивания коррумпированных чиновников с мусорной мафией, которые решили зарабатывать десятки миллиардов рублей по всей стране. Их требования переросли уже в политические. Но пока это всего лишь там, в Котласе. Поэтому, если бы Москва училась у Русского Севера, Котласа, Поморья, это было бы прекрасно. Если бы на улицы в Первопрестольной вышел каждый 6-й житель столицы, хотя бы 5 процентов, а это уже 700 тысяч человек, то не было бы ни пенсионной реформы, ни «мусорной», ни фальсификаций выборов. Как ветром сдуло бы почти всю «Единую Россию» — в лучшем случае к детям, женам, яхтам и футбольным клубам в «загнивающей» Европе, а многие бы еще и «на севера» поехали. А пока выходят 40–60 тысяч человек, как было на проспекте Сахарова летом, но этого недостаточно. Неужели всем все нравится? Вас устраивают платные парковки во дворах? Уничтожение экологии? Низкие зарплаты? Растущие тарифы ЖКХ? Нет. И социология показывает, что не устраивает.

Откуда такое равнодушие?

— А это пофигизм. Утрачен навык гражданской солидарности и борьбы за свои права. Люди разобщены. Нам постоянно говорят, что мы коллективный народ, все вместе будем делать, что выступаем друг за друга, но на самом деле мы на словах — Лев Толстой, а на деле кто-то другой. У нас раздуто самомнение и очень мало желания что-то реально делать, не хватает перерастания от слов к делу. При этом есть огромный протест в соцсетях. Там же кипит все, но по факту, когда доходит до дела, вообще тишина.

Весь протест сливается, условно говоря, на кухнях и в интернете.

— Конечно. Вспомним выборы в Мосгордуму. Это была моя первая выборная кампания в жизни. Москва кипела. Но какая явка была на выборах? 21 процент — всего лишь на 1 процент больше, чем пять лет назад. А остальные 80 процентов копали картошку, пили пиво, жарили шашлыки и смотрели «Дом-2». Видимо, людям нравится все это. Потому претензии только к себе. Мы даже не дружим с соседями по лестничной клетке. У нас нереально провести сбор подъезда для решения какого-то вопроса. Приходят семь самых ярых бабушек-разбойниц и пять энтузиастов, остальных не собрать. Народ нулевых годов запуган девяностыми, плюс сегодня пропаганда того, чтобы не было как в Сирии, на Украине, где-нибудь в Ливии. Поэтому вся надежда на подрастающее поколение, на молодых людей, которые не застали ни 1990-е, ни 1980-е, ни 1970-е, ни 2000-е годы.

Недавно смотрел видеоролик, где показывали представителей старшего поколения (лет 60) и спрашивали их: «Профсоюзы — это хорошо или плохо?» Они говорят: «Профсоюзы — это хорошо, здорово». — «А зачем они нужны? — «Ну как? В цирк билеты дадут, в театр сходить, в санаторий съездить». Корреспондент спрашивает: «А еще есть цель у профсоюза? Он должен бороться за повышение зарплаты, пенсии, соцпакет, митинги, пикеты проводить?» И бабули отвечают: «Нет, так нельзя делать. Нельзя митинговать — это бессмысленно, опасно». А в Штатах, Европе молодежь и люди в возрасте отвечают, что это единственная цель профсоюзов, что по отдельности мы ничего не можем ни власти сказать, ни работодателю, ни компании, а когда нас тысяча, способны спокойно свой голос поднять, потребовать и добиться.

Главные сливщики протеста на данный момент — профсоюзы России. Все крупные профсоюзы созданы сегодня при поддержке правящей власти, правительства, «Единой России». Они кормятся из кармана, бюджета либо напрямую зависят от какого-то крупного олигарха.  Поэтому посмотрите, чем занимается профсоюз Олега Дерипаски. Они вместе с ГАЗом поехали по Европе автопробегом бороться за снятие санкций. Вам там, что ли, зарплату платят? Европа  не может вас жильем обеспечить? Она украла у вас в 1990-е годы всю собственность по дешевке с криминальными войнами, с перебитыми миноритарными дольщиками, пайщиками, акционерами, всем остальным? Они борются не с олигархами и жуликами, а с Европой. Вы вообще в себе? А где был Дерипаска и почему не вывел свое предприятие и работников на митинг против правительства, «Единой России», пенсионной реформы, «мусорной» реформы, конфискации пенсионных накоплений? Потому что он за. В результате все профсоюзы — это посмешище. Нормальные независимые профсоюзы небольшие, их часто создают альянсы учителей, врачей, но эти структуры более жесткие и радикальные.

За нас с вами никто наши проблемы решать точно не собирается. Как показывает практика, ни в одной стране мира не бывает хорошо. Просто в каких-то государствах мира люди могут объединиться и бороться, поднять голос, а в каких-то они будут на кухне ругаться, выливать поток желчи, негатива в соцсетях, а потом замолкать и про все забывать. Чуда не случится. Не прилетят инопланетяне и за нас проблемы не решат. Люди сами должны бороться за своим права законными методами — выходом на митинги, пикеты, через выборы. Без этого ничего не изменится.

По-вашему, улица — единственный способ?

— Улица и выборы друг без друга не могут быть. Но мы же видим, как проходят выборы, когда пачками снимают опасных для власти кандидатов — от системной или несистемной оппозиции. И все по надуманным причинам — например, запятая не там стоит, фотографию не туда приклеили, цвет пасты ручки не такой. Даже подписи собрали — не нравятся. Поэтому, если парламентские методы заблокированы, остаются митинги. Но законно, спокойно, как во всем мире. Например, в Америке каждую неделю на экологической повестке стоят митинги. Там постоянно людей задерживают, увозят, снова отпускают. Та же самая Джейн Фонда, известная телезвезда, каждую неделю борется за экологическую повестку. Нам же пока сложно чем-то похвастаться. Поэтому у меня уважение к Русскому Северу, который показал, что там готовы и могут.

«МЫ РАСТЕМ В 3 РАЗА МЕДЛЕННЕЕ, ЧЕМ МИРОВАЯ ЭКОНОМИКА С 2011 ГОДА»

Вернемся к экономике. Так что же у нас происходит — рост, рецессия, стабильное падение?

— Формально российская экономика находится не в кризисе и не в рецессии, Росстат рисует нам позитивную положительную динамику: и поквартальную, и годовую. То есть формально экономика растет.

Сколько процентов?

— За 9 месяцев 2019 года темпы роста — 1,1 процента. Это затухающее увеличение. Мы растем в 3 раза медленнее, чем мировая экономика с 2011 года. То есть формально экономика России находится не в кризисе, но все понимают, что это статистическая манипуляция Росстата: занижают дефляторы, индексы цен, проводят доначисления. Росстат сам говорит, что у него почти треть роста экономики — это просто-напросто статистический досчет экономической активности, не наблюдаемой прямым статистическим методом. То есть этого нет, но Росстат говорит, что подобное имеется. Вы суслика видите? А он есть, но мы его не видим с вами по какой-то причине. Но если считать честно, то получится, что мы в минусе начиная с 2014 года.

Посмотрим на динамику ВВП по паритету покупательной способности с очисткой от инфляции, то есть как в реальном выражении изменилась экономика РФ по сравнению с остальными странами мира. Вот, например, российская экономика за 10 лет (с 2008-го по 2018-й), даже с учетом присоединения Крыма и присчетом его экономики к нашей, выросла всего лишь на 8 процентов, а без Крыма и Севастополя это порядка 5 процентов. Для сравнения: мировая экономика в целом выросла на 38,5 процента, китайская экономика — на 114 процентов, Индия — на 98 процентов, даже Монголия — на 94 процента, Вьетнам — на 81 процент, Филиппины, Индонезия — 75-80 процентов…

А те, кто ближе к нам? Беларусь, Казахстан?

— Турция выросла на 65 процентов, Грузия — на 46 процентов за 10 лет, даже Нигерия — на 50 процентов. Возьмем развитые страны — и даже там был рост: Южная Корея — на 35 процентов, Швеция с ее высокими пенсиями, высочайшим уровнем жизни населения показала увеличение на 20 процентов. Даже США выросли на 19 процентов, белорусы — примерно на 17 процентов.

Мы же растем медленнее примерно в 4 раза, чем мировая экономика, и примерно в 15 раз хуже, чем Китай. Это просто потерянное десятилетие упущенных возможностей. И впереди еще 10 лет потерь. Возможно, будет даже хуже.

Посмотрите на состояние промышленности. Росстат рисует красивую картинку: рост промышленного производства на 2–2,5 процента, при этом альтернативные оценки показывают, что промышленность находится в кризисе, причем очень глубоком. Например, есть такой показатель, как индекс деловой активности, он рассчитывается институтом менеджеров по закупкам и является одним из лучших опережающих макроиндикаторов. Он опережает динамику ВВП примерно на полгода. Опрашивают директоров промышленных предприятий, задавая вопросы: как вы оцениваете ситуацию в экономике, какая у вас ситуация со складскими запасами, спросом, сбытом, безработицей, инвестициями? И из подобного выстраивается индекс. Все, что выше 50 пунктов, — это рост и развитие. Все, что ниже, — рецессия. В России индикатор деловой активности находится ниже 50 пунктов, мы в зоне рецессии с мая 2019 года. Притом самое страшное, что по итогам октября индекс упал до минимальных отметок с мая 2019-го — до 45,6 пункта. То есть даже в 2014–2016 годах в реальном секторе экономики оценка экономической ситуации и перспектив была лучше, чем сегодня. Падают внутренние и экспортные заказы, ухудшилась ценовая ситуация, ситуация с налогами, сокращаются инвестиции. Плюс отсутствие роста занятости.

Поэтому власти могут рисовать какую угодно красивую картинку, но мы же видим, что социология показывает недовольство. Если все в России хорошо, то откуда сегодня, даже по данным ВЦИОМа и «Левада-Центра», рекордное количество (по-моему, 51 процент) молодежи, которая хочет уехать из страны?! Причем таковых наблюдалось в 2014 году всего лишь 22 процента. Был эффект Крыма, ощущение: «Э-ге-гей, мы тут сейчас мускулы нарастим, пиндосам по носу дадим, у нас русский мир, борьба с олигархами, народовластие», — а по факту фига всем. Это были просто глобальные разборочки определенных политических группировок и олигархических кланов.

Забрали Крым, подняли рейтинги, а на этом фоне провели чудовищные антисоциальные реформы. «Платон» ввели, пенсионный возраст подняли, пенсионные накопления в 2014 году Путин бессрочно заморозил, ввели кадастровую оценку недвижимости, поборы за капитальный ремонт, «мусорную» реформу, повысили тарифы ЖКХ, ввели платные парковки, чудовищно выросли штрафы, цены на бензин. В 2014 году литр бензина стоил 32 рубля, а сегодня — 50 рублей. Почему, например, в 2006 году нефть стоила 62–63 доллара за баррель, в настоящее время у нее такая же цена, но тогда курс рубля к доллару был порядка 25 рублей за доллар, а сейчас — 65? Почему тогда литр бензина стоил 17 рублей, а сегодня — 48–50? А дизель вообще в 3 раза взлетел в цене. Как это объяснить? Очень просто. Власти по большому счету объявили скрытый дефолт экономике, финансовой системе и обществу. Они провели шоковую девальвацию. Просто взяли и обвалили рубль к доллару с 25 до 65 рублей. Формально прибыли экспортеров сырья даже выросли, выручка — тоже, у них рекордные дивиденды.

Посмотрите на динамику индекса ММВБ. С 2011-го российский фондовый рынок затухал и падал. Было понятно, что финсистема деградирует, денег нет. В 2014 году ударно проходит девальвация рубля, индекс ММВБ улетает в небо, а сегодня обновляют все исторические максимумы. Другими словами, у экспортеров сырья появились сверхдоходы, которые они начали переводить в рубли, покупать свои же акции обратно, выплачивать дивиденды, выкупом акций разгонять котировки ценных бумаг, надувая красивые пузыри. Под эти пузыри брали кредиты в банках, чтобы потом все это слить и обанкротить, как это много раз было, раздувая капитализацию из ничего.

Власти сказали, что их ресурсно-сырьевая экономика трубы умерла. Она не способна поддерживать темпы роста экономики. И даже эта девальвация их не спасла. Откуда в бюджете такие деньги? Почему власти говорят, что у них колоссальные нефтегазовые доходы? Почему профицитный бюджет? Так потому, что девальвация рубля создала сверхдоходы не только для экспортеров сырья, но и для бюджета и для валютных резервов. Каждый доллар, который получаете, дает вам в 2–2,5 раза больше доходов, даже если ничего не делать. А кто девальвацию оплатил? Мы с вами — население. Все стало дороже в 2,5 раза из-за критической зависимости от импорта. Про 2008-й вообще не вспоминаем. Власти об этом людям не говорят, а граждане, утратив аналитическое мышление, не могут подсчитать, потому что по телевизору о подобном не беседуют. По ящику утверждают, что виноваты во всем госдеп и «загнивающий Запад».

«В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ МЫ УВИДИМ ОЧЕРЕДНОЕ ПРОВЕДЕНИЕ АНТИСОЦИАЛЬНЫХ РЕФОРМ»

Но часто говорят, что как раз у людей деньги есть, лежат в банках, только они их никуда не вкладывают, как и компании, которые тоже не инвестируют. Так средства у нас есть или нет?

— Между спекулятивным пузырем на финансовом рынке и реальной жизнью простых людей, экономики, малого бизнеса, промышленности, нас с вами пропасть нереальная. С 2014 года всем стало жить хуже минимум на 10–20 процентов, кому-то — на 30 процентов, а финансовый рынок вырос в цене более чем в 2 раза, ему стало в 2 раза лучше. Посмотрите на отчетность всех крупнейших экспортно ориентированных компаний — у всех рекордные дивиденды, выручки, прибыли. Даже Росстат официально фиксирует все последние годы рост ежегодных прибылей корпоративного сектора примерно на 25–30 процентов. Причем эти деньги не идут ни на рабочие места, ни в инвестиции, ни в технологии. У нас у корпоративного сектора на счетах в банках лежит более 35 триллионов рублей. Проблема в том, что это не средства ипэшников, маленьких ООО, промышленности. 80 процентов этих денег — средства крупного сырьевого капитала крупнейших экспортеров сырья: «Роснефти», «Газпрома», «Норникеля», «Мечела», «Алросы», экспортеров древесины, золота, полиметалла и прочих. У них реально денег как у дурака махорки. К ним претензий нет, потому что они как продавали сырье за рубеж, так и продолжают. Это средства не экономики абстрактной, не нас с вами, а очень узкого круга лиц, который контролирует данные корпорации. Счет идет на пару тысяч человек.

Вторая история. Они не собираются никуда вкладывать эти деньги, средства лежат в банках и проходят как деньги на расчетных счетах юрлиц в пассивах, а в активах банки решают, куда вложить. Греф и Костин открыто сказали, что экономика в тяжелом состоянии, поэтому зачем кредитовать малый бизнес, если он неконкурентноспособен. Поэтому они не нашли лучшего способа, чем выдавать деньги населению в долг. С одной стороны, народ беднеет, а с другой — массово набирает кредиты. Долги россиян перед банками выросли только официально за последние три года в полтора раза — с 12 триллионов до 18,5 триллиона рублей. Население влезает в долги, чтобы банально поддерживать текущий уровень жизни, берет кредиты не на приобретение квартиры, автомобиля, а на оплату ЖКХ, покупку медикаментов, погашение старых кредитов. Приезжайте в Иркутск, Омск, Челябинск, Новгород, Томск и выйдите на улицу — весь центр города захламлен микрофинансовыми организациями: «От получки до получки, от зарплаты до зарплаты возьми кредит под 200, 300, 400 процентов годовых».

Набиуллина и Орешкиным даже поспорили уже, хорошо это или плохо. Но никто не говорил, что население берет кредиты от безысходности и нищеты. Они лишь спорили, стоит ли еще накачать пузырь и снять последние штаны с населения, загнать людей в долговую яму или уже хватит. Так вот Орешкин считает, что это стимул экономического роста, а Центробанк за то, чтобы бороться с надуванием пузыря, потому что и так хватит.

Набиуллина говорит, что лучше ипотеку развивать. Это более обеспеченное кредитование, чем просто раздача денег в кредит.

— Я думаю, следующим шагом властей будет то, что они скажут, что каждый россиянин — потенциальный миллионер, причем в долларах, потому что, например, почка стоит 20 тысяч долларов, легкое — 30 тысяч, а, по-моему, мужские половые органы, яичко — около 100 тысяч долларов. В принципе, есть что продавать. Можно продавать по частям на органы кого угодно. В принципе, каждый россиянин — потенциальный миллионер. Так что вы хотите? Какие вам пенсии? Вы и так хорошо живете.

Меня, кстати говоря, очень удивила Светлана Журова, депутат Госдумы от «Единой России», заслуженная олимпийская чемпионка, которая заявила, что, оказывается, у нее знакомые в очереди стоят и умоляют поднять пенсионный возраст, чтобы работать до 100 лет. Видимо, у нее очень хорошие знакомые. Это, наверное, все чиновники, депутаты, сенаторы, министры, которые вперед ногами хотят выйти из своих кабинетов, до гробовой доски работать, сидеть на содержании налогоплательщиков, на нашей с вами шее, никуда никогда не уходить. Поэтому я думаю, что впереди будут сильные раунды таких социальных реформ. Они не остановятся.

Думаю, в ближайший период мы увидим очередное проведение антисоциальных реформ, вопрос лишь во времени, в том, когда это произойдет. Очевидно, что до 2021 года власти побоятся выкручивать руки людям, залезать в карман населению и жестко нас доить, потому что впереди выборы в Госдуму, причем принципиально важные: это будет проверка степени, скажем так, дееспособности или недееспособности властных вертикалей «Единой России», особенно после того, как в Мосгордуму, где были четыре оппозиционных депутата, прошли 20. В конце 2020-го они даже могут провести некую раздачу слонов, немножко поделиться деньгами, бросить несколько хлебных крошек с барского стола обедневшему населению. Возможно, уже в начале 2020-го мы увидим некое наступление: опять поднимут акцизы, тарифы, пошлины, платежи за капремонт и прочее, а к концу 2020-го — началу 2021-го будут везде пиарить: дескать, смотрите, власть с народом, мы немного ему отсыпаем денег. А после 2021 года, боюсь, нам всем предложат пройти, собственно говоря, на площадь: веревку дадут, а мыло со стулом возьмем из дома. То есть между 2021-м и 2024-м ожидаются два года, когда власти должны очень жестко провести все оставшиеся реформы. Видимо, второй раунд пенсионной реформы будет осуществлен тоже после 2021 года — по крайней мере, уже ходят слухи среди единороссов, что надо поднять пенсионный возраст как минимум еще на три года. Скорее всего, это будет сделано в начале 2022-го и до начала 2023-го.

Уже при следующем составе Думы?

— Да. До думских выборов подобного делать нельзя, потому что рейтинги и без того чудовищно низкие. А в этом году в Мосгордуму и во всех субъектах «Единая Россия» пошла на выборы, спрятав партийные билеты, — люди прикинулись самовыдвиженцами, сказали: «Мы не единороссы. Я не я, и попа не моя. Я не голосовал за это, мы хорошие люди, мы в команде мэра Москвы. Голосуйте за нас, мы не из „Единой России“». При этом все были членами ЕР. Даже глава Мосгордумы Шапошников и руководитель московского отделения партии Метельский шли самовыдвиженцами, а не в качестве единороссов.

Но им же сейчас запретили так делать.

— Медведев запретил, а Кириенко не одобрил, но именно он отвечает за выборы, поэтому, скорее всего, станут искать какой-то совмещенный формат либо страховать какого-то лояльного единоросса-самовыдвиженца. В 2021 году, думаю, как раз после выборов будет люфт: с 2020-го до второй половины 2023-го надо готовиться к мощнейшей волне затягивания поясов и удавок на шее населения. Я в 2014–2015 годах рассказывал, что в «Деловую Россию», Столыпинский клуб приходили заместители министров финансов, экономики, приносили бумаги, в которых написано: «План по повышению пенсионного возраста», «Повышение НДС», «Налоги для самозанятых» и прочее. Там же среди прочих мер, которые рассматривал минфин, обозначено: «Повышение ставки НДФЛ до 15 процентов». То есть не вводить прогрессивный налог (для богатых больше, для бедных меньше), а поднять для всех. Имелись и прочие «изобретения». Думаю, к 2022 году как раз мы это все увидим. Тогда у власти будет отличный шанс провести очень непопулярные антисоциальные людоедские реформы и списать все это дело на уходящего президента, потому что, насколько я понимаю и вижу по людям, в администрации федеральных чиновников начали уже откровенно царя-батюшку сливать. Они воспринимают его как хромую утку, то же самое уже заметно даже в его крупнейшем олигархическом окружении (кооперативе «Озеро»), с которым он играет в хоккей, по 15 шайб за матч забивая в пустые ворота. Соответственно, я думаю, слив президента уже идет полным ходом, как раз-таки на него повесят все непопулярные реформы.

Согласится ли он уйти под таким, скажем так, соусом?

— Рано или поздно все уходят. Объективная причина — возраст: скорость ума, мышления не та, уже подросли более «голодные» группировки, дети олигархов и чиновников. Они прекрасно понимают, что, коли надо провести дойку населения, зачем им мараться — лучше это дело свалить на определенного человека, а он потом пойдет дальше.

К 2024 году будет очень мощная схватка данных олигархических группировок, а все эти непопулярные реформы повесят на команду Путина и тех, кто уходит, потому что они окажутся уже отыгранной картой.

Продолжение следует