4794 subscribers

Что, если бы Томас Уэйн признал Джокера своим сыном?

379 full reads

В фильме «Джокер» персонаж Хоакина Феникса, пытающийся понять кто его отец, проникает в здание Уэйн-Холл, чтобы поговорить с миллиардером и кандидатом в мэры Готэма Томасом Уэйном. Тот отказывается признавать нищего клоуна своим сыном, после чего Артур Флек окончательно сходит с ума. Он убивает свою биологическую мать Пенни, задушив её подушкой в больничной палате. Уэйн, судя по документам, выкраденным Артуром из больницы Аркхем, и в самом деле не был его отцом. Но что мешало Томасу назвать себя таковым в разговоре с Артуром, быть может это спасло бы несчастного, да и весь Готэм?

Тот самый разговор в сортире Уэйн-Холла.
Тот самый разговор в сортире Уэйн-Холла.

Прежде всего, исцелился бы Артур Флек? На тот момент его личность лишь отчасти осознавала окружающую реальность, многие события в его жизни на самом деле являлись галлюцинациями. При этом Артур уже успел совершить вполне реальное преступление, он убил троих молодых людей в метро. Если Уэйн признает Артура своим сыном (или усыновит его из жалости), ему нужно как-то разобраться с этим преступлением. Либо спасти Артура от полиции (например, создав ему ложное алиби), либо отдать новоиспеченного сына в руки правосудия. В последнем случае тот всё равно станет Джокером, поскольку после судебно-медицинской экспертизы его отправят в психиатрическую лечебницу Аркхем, где, по фильму, он и превратился в маньяка.

Врата Аркхема.
Врата Аркхема.

Допустим, Уэйн прикрывает Артура и не сдаёт его. Однако Томас Уэйн ещё и политик, стремящийся стать мэром. Трудно придумать что-то более дискредитирующее будущего мэра города, чем усыновление (или признание внебрачного отпрыска, что ещё более скандально) психически неуравновешенной личности, обвиняемой в убийствах. Уэйн к тому же ещё и глава огромной корпорации. А троица убитых была молодыми перспективными менеджерами в этой организации. Интересно, повысится ли лояльность сотрудников, если глава корпорации отмажет от суда убийцу трёх человек, работавших в его фирме? И как данный поступок Уэйна скажется на рыночной капитализации корпорации?

Главный офис корпорации Уэйна.
Главный офис корпорации Уэйна.

Если Артур будет признан сыном Уэйна, он станет членом его семьи. Артур уже пытался подружиться с самым младшим из них — Брюсом. Войдя в семью, Артур сможет постоянно общаться с мальчиком. Интересно, насколько полезно для младших школьников общение с заведомыми маньяками-убийцами, да ещё и проявляющими нездоровый интерес к маленьким детям вообще (не зря же из всех клоунов именно Артур ходил на детские утренники) и к Брюсу в частности?

Артур любит, когда дети улыбаются.
Артур любит, когда дети улыбаются.

Если Уэйн в самом деле будет относиться к Артуру как к сыну, он обязан позаботиться о его лечении. Ведь Артур давно официально находился под врачебным присмотром и регулярно посещал своего лечащего врача (пока эту должность не сократили из-за нехватки бюджета). И тут возникает интересный вопрос — а его болезнь вообще излечима? И насколько её развитие, показанное в фильме, зависело от внешних обстоятельств, а не от процессов, происходящих внутри мозга Артура?

Нет, он не Гамлет, он другой. В его безумии нет системы.
Нет, он не Гамлет, он другой. В его безумии нет системы.

Судя по информации из личного дела Пенни Флек, причиной его психического заболевания была серьёзная травма головы, которую ему нанёс сожитель его матери, когда Артур был ребёнком. Эта травма запустила невротический процесс, который до времени проявлялся только как болезненный смех, вызываемый любым нервным напряжением. Однако постепенно болезнь развивалась и, судя по всему, получаемые им лекарства лишь отчасти притормаживали этот процесс. Поскольку болезнь имеет физическую, а не психологическую природу, вряд ли её вообще возможно вылечить без нейрохирургии. Да и с нейрохирургией тоже, ведь впоследствии, когда Джокера отправили в Аркхем, врачи могли применять к нему любые медицинские методики, но не смогли добиться его выздоровления.

Артур идёт в больницу.
Артур идёт в больницу.

Итак, если бы Томас Уэйн признал Артура (который уже практически превратился в Джокера) сыном, в его доме поселилась бы крайне опасная и заведомо психически больная личность, уже имеющая опыт убийств и живущая в собственной бредовой реальности. Допустим, Уэйн поселил бы своего нового сына отдельно от остальной семьи — однако тем самым Артур получил бы полную свободу действий. Как он её использовал бы? Да точно также, как и в фильме, пошёл на шоу Мюррея и убил бы ведущего в прямом эфире. Но в данном случае обвинили бы не одиночку-Джокера, а самого Томаса Уэйна и вообще всю деловую и политическую элиту Готэма. Повторилась бы история с Распутиным, во всех бесчинствах которого винили лично царя Николая II и «правящую камарилью».

Джокер. Фанарт.
Джокер. Фанарт.

Может, Уэйну, независимо даже от признания или отрицания им отцовства, следовало попросту отправить Артура в Аркхем? Однако именно там тот окончательно превращается в маньяка, бежит из больницы и становится тем самым Джокером, который в «Тёмном рыцаре» развернётся во всю ширь своей больной души. И если бы Артура туда отправил Томас Уэйн, именно его посчитали бы главным виновником трансформации простого клоуна в Джокера. Миллиардер просто не мог поступить иначе, чем в фильме, ведь любой другой выбор приводил либо к такому же, либо к заведомо худшему результату.