Куда пропал замглавы администрации Забайкалья?

Юрий Сибиряков был не очень многословен, даже когда должность в Забайкалье требовала от него обратного. Но с уходом в ноябрьский отпуск, плавно перешедший в декабрьский, который затем перетёк в январский больничный, замруководителя администрации губернатора края совсем притих. Пропал, что говорится, с радаров.

Отпуск он, к слову, заработал ловко – меньше чем за полгода. В конце июня перешёл из мэрии Улан-Удэ в стан главы Забайкалья Натальи Ждановой и не успел раздать обещанные местным СМИ интервью, как наступила пора отдыхать. Где именно, я не знаю. И вы, скорее всего, тоже.

Есть информация, будто Сибиряков, как его затянувшиеся выходные – тоже плавно перетёк куда-тотуда, в Бурятию, к родным пенатам. Но это так, на уровне слухов, которые ни пресс-служба губернатора, ни сам герой рассказа пока не подтверждают. Наши коллеги в Улан-Удэ говорят, будто недавно видели пару раз этого мужчину в городе. Но у человека заслуженный больничный, а потому он может позволить себе попадаться людям на глаза в любой точке земного шара. И даже за его пределами.

«Какие вы всё-таки хорошие люди, – сказала начальник пресс-службы губернатора Елена Назарова в конце января, когда я заявил о своём беспокойстве за судьбу нового члена команды Натальи Ждановой. – Переживаете за него. Я вот что-то совсем не переживаю». Но как же тут не переживать? Последний раз я говорил с Сибиряковым в середине января, хотя разговором это можно было назвать с большой натяжкой. «Алло», – ответил он тогда на телефонный звонок чуть осипшим голосом. «Юрий Павлович, добрый день. Это Алексей Малашенко, корреспондент «Чита.Ру». – затараторил я, не веря своей удаче, после стольких-то дней безуспешных попыток дозвониться. – Удобно вам говорить?» – «Нет, мне сейчас неудобно», – «Когда мне лучше вас набрать тогда?» Последнее слово в этой фразе я договаривал коротким гудкам.

Звонил в этот день я ему ещё раз пять, но удобнее моему собеседнику не стало. Чтобы дать ясно это понять, он, судя по всему, добавил мой номер в чёрный список, потому как при очередном наборе с той стороны доносились лишь короткие-короткие гудки. Короче могли быть только наши с Сибиряковым разговоры. Параллельно я писал ему по вайберу, а Юрий Павлович читал, но стоически перебарывал желание что-нибудь написать в ответ.

Я допустил, что нелёгкая занесла чиновника на какие-нибудь Карибы или Галапагоссы, и теперь он избегает телефонных разговоров из-за большого роуминга. Потому я постучался к нему в друзья в фейсбуке. Благо, посты он там размещает регулярно. Например, 13 января поделился зимним пейзажем с уходящей вдаль трассой.

«Обложка со смыслом?», – спросил в комментариях какой-то Аир. Сибиряков поставил комментарию лайк. Я тяжело вздохнул. Просто так, без всяких смыслов.

В друзья меня чиновник не добавил, на сообщение в фейсбуке не ответил. Не дал обратной связи ни по одной из SMS-ок, а было их много: «Доброе утро, готовы поговорить?», «У вас всё в порядке?», «Юрий Павлович?», «Доброе утро. Как у вас дела?», «Добрый день, добавите меня в друзья в фейсбуке?», «Добрый день. Екатерина Шайтанова написала про вас событие недели в связи с вашим исчезновением. Видели?», «Добрый вечер. Когда планируете выйти с больничного?», «Доброе утро, ещё не вышли?».

А он так и не вышел. Ни с больничного, ни на связь. Только редкую фразу в твиттере шлёпнет да ссылку на репост в фейсбуке. «Задорного не хватает», – написал 9 января. А нам вас, Юрий Павлович. Вы там поправляйтесь быстрее, на больничном-то. Или что там у вас теперь.

Алексей Малашенко

Оставить комментарий к материалу вы можете на сайте www.chita.ru.