Мы «паркуемся» в подвале

Дворник Александра лично стелит в парадной новые коврики. То есть куски старых ковров, конечно, но каждые три месяца — свежие. Собирает и сдает макулатуру, которой щедро осыпают наши почтовые ящики всевозможные фирмы по установке окон, продаже мёда и ремонту компьютеров. Сметает пыль с дорожек, ведущих к дому. «Запарковать» нас в подвале была именно ее идея.

Самостоятельным человеком (то есть уже не частью живота) дочь приехала домой в начале марта. На пятый этаж брежневки. Одной из главных рекомендаций невролога, даже важнее профилактики рахита, было вывозить ребенка на улицу каждый день, лишь бы не в минус двадцать пять. Как выполнить наказ врача, когда ты слабосильный дистрофик на трясущихся ножках, а коляска 13 килограмм, — вообще не ясно.

Дня два мы гуляли по балкону. Проделывали полную процедуру сбора на улицу: легкий слой, теплая поддевка, меховой конверт, потом мама очень быстро накидывает пуховик, влезает в ботинки и тащит на балкон люльку от коляски. В нее помещается истошно орущий конверт, накрывается ветровиком. Ну, и все, сорок минут мама практикует ходьбу на месте, потому что люлька занимает примерно половину всего балкона, табуретку уже не воткнуть. Да и на улице пока минус двадцать, лучше даже на месте — ходить.

С третьего дня с ребенком начал гулять муж, перед работой. Это было уже гораздо легче: всего-то упаковать брыкающегося младенца в конверт, передать в руки отцу, уже спустившему на первый этаж коляску, и на тридцать минут отключиться. Потом принять сонный кулек, при развертывании заходящийся гневным криком, дождаться, пока взмыленный муж затащит транспорт и возьмет сумку, закрыть за ним дверь до позднего вечера.

Одолеть десять пролетов по семь ступенек с коляской мне оказалось не под силу
Одолеть десять пролетов по семь ступенек с коляской мне оказалось не под силу

Ситуация несколько осложнялась тем, что я теперь выходила из дома только два раза в неделю. Но ничего, хикикомори вообще не бывают на улице, и нормально, годами живут. В общем, до момента, когда дочь начнет садиться, и можно будет купить коляску полегче, мы решили действовать именно так. А потом как-то утром муж встретился с дворником Александрой.

— Смотрю, фигней вы страдаете! — веско заметила она.
— Разве же фигня — гулять с собственным ребенком? —удивился муж.
— Фигня — таскать каждый день коляску на пятый этаж на руках, — ответила Александра. — Нормальные люди их внизу оставляют.
— Это где же? — еще больше удивился муж, пытаясь мысленно втиснуть коляску на площадку рядом с почтовыми ящиками. Коляска даже в голове занимала слишком много места.
— Так под лестницей, в подвале! Давайте я вам ключ дам, а то смотреть больно, как вы туда-сюда такую тяжесть таскаете.

«Вот тебе подарок: ключ от колясочной!» — объявил муж сразу, как я в очередной раз распаковала конверт и обнаружила в нем недовольного младенца. Воображение нарисовало потайной ход в не менее потайное помещение, однако мечты довольно быстро развеялись. Тем не менее, даже такая, импровизированная «парковка» для детского транспорта существенно облегчила наше существование.

Буквально новый мир открылся ключом от подвала
Буквально новый мир открылся ключом от подвала

Конечно, в хранении коляски в подвале есть свои минусы. Во-первых, неуверенность в том, что она чистая. Мы всякий раз надеваем сверху дождевик, и все же как-то страшновато. Во-вторых, кошки. Они спят в корзине каждый раз, как я забываю ее отстегнуть. Память моя нехороша, так что корзину приходится часто стирать. В-третьих, ребенка все равно на какое-то время нужно оставлять в квартире одного. Потому что закрыть висячий замок, когда у тебя в одной руке младенец, а в другой большая пачка подгузников, батон хлеба, пакет молока и погремушка — тот еще акробатический номер.

Но и плюсы тоже существенные. Теперь я могу взять ребенку талон в поликлинику не только на восемь утра. И на улице бываю семь раз в неделю.

Вот так дворник Александра изменила жизнь в отдельно взятой семье. Изменила к лучшему.