Она была несчастна в браке, но её слава затмила горечь

27 August 2019

В минувшем году почти незамеченным промелькнул 165-летний юбилей со дня рождения Марии Николаевны Ермоловой (15 июля 1853 г. — 12 марта 1928 г.), которая, по словам К. Станиславского, была «величайшей из виденных им актрис». Мы нашли возможность исправить это упущение. На помощь вновь пришли документы из фондов музея. Речь идёт о метрических книгах, которые вместо привычных нам записей актов гражданского состояния (ЗАГС) до 1918 года велись в каждой церкви. В них записывали самые главные события в жизни человека: рождение, бракосочетание и смерть. Метрические книги — бесценный источник информации о тех, кого давно нет с нами.

Итак, представьте, что вы листаете метрическую книгу Успенской церкви села Аутка Ялтинского уезда за 1899 год. На 128-й странице читаем запись, сделанную 25 августа: «Врач Московской губернской тюрьмы лекарь Василий Яковлевич Зеленин, православного вероисповедания, 31 года, сочетался браком с дочерью потомственного дворянина Маргаритой Николаевной Шубинской, 22-х лет». Молодые были православными, и для обоих это был первый брак. На эту запись можно было бы и не обратить внимания, но уж очень известные ялтинцы были поручителями (свидетелями) на свадьбе: доктор Александр Николаевич Алексин, доктор Леонид Валентинович Средин и ветеринарный врач Дмитрий Григорьевич Томашевский. Ради кого собрались эти люди августовским днём в Аутской Успенской церкви? Ответ один — ради Марии Николаевны Ермоловой и её единственной дочери Маргариты Николаевны Шубинской.

М. Н. Ермолова с дочерью М. Н. Шубинской и друзьями на даче «Нюра» в имении Токмаковых Олеиз в Мисхоре. 1898 г.
М. Н. Ермолова с дочерью М. Н. Шубинской и друзьями на даче «Нюра» в имении Токмаковых Олеиз в Мисхоре. 1898 г.

Женщина, известная всей стране как драматическая актриса, была замужем за потомственным дворянином, преуспевающим московским юристом, адвокатом, впоследствии членом Государственной Думы Николаем Петровичем Шубинским. Брак не стал счастливым, но слава актрисы была так велика, что затмила её личную драму. Когда наконец-то счастье улыбнулось и Мария Николаевна решила уйти от мужа к человеку, которого безгранично полюбила на всю жизнь, супруг отказался отпустить вместе с ней дочь. Отчаяние восьмилетней Маргариты заставило Ермолову остаться с мужем.

Понять и пережить драму матери дочь смогла десять лет спустя, когда сама полюбила артиста Юрия Михайловича Юрьева, соседа по тверскому имению. Мария Николаевна восстала против решения Маргариты соединить с ним жизнь, ведь «актёры — это не люди». Дочь, ценившая жертву, принесённую ради неё матерью, тоже пожертвовала своей любовью. Спустя много лет Юрий Михайлович признавался Маргарите Николаевне, что её отказ разбил его сердце.

У самой Маргариты после расставания открылась чахотка. Лето 1898 года мать с дочерью проводят в Олеизе и на даче «Нюра». Художник Н. Ярошенко, отдыхавший там же, знакомит их с доктором Алексиным, а тот — со Срединым и его семьёй. Насколько важны были для Ермоловой эти встречи, видно из её письма Л. Средину, написанного 2 сентября 1898 года по возвращении в Москву: «Я была влюблена в вас, в природу, в музыку, в вашу душу, в голос и глаза Алексина, в характер Софьи Петровны <…>. Я бывала много раз в Крыму, люблю его всегда и всегда скучала по нём <…> и я с радостью уезжала в Москву. Теперь <…> было не так, я <…> со слезами уезжала из Крыма <…>. Всё дело в том, что я нашла людей по сердцу. И это такая страшная редкость в нашей жизни, что и теперь я так сильно чувствую, какое редкое счастье выпало мне на долю <…> за последние двадцать лет я таких людей не встречала…».

Фрагмент метрической книги Успенской церкви с. Аутка Ялтинского  уезда за 1899 г.
Фрагмент метрической книги Успенской церкви с. Аутка Ялтинского уезда за 1899 г.

Весной 1899 года Мария Николаевна решила снова везти дочь в Ялту. Профессор Павлинов для постоянного наблюдения за здоровьем Маргариты порекомендовал своего бывшего ученика — терапевта Василия Яковлевича Зеленина.

На этот раз остановились в гостинице «Россия». Много времени проводили у Срединых на их знаменитом балконе, встречались с Алексиным, познакомились с Горьким. Леонид Валентинович Средин, прекрасный фотограф, любил снимать своих гостей. Значительная часть фотографий, в том числе М. Ермоловой и М. Шубинской, хранятся в фондах нашего музея.

На них мы видим девушку с непримечательной внешностью. А вот что писали о Маргарите Николаевне современники: «Маргарита Николаевна была высокого роста, хорошо сложена, но она была некрасива: узкие, довольно глубоко сидящие глаза, широкие ноздри, «кошачий» овал лица… Но мягкие её движения и быстрая походка были грациозны. Она всегда была к лицу причёсана, одевалась, не приноравливаясь к моде, а приноравливая моду к своей фигуре, к своему возрасту, душилась изящными, как сказал бы Вертинский, духами. В её маленьких глазках лучился тёплый ум. В её улыбке было столько дружелюбия! В её слабом, иногда вдруг прерывавшемся глуховатом голосе слышалась такая широкая душа! И этот её милый, негромкий, всегда естественный и оттого заразительный смех!..».

Вскоре стало ясно, что Зеленин влюблён в Маргариту Николаевну. Она относилась к нему с симпатией, поэтому, когда молодой человек предложил девушке руку и сердце, та согласилась. Ермолова обрадовалась: врач, милый, положительный человек, креатура Павлинова.

Свадьбу решили устроить в Аутской Успенской церкви, в поручители пригласили дорогих сердцу людей: А. Алексина, Л. Средина и Д. Томашевского. 25 августа 1899 года священник Николай Щеглов с дьяконом Антонием Фелицыным в присутствии Марии Николаевны Ермоловой и поручителей совершили обряд бракосочетания, и была сделана запись в метрической книге, чтобы мы 120 лет спустя могли вспомнить об этом событии.

Людмила ИВАНОВА,
заведующая отделом Ялтинского историко-литературного музея

Фото из архива музея