Вот это улов, вместо рыбы - утка!

Леонид Сергеевич никогда не был рыболовом. Но с тех пор, как на реке открыли базу отдыха, стал «баловаться помаленьку».

Нет, он еще не приобщился к племени «ненормальных»— тех, что встают ни свет ни заря и, облюбовав сижу, восхищенно наблюдают, как огненно-красный шар солнца медленно выплывает из-за леса, а затем мягко катится по вершинам медноствольных сосен, как сквозь тающий легкий туман сверху вниз стелются изумительно красивые радужные дорожки.

Леонид Сергеевич даже собственными удочками не обзавелся. Он — рыболов-болельщик. Выйдет по тропке к берегу — туда, где, образуя тихие тростниковые заводи, в реку впадает «рыбный ручей», обозрит окрестности и спрашивает «ненормальных»:

— Ну, как улов?

Улов всегда приличный. Далее когда в других местах бесклевье, тут разбойничает окунь — с хода хватает насадку и «тянет, как паровоз». Осторожно берут плотва и подлещик. Попадается язь. Ленивый линь, величиной с двухнедельного поросенка, иногда соблазняется на обыкновенного червяка!

Но рыболовы не в пример охотникам — народ не хвастливый и на шаблонный вопрос Леонида Сергеевича так же шаблонно отвечают:

— Улов нормальный.

Сидят себе, молчаливо, как боги, на берегу и в лодках возле зеленых стенок тростника, и любому зрителю— ноль внимания! Леониду Сергеевичу тоже.

Он же выбирает на берегу самого удачливого рыболова — из тех, у кого не одна, а две или три удочки, и вежливо просит:

— Позвольте одну? Хочется закинуть!

На этот раз Леонид Сергеевич удостоил вниманием своего заместителя, рыбачившего с берега почти у самого устья речья.

То ли заму не захотелось лишаться одной из двух удочек, то ли другой выход показался лучше, и он сказал:

— Возьмите в ручье. Во-о-н, видите, конец удилища торчит из осоки?.. Вчера там рыбачил милиционер, а сегодня, видно, проспал зорьку.

Леонид Сергеевич поблагодарил, а в душе шевельнулось: «Скряга, удочку пожалел». Но сказал весело:

— Что ж, порыбачу на удочку милиционера! Это даже интереснее.

«Видно, торопился человек, — подумал Леонид Сергеевич, — а возможно, для маскировки бросил удочки в самую осоку».

Леонид Сергеевич взялся за конец удилища — и что бы это?! — за другой конец удилища кто-то сильно дернул и потянул не в воду, а в воздух. Рыболов-болельщик так сильно вздрогнул от неожиданности, что чуть не упал.

И в тот же момент все, кто тут был, увидели: один конец удилища в руке у Леонида Сергеевича, а на другом конце, на полуразмотанной леске что-то трепыхалось.

Рыболов-болельщик подтянул леску, с трудом взял трофей в руки и, как мальчишка, закричал что есть духу:

— Утка! Утка! На удочку милиционера клюнула утка!

Пока на крик сбегались береговые рыболовы, Леонид Сергеевич освобождал уткин язык от цепкого милиционерского крючка. И едва это удалось, как птица мгновенно выпорхнула из рук.

— Вот это чудеса! — шумели рыболовы.

А все случилось довольно просто. После вечерней зори рыболов бросил в воду удочку с червяком на крючке. Видимо, утром в поисках пищи в заводинке приводнилась утка. И неудачно позавтракала червяком на крючке милиционерской удочки.

Леонид Сергеевич так всем и объяснил. А рыболовы весело смеялись:

— Вот это поклевка!

— Вот это рыболов!

— Да на свою-то удочку вы не то что утку—журавля поймаете!