11 879 subscribers

Модная драгоценность с глубоким смыслом: пектораль древнеегипетской царевны Сат-Хатхор-Иунет

1,2k full reads
1,8k story viewUnique page visitors
1,2k read the story to the endThat's 66% of the total page views
3,5 minutes — average reading time

Историк Винера Андреева, любезно рассказавшая нам про ларцы Сат-Хатхор-Иунет – фараоновой дочери XIX века до нашей эры, на этот раз посвятила статью одному предмету из этой сокровищницы:

«Создавая произведение искусства, древнеегипетский художник, ваятель, ювелир выстраивал целую вселенную символов. Яркий пример тому – удивительно изящная вещица из коллекции украшений, найденных в гробнице дочери фараона Сенусерта II.

Мы уже познакомились с прекрасными ларцами, в которых древнеегипетская царевна XIX века до нашей эры Сат-Хатхор-Иунет, отправляясь в вечную жизнь, захватила с собой украшения и косметические принадлежности. Осмотр богатств, которые заключались в этих ларцах, начнем, пожалуй, с очень модной в высшем египетском свете четыре тысячелетия назад вещицы – золотой пекторали.

Величина этого ювелирного шедевра – всего 8,2 сантиметра в ширину и 4,4 сантиметра в высоту, но он содержал 372 инкрустации (к сожалению, часть их утрачена) из полудрагоценных камней – сердолика, бирюзы, лазурита. Мельчайшие из них имеют буквально миллиметровые размеры, и тем не менее все они были тщательно подогнаны к перегородчатой золотой основе.

Это не просто потрясающе красивый аксессуар, хотя мастерство и талант безвестного ювелира не могут не вызывать искреннего восхищения. Как и любое древнеегипетское произведение искусства, пектораль несет мощную концептуальную нагрузку. Фактически, каждый элемент ее – частица ребуса, и, вдоволь налюбовавшись на пектораль, мы этот ребус сейчас прочитаем. Для этого нам потребуется знание древнеегипетской религиозной символики, относящейся к изображениям и цвету.

Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Лицевая сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Лицевая сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Лицевая сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк

Центр композиции – овальная рамка с перекладиной внизу, которую египтологи условно называют «картуш». В такую рамку вписывали личное и тронное имена фараона. В данном случае имя тронное, то есть то, которое государь получил при восшествии на престол, и читается оно как Хахеперра – «Восход пришедшего в существование (бога солнца) Ра». Этого царя мы знаем по личному имени и условному номеру в XII династии – Сенусерт II. Скорее всего, он был отцом царевны Сат-Хатхор-Иунет.

Египетское искусство очень любило симметрию. И, поскольку левая и правая части пекторали зеркально отображают друг друга, мы смело можем продолжать расшифровку ребуса по любой из них. Но сперва разберемся с цветом (и материалом). Лазуритовый синий – цвет неба – издревле символизировал божественную царственность. Зеленоватый бирюзовый означал возрождение к вечной жизни. Символика красного цвета, переданного здесь с помощью сердолика, была очень сложной. С одной стороны, красный – цвет крови, и в определенном контексте мог ассоциироваться со злом – но не в нашем случае. Ведь кровь – это и солнце, и рождение, и жизненная сила. Ну, а золото всегда связывалось египтянами с понятием нетленности, недаром они называли этот металл «плотью богов».

Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Обратная сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Обратная сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Пектораль царевны Сат-Хатхор-Иунет. Обратная сторона / Метрополитен-музей, Нью-Йорк

Итак, сокол с солнечным диском на голове (заметим: в символическом пространстве древнего египтянина солнце запросто могло иметь бирюзовым, цвета победы над смертью) – это бог Ра-Хорахте, соединивший в себе образы Ра и покровителя царской власти Хора. С солнечного диска спускается к картушу священная кобра иарет (нам больше знакомо греческое искажение этого слова – «урей»). Она – хранительница имени царя (мы помним, что имя мыслилось египетскими интеллектуалами как одна из девяти составляющих сущности человека), и несет на своем туловище символ вечной жизни – анх.

Сокол Ра-Хорахте одной лапой стоит на символе бесконечности круговращения солнца – шен. Кстати, легко заметить, что картуш – это все тот же шен, только удлиненный для того, чтобы в него вошло имя. А вырастает вся эта громоздкая конструкция из зигзагообразных знаков, обозначающих изначальный океан Нун – состояние, в котором мир существовал в непроявленной форме.

Немного отдохнем и полюбуемся еще раз. Вот с этими бусами, пронизи для которых сделаны из золота, лазурита, бирюзы, сердолика и зеленого полевого шпата (они также происходят из гробницы Сат-Хатхор-Иунет) пектораль демонстрируется ныне в Метрополитен-музее:

Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Метрополитен-музей, Нью-Йорк

Идем дальше. В средней части пекторали, под картушем с царским именем – бог миллионов лет (то есть, практически, вечности) Хех. Иероглиф, изображающий его, и читался как «миллион» (да, египтяне имели представление о столь больших числах, хотя и выражали, например, понятие множественного числа тремя черточками – вот такой парадокс). И, видимо, миллиона здесь показалось мало, поэтому на сгибе руки Хех держит головастика лягушки – этот знак читается как «сто тысяч».

Каждой рукой (вспоминаем о принципе симметрии) Хех протягивает соколу нераспустившийся пальмовый побег ренепет – обозначение года. И вот теперь нам становится ясен смысл ребуса пекторали: солнечное божество – небесный прототип фараона – дарует его священному имени ни много ни мало – 1 100 000 лет царствования через свет своего диска и кобру-хранительницу иарет.

С этими аметистовыми бусами, найденными в гробнице, пектораль была сфотографирована вскоре после обнаружения:

Снимок пекторали в отчете о раскопках / Brunton, Guy. Lahun 1: The Treasure. London, 1920
Снимок пекторали в отчете о раскопках / Brunton, Guy. Lahun 1: The Treasure. London, 1920
Снимок пекторали в отчете о раскопках / Brunton, Guy. Lahun 1: The Treasure. London, 1920

Вот такое сочетание высокого искусства и высокой теологии. Разумеется, и то, и другое доступно было крайне узкому кругу людей. И великая жрица, царская дочь Сат-Хатхор-Иунет в этот круг, безусловно, входила. Надевая концептуальное украшение (вероятно, папин подарок), она как бы помогала своему отцу, фараону Сенусерту II, добиться столь желанного приобщения к вечности. Так что довольны, по-видимому, были и папа, и дочка. Вот только имя замечательного мастера, создавшего пектораль, до нас, увы, не дошло».

Подписывайтесь на канал "Древности нашей ойкумены"! У нас много интересных материалов по истории и археологии.