Выбор редактора: 12 лучших рассказов Харуки Мураками

22.06.2018

Первый японский лауреат Нобелевской премии по литературе Ясунари Кавабата был удостоен высокой награды «за писательское мастерство, которое передает сущность японского сознания». Второй нобелиат Страны восходящего солнца Кэндзабуро Оэ — «за то, что он с поэтической силой сотворил воображаемый мир, в котором реальность и миф, объединяясь, представляют тревожную картину сегодняшних человеческих невзгод». Как могла бы звучать формулировка Нобелевского комитета в отношении Харуки Мураками, если он когда-нибудь получит заветную награду? Сказать сложно.

С одной стороны, он продолжает традиции японской литературы нового времени, с другой, Мураками — самый западный из всех ныне живущих авторов Страны восходящего солнца. Борхес так писал про Акутагаву, одного из величайших японских писателей XX века: «Четко разделить восточное и западное у Акутагавы, видимо, невозможно, да и сами термины, в конечном счете, не исключают друг друга: христианство, восходящее к наследию семитов, — сегодня характеризует Запад. И все же я бы не стал спорить с утверждением, что темы и чувства у Акутагавы восточные, а иные приемы поэтики — западные. Так, в новеллах „Кэса и Морито“ и „Расемон“ перед нами несколько версий одного сюжета, пересказанного разными героями, — ход, использованный Браунингом в „Кольце и книге“. Напротив, некая скрытая печаль, внимание к внешнему, легкость штриха кажутся мне, при неизбежных издержках любого перевода, чертами глубоко японскими. Непривычное и страшное царят на страницах Акутагавы, но не в его стиле, всегда сохраняющем прозрачность». Нечто подобное (но не то же самое) можно утверждать и в отношении Харуки Мураками.

В последнем абзаце своего эссе Борхес приходит вот к какому выводу: «Я бы сказал, что встреча двух культур неизбежно трагична». Написано оно было в 1959 году, Мураками тогда было 10 лет: в школе он проходил японскую классику, а дома и на улице слушал джаз, любовь к которому сохранил на всю жизнь. К тому моменту уже были опубликованы роман «Золотой храм» Юкио Мисимы и (несмотря на протесты чиновников и общественности) повесть «Ключ» Дзюнъитиро Танидзаки. Оба этих японских писателя претендовали на Нобелевскую премию по литературе, но так ее и не получили. Особенно обидно за Танидзаки, чей талант превосходит талант того же Акутагавы. Может ли Харуки Мураками повторить их судьбу?

На картине: Танидзаки в начале 60-х, тогда Мураками было всего 12 лет, но увлекался он больше американскими книжками...
На картине: Танидзаки в начале 60-х, тогда Мураками было всего 12 лет, но увлекался он больше американскими книжками...

В случае с ним столкновение Востока и Запада породило если не гениального, то очень талантливого художника. Недавно я прочитал его новый сборник «Мужчины без женщин». Пока же могу написать следующее: Харуки Мураками остался верен себе и своему стилю. В новеллах, вошедших в книгу, можно почувствовать влияние не только Кафки, Сэлинджера и даже Чехова, но и таких почти забытых у нас японских авторов-модернистов, как Нацумэ Сосэки (учителя Акутагавы, чей роман упоминается в одном из рассказов нового сборника Мураками), Кикути Кана и Мори Огая.

После прочтения я осмелился составить список лучших новелл, написанных Харуки Мураками в разные годы. В него вошли следующие рассказы:

Автор: Павел Соколов, главный редактор eksmo.ru