Зарубежные писатели о русской литературе

Русская литература недаром считается одной из величайших в мире. Уже не первый век зарубежные писатели признаются, что именно произведения Пушкина, Достоевского, Толстого, Чехова и других классиков оказали на них наибольшее влияние и сформировали их авторский стиль. В нашей подборке — Фицджеральд, де Сент-Экзюпери, Буковски и Мураками рассказывают о своем знакомстве с произведениями русских авторов.

Томас Манн (из письма школьному товарищу)

В 23–24 года я никогда бы не справился с работой над «Будденброками», если бы не черпал силу и мужество в постоянном чтении Толстого. Русская литература конца XVIII и XIX вв. и вправду одно из чудес духовной культуры, и я всегда глубоко сожалел, что поэзия Пушкина мне осталась почти что недоступной, так как у меня не хватило времени и избыточной энергии, чтобы научиться русскому языку. Впрочем, и рассказы Пушкина дают достаточный повод восхищаться им. Излишне говорить о том, как я преклоняюсь перед Гоголем, Достоевским, Тургеневым. Но мне хотелось бы отметить Николая Лескова, которого не знают, хотя он великий мастер рассказа, почти равный Достоевскому.

Герман Гессе (из письма другу)

Внешне германский и славянский тип представляются родственными. У обоих — одна и та же склонность к мечтательности и мировой скорби. Но славянину недостаёт веры в свою мечту, в своё дело и прежде всего — в самого себя. Тургенев мастерски изобразил характеры такого рода в Нежданове, Санине и других.

Эрнест Хемингуэй (мемуары «Праздник, который всегда с тобой»)

Достоевский был сукиным сыном. И лучше всего у него получились сукины дети и святые. Святые у него великолепны. Очень плохо, что мы не можем его перечитывать.

Антуан де Сент-Экзюпери («Воспоминания о некоторых книгах»)

В пятнадцать лет я напал на Достоевского, и это было для меня истинным откровением: я сразу почувствовал, что прикоснулся к чему-то огромному, и бросился читать все, что он написал, книгу за книгой, как до того читал Бальзака.

Альбер Камю (записные книжки)

Те, кто вскормлен одновременно и Достоевским, и Толстым, кто одинаково хорошо понимает их обоих, не испытывая затруднений, суть неизменно натуры опасные как для самих себя, так и для окружающих.

Ю Несбё

В русских романах имена имеют так много вариантов. Я читал «Анну Каренину» и был вынужден составить список имен и их вариантов. Для иностранца это непривычно.