Девочка из Освенцима

Я работала в компьютерном клубе, когда ко мне пришла одна милая старушка, невысокого роста, с виду очень энергичная, попросила набрать на компьютере рукописный текст. Весь текст, который я переписывала, стал для меня сплошным кошмаром. Конечно, я прекрасно понимала, о чем печатаю. Это была история ее жизни. Речь шла о войне.

Их везли в товарном поезде, вагоны предназначались для перевозки скота. Пункт назначения был неизвестен. Аля и ее брат несколько дней поездки прижимались к матери, готовые упасть от голода и жажды. Конечной точкой стал концлагерь Освенцим. В плен они попали, когда девочке было 13 лет, весной 44 года.

Территория была огромной: 9 секций, разделенных заборами. Все было страшным: в глаза больно бил яркий свет прожекторов, наблюдатели следили за порядком, одетые одинаково заключенные, которые вытаскивали из вагонов новеньких, лай овчарок. Здесь сразу определялась судьба каждого: одних сразу вели в газовые камеры, других отправляли в лагерь. Але, ее маме и брату посчастливилось, они попали в лагерь. Сам доктор Менгеле определил их судьбу.

Люди часто приезжали с ценными вещами, которые отбирали и уже не возвращали. Всех сначала раздели, осмотрели, затем остригли волосы, раздали полосатую форму, которая пахла плесенью, деревянную обувь и шапку из полосатой мешковины. Каждый заключенный имел свой номер, который набивали на плече, его же дублировали на одежду. На одежду нашивали разного цвета треугольники, винкель, которые зависели от причины ареста. Одежда не защищала от холода. А белье выдавали раз в несколько недель или месяцев.

О гигиене не было и речи - постирать белье, нормально помыться было нельзя, на теле девочки появились гнойные волдыри. Позже они превратились в язвы. Сыпь появлялась на руках и груди. Приходилось закрывать тело одеждой, если бы доктор Менгеле или его помощники увидели хоть один волдырь, жизнь была бы оборвана. Помощница доктора Менгле в дневное время, приносила ночью клейкую мазь, которая через несколько недель заживляла раны, но спустя пару дней, сыпь появлялась снова.

Женщин, мужчин и цыган разделили в разные бараки. Каждый барак был под надзором блокового. Два раза в день всех заключенных выгоняли на аппель плац, площадку, где проводили перекличку. Часто нужно было стоять с руками, поднятыми вверх, несколько часов. Круглосуточно охраняли заключенных, следили за работами и порядком немцы со злыми собаками. Лагерь был обнесен забором с колючей проволокой, по которой шел ток, а потому попыток сбежать было мало. Аля писала, что было несколько беглецов, которые были пойманы, их рвали собаки на куски. А всех беглецов из блока беглеца отправляли в газовые камеры.

Газовые камеры Освенцим
Газовые камеры Освенцим

Спали мало, на деревянных нарах, иногда давали слабо набитые прелой соломой или стружками матрацы, на которых располагались валетом попарно. Укрывались тряпками и соломой. Вода для гигиены была только холодная, а умываться позволяли крайне редко. Кормили редко и мало. Давали баланду, суп из гнилых овощей, который хлебали от большого голода, кусочек хлеба и маргарина. А заставляли работать не менее 12 часов в сутки. Отдыхать даже пару секунд не позволяли. Дети, в том числе и девочка Аля, работали наравне с взрослыми. Она с мамой сортировала обувь и одежду тех, кого в живых уже не было. Лучшую одежду немцы отправляли на фронт для своих солдат. Тех, кто падал от изнурительных работ, работал медленно, заболевал или не хотел работать – всех отправляли в камеры смерти. Заключенных избивали за справление нужды во время работ, сорванные фрукты или утаенные овощи.

Газовые камеры работали ежедневно, людей якобы отправляли в баню, а потому они были спокойны и не подозревали, что их жизнь уже окончена. У убитых забиралось все самое ценное: золотые зубы вырывали, снимали украшения и отрезали волосы для экспериментов доктору Йозефу Менгелю, а также на продажу. Тела сжигали в печках крематориев. Огонь в них трещал беспрерывно.

Доктор Менгеле приходил пару раз в неделю. Его интересовали дети, в первую очередь он отбирал близнецов, голубоглазых и евреев. Над ними проводились операции по стерилизации и пересадке кожи. Иногда с ним приходила его супруга, У нее на руках были перчатки из человеческой кожи. Тех, кого доктор выбрал для своих экспериментов, больше не возвращались. Однажды он выбрал брата Али. Мать не смогла пережить трагедию, а потому Аля потеряла и ее. Женщину, которая отказалась выйти на работу, отправили в газовую камеру. Девочка осталась сиротой. Она понимала, нужно выжить любой ценой, а потому выполняла все условия, старалась не выделяться из толпы и работала из последних сил…

В тот день доктор Менгле выдернул ее из толпы, когда их вели в газовую камеру. В комнате были и другие дети. Они кричали от боли и ужаса. Те испытания, которые приготовил Але доктор, она помнит слабо. От боли постоянно теряла сознание, а ее приводили в чувство ледяной водой, связывали и вводили какие-то лекарства. Счет дням потерялся, боль была постоянной. На теле не осталось мест, куда можно было делать уколы. Но истязания химическими препаратами продолжались. Когда очнулась в один из дней, барак был пуст. Голодная, обессиленная, она ждала смерти, но русский солдат поднял ее на руки и отвез в больницу.

Я забрала работу домой. Мне было очень интересно почитать о жизни этой девочки в лагере, но в то же время очень страшно от того, какой на самом деле изнутри была ее жизнь. Алевтина Васильевна хотела написать биографическую книгу, чтобы люди никогда не забывали о том, с каким ужасом столкнулись их прародители. Но не успела. Малолетняя узница концлагеря Освенцим умерла в мирное время.

Понравилась публикация? Нажимайте "Понравилось", делитесь с друзьями в социальных сетях и подписывайтесь на наш канал.