Общество с неограниченной ответственностью

Роман Норман

Законодательные нововведения об ответственности основателей и гендиректоров по обязательствам ООО. Актуальные кейсы из практики российского бизнеса.

Общество с ограниченной ответственностью – самая распространенная форма коммерческой организации в России. По состоянию на начало 2018 года зарегистрировано более 3,5 млн ООО. Одной из основных доктрин гражданского права является ограничение ответственности учредителя (участника) юридического лица по обязательствам компании (пункт 2 статьи 56 ГК РФ), если иное не предусмотрено законом.

Вышеуказанная норма использовалась более чем буквально на протяжении двух десятков лет. Не считалось чем-то предосудительным бросать фирмы при накоплении задолженности, в том числе по налогам и страховым взносам. «Ненужные» компании реорганизовывались в форме слияния «технологическими компаниями» в отдаленных регионах России. Нормальной практикой считалось разделение бизнеса: крупные производители, импортеры и холдинги создавали «рабочие лошадки» – встроенные в корпоративную (холдинговую) схему ООО, с минимальным уставным капиталом, максимальной выручкой и минимальной налоговой нагрузкой. При накоплении большой кредиторской и налоговой задолженности эти компании «бросались».

Классический пример такой схемы – контрагент, производящий закупки для крупного, иногда градообразующего завода. Контрагентом по сделке оказывается фирма, зарегистрированная на подставное лицо, физически находящаяся на охраняемой территории предприятия. При этом общение происходит с менеджерами головной компании. После поставки товаров или оказания услуг по договорам с существенной отсрочкой платежа начинается «увлекательный» процесс получения задолженности, в котором результат часто бывает отрицательным. А в процедуре банкротства знакомились друг с другом десятки и сотни кредиторов, включая ФНС и ПФР.

До 2013 года вопрос ответственности контролирующих лиц даже не стоял. Фирмы покупались, использовались как попало, бросались, реорганизовывались, сливались. Услуги по «ликвидации», предоставлению номинальных директоров и учредителей открыто рекламировались в газетах и других СМИ.

  • Первой ласточкой стало постановление Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 30.07.2013 года «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».
  • В 2014 году проводится реформа гражданского законодательства, в результате которой появляется статья 53.1 ГК РФ «Ответственность лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица».
  • Вводится п.п. «ф» п. 1 ст. 23 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц…». № 129-ФЗ – «тихое правило» внесудебной дисквалификации учредителей и директоров брошенных компаний.
  • В июле 2017 года в закон о банкротстве вводится глава III.2. «Ответственность руководителя должника и иных лиц при банкротстве».
  • В конце 2017 года Верховный суд выпускает постановление пленума от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Теперь можно смело утверждать, что в большинстве случаев участники хозяйственных обществ, скрытые бенефициары, директора и члены совета директоров, иногда бухгалтера могут отвечать по обязательствам компании всем принадлежащим им имуществом.

Давайте, наконец, признаемся себе и друг другу: такого понятия как «ограничение ответственности учредителя (участника) по обязательствам компании» больше не существует. Более того, в некоторых случаях по долгам компании будут отвечать директора, бухгалтера, а также неявные бенефициары и контролирующие лица.

Распространенные и широко рекламируемые способы избавиться от ненужной компании не являются страховкой от исков кредиторов и налоговых органов в момент, когда старое ООО давно забыто.

Рассмотрим несколько кейсов, которые происходят сейчас – летом 2018 года.

1. Два партнера учредили ООО с долями 50 на 50. Один из них директор. Компания занималась строительством, но после шести лет деятельности обанкротилась. В рамках процедуры банкротства кредиторы подали заявления о привлечении участников к субсидиарной ответственности. Было установлено, что участник – генеральный директор – заключил несколько последовательных сделок по приобретению стройматериалов на сумму более 100 млн рублей. Контрагентами по сделкам оказались фирмы-однодневки. С учетом того, что закупка стройматериалов осуществлялась в рамках обычной хозяйственной деятельности и не согласовывалась с другим участником общества, суд привлек к субсидиарной ответственности только директора. Сумма требований – более 200 млн рублей.

2. Компания занималась поставками промышленного оборудования для производства продуктов питания. Директор – единственный участник ООО. В рамках дела о банкротстве выяснилось, что директор был номинальным и действовал по указанию третьего лица (бенефициара), который выступал от имени компании, проводил переговоры, фигурировал в рекламных буклетах и на веб-сайте. Также бенефициар давал указания директору по заключению сделок, направленных на вывод денежных средств в рамках схемы по обналичиванию. Суд удовлетворил требование кредиторов о привлечении бенефициара и директора к субсидиарной ответственности. С учетом того, что директор предоставил полную информацию по структуре управления компанией, дал показания, позволившие установить связь бенефициара и компании, суд посчитал возможным ограничить ответственность директора сравнительно небольшой суммой.

3. Компания владела исключительными правами на товарный знак сети ресторанов быстрого питания. Продажа франшизы приносила до 50 млн рублей выручки ежемесячно. В результате корпоративного конфликта между участниками компании интеллектуальные права были выведены на ООО, единственным владельцем и директором которого был один из участников корпоративного конфликта. В результате судебных разбирательств с этого участника были взысканы убытки в размере более 250 млн рублей.

4. В течение месяца после начала выездной налоговой проверки четыре учредителя создали новую компанию, куда были переведены все сотрудники, клиенты, договора аренды и прочее. Фактически была создана идентичная компания. По результатам налоговой проверки сумма доначислений составила более 150 млн рублей. По иску ИФНС новая компания была признана взаимозависимой, налоговая задолженность взыскана в полном объеме. Новая компания была вынуждена объявить себя банкротом, но ИНФС как кредитор подала заявление о привлечении учредителей к субсидиарной ответственности на всю сумму налоговой задолженности.

5. Инвестор – частное лицо, принял решение приобрести долю в перспективной IT-компании, активно развивающейся на российском и зарубежном рынке. Переговоры заняли около шести месяцев, были согласованы устав, корпоративный договор, опционы сторон и другие необходимые документы. Расходы на юридическое сопровождение и подготовку сделки превысили 1 млн рублей. При регистрации перехода права на долю в ООО налоговая инспекция отказала со ссылкой п.п. «ф» п. 1 ст. 23 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц…» № 129-ФЗ. Выяснилось, что два месяца назад из ЕГРЮЛ было исключено ООО, где инвестор имел долю более 50%. В течение трех лет после исключения ограничен в своих правах участия в юридических лицах и руководства ими.

Какие выводы напрашиваются? Как уберечь учредителя/участника от неограниченной ответственности по долгам своей компании? Как защитить себя от необоснованных исков кредиторов и налоговых органов?

  • Учредитель, даже если он не принимает участия в оперативной деятельности компании, имеет право получать информацию о деятельности общества, о заключаемых сделках и знакомиться с бухгалтерской отчетностью. Не следует игнорировать это право.
  • Любые сделки с фирмами-однодневками, а иногда и с нормальными, на первый взгляд, контрагентами могут быть оспорены ФНС в части так называемой необоснованной налоговой выгоды. В любой компании следует организовать понятный и эффективный механизм проверки и формировать досье на каждого среднего/крупного контрагента.
  • Необходим понятный, эффективный и одновременно строгий контроль за деятельностью директора: любые сомнительные сделки, ошибочные бизнес-решения могут привести к банкротству, в рамках которого участники ООО могут быть привлечены к субсидиарной ответственности.
  • Продажа долей, смена директоров не снимает риски привлечения к ответственности за тот период владения долями в ООО. Каждый отвечает за свое, новый участник общества не перенимает ответственность старого.

Единственным стопроцентным способом ликвидации компании является ее настоящая ликвидация с внесением соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Любые другие альтернативные ликвидации могут привести к описанным здесь неприятностям.