«Потенциально опасные виды спорта требуют холодной головы»

22.06.2018

Георгий Иванушкин

Игорь Фрадков для проекта «Executive отдыхает» — о том, с какой мотивацией стоит садиться за штурвал и как навыки пилота могут стать полезными для руководителя.

Запредельные нагрузки 350 дней в году – это реальность топ-менеджера. А что происходит после работы? Как менеджеры преодолевают стресс? Первым рассказал о своем хобби участник Сообщества Игорь Фрадков.

Executive.ru: Вы – пилот. Как у вас появилось такое спортивное хобби?

Игорь Фрадков: Многие в детстве мечтали об этом, и я не исключение. В 1998 году я пришел в парашютный спорт, случайно, из любопытства. В 2000 году в результате неудачного приземления я серьезно повредил позвоночник и мне надолго запретили прыгать. А в 2007 году, на МАКСе я увидел соревнования по пилотажу и решил поехать покататься в ближайший аэроклуб. Выяснилось, что можно не только покататься, но и научиться летать. Вот, с тех пор и пошло.

Executive.ru: Привычка к активному, экстремальному отдыху сформировалась у вас с детства?

И.Ф.: Конечно, где вы видели детей, которые не любят бегать и вести себя активно. Но есть мнение, что в целом, парашютный спорт и авиация – это не экстрим. В воздухе, равно как и под водой, например, голова должна быть холодная. Если это дает тебе только адреналин – беги оттуда, пока живой. Пока сам не убился и еще кого-нибудь не убил заодно. Здесь нельзя действовать с горячей головой. Со стороны это смотрится «каскадерством», но в реальности все построено на соблюдении строгих норм безопасности. Нельзя выполнять полет, как подвиг. Если ты идешь на вылет как на подвиг – останавливай двигатель и вылезай из кабины. Потенциально опасные виды спорта требуют холодной головы и не терпят лихости и ненужного риска.

Executive.ru: Полеты для вас, – это отдых, способ проверить себя?

И.Ф.: Сейчас, когда я точно знаю, что я это умею, – это отдых. Но в процессе учебы это был труд, тяжелый физически, не говоря уже о нервном напряжении. Сейчас я получаю от полетов много удовольствия, как когда-то от прыжков. Полеты – это достаточно сложное занятие, по крайней мере поначалу. Но это роскошный отдых. Да, сначала надо поработать руками и головой. Но удовольствие, которое ты получаешь в результате, ни с чем не сравнимо. При этом всегда есть куда расти. Любой пилот учится всю жизнь.

Executive.ru: Как часто вы летаете?

И.Ф.: В основном, по выходным. Неофициально у нас это называется «пилоты выходного дня». Таких пилотов много, и это не обязательно богатые люди. Когда я начинал учиться, у меня была зарплата 20 тысяч рублей. Это вполне доступно, было бы желание. Да, от чего-то нужно будет отказаться, но не придется загонять себя в жесткие рамки. И в этом нет ничего геройского, это всего лишь вопрос пересмотра приоритетов. В сущности, купить свой маленький самолет зачастую дешевле, чем машину премиум, а иногда и бизнес-класса.

Игорь Фрадков (слева).

Executive.ru: Какие эмоции вы испытываете во время полета?

И.Ф.: Когда как. В большинстве случаев, наверно, это можно описать словом «восторг». Когда тебе подчиняется самолет, когда он делает то, что ты хочешь. Это сложно описать словами, это нужно чувствовать. Это совершенно непередаваемое ощущение дикого восторга, эйфории.

Executive.ru: Вам никогда не бывает страшно?

И.Ф.: Обычно бывает страшно потом. Когда ты впервые летишь без инструктора, ожидаешь, что ты будешь бояться и ошибаться в процессе. Но все, кто летал, говорят одно и то же: в полете ты чувствуешь только ледяное спокойствие. Обычный полет – это два-три круга, посадка, заруливание. Но через несколько минут после выхода их кабины ты вдруг понимаешь, что комбинезон на спине весь мокрый. Хотя только что он был сухим. С парашютом то же самое. Первые два-три прыжка ты просто не понимаешь, что ты делаешь. А со следующими прыжками приходит понимание, что на самом деле может произойти, и возникает волнение. Но страха нет. Здесь не требуется какая-то отчаянная смелость. Просто собранность, не более. И понимание происходящих процессов.

Executive.ru: Как занятия таким спортивным досугом сказываются на вашей профессиональной деятельности?

И.Ф.: Волей-неволей подобные вещи переносишь на работу. Полет – это четко организованная последовательность действий. При этом здесь нельзя всегда действовать строго по шаблону, потому что иногда из-за внешних факторов правильные действия становятся фатальными и наоборот. Всегда есть варианты и важно выбрать правильный. В работе то же самое.

Я начал летать в 2007 году и тогда же пришел в компанию, где я сейчас работаю. И одновременно с учебой я начал переделывать схему своей работы по образу и подобию технологии работы экипажа в полете. Результативность заметно повысилась. И самое главное, резко поменялись отношения моего отдела, который я формально сейчас уже возглавляю, с параллельными службами. Нам друг с другом стало легче работать, мы никогда не конфликтуем. Ты начинаешь невольно просчитывать свои шаги, на автомате, оценивать взаимное влияние тех или иных действий на рабочие процессы в целом. При тех или иных внешних факторах.

Несколько раз я брал с собой на аэродром ребят с работы. Тех, кто хотел, конечно. И смотрел, как человек реагирует, когда отдаешь ему управление самолетом. Кто-то брал штурвал, а кто-то отказывался сразу. После этого я немного перераспределил роли в отделе. Если человек готов сделать что-то такое, чего раньше не делал, – то ему можно доверять важные, интересные, новые задачи. Да, контролируя его действия, поправляя, если надо. Тогда у человека появляется ощущение, что он сумел что-то сделать сам и это стимулирует его к росту.