Прячься

Ох, и как же противно хлюпал Аркашка пивом, прикладываясь толстыми губищами к пластиковому стакану. А потом ещё и причмокивал. Брр. Совсем не изменился, а ведь не виделись… И не сосчитать, сколько лет. Случайно встретил сегодня, так тот вцепился в руку, затащил в какую-то пивнуху и начал за жизнь расспрашивать. В итоге пришлось больше его слушать. Но ведь и друзьями же не были – с чего он решил, что кому-то интересны коленца его неказистой судьбы? Хотя, под конец вечера он обещался какую-то бомбическую историю рассказать. С которой, будто бы, не стыдно и на Рен-ТВ сунуться. Так не начинает же, тянет, пивом хлюпает.

О, ну, наконец-то, утёр рукавом рот.

- Вот, значит, как всё началось. Познакомился я в кабаке с одной мадам. И всё так складно у нас с ней завязалось. Напросился проводить. А она, как оказалось, из пригорода. А дело к осени – ночи тёмные. Ну, с горем пополам, довел её до дверей, а она реверс втопила: «Нет-нет-нет, я не такая. На первом свидании ни-ни». Даже на чай не пригласила. Иду я обратно, а тут такой дождь зарядил, да ещё и с ветром. Я в лес, чтоб меньше капало, значит. Ну, иду, как думаю, вдоль дороги, да, видать впотьмах направление потерял. А сквозь листву струи всё-равно проникают. Вымок до нитки. Вдруг, утыкаюсь в стену. Зажигалкой почиркал – домик. Ветхий, маленький, вроде сторожки, что у ворот раньше ставили на фабриках или складах. Уж, что там раньше было, не знаю, но видно, очень давно – домишко весь скособочило от старости.

А мне что – выбирать не приходится. Дверь дернул посильней – она пискнула, но открылась. А внутри даже печку-буржуйку нашёл. Пошарил, насобирал всякого мусора, и запалил зажигалкой. Сижу, греюсь, горючее подбрасываю, да проклинаю тихонько динамщицу. Ну, и разморило меня возле огонька, задремал. Вдруг вскакиваю. Стук. По стеклу кто-то стучит. Знаешь, мурашки с горох по спине забегали. Посреди леса, ночь, дождь с ветром – кто мог стучать? Подошёл к окошку – дай, думаю, гляну. Стучит. Я зажигалкой чиркнул – не видно ни черта, только коготь здоровенный по стеклу скребёт. Я аж вскрикнул, и к стене отскочил. А снаружи, будто того и ждали – топот, вой. И в дверь уже лупят. А я и не помню – запирал на засов или просто прикрыл. Понял, что если не убегу сейчас – всё, конец мне настанет. Страх прямо до кишок пробирает. Схватил я старую табуретку, стекло вместе с рамой высадил, нырнул в окно и втопил так, что любые рекорды побил. Блуждал потом до рассвета. Простудился сильно, надолго слёг. Больше в пригород кого провожать не вызывался. Нет уж!

- Так, что – неужели медведь? В наших-то краях?

- Да, какой к чертям, медведь. Человек это был, ну, вроде как человек, но нечеловек. Не знаю я, но кто-то очень опасный и… будто не из нашего мира. Тут ведь недавно ещё кое-что стало происходить. Вроде и лет столько прошло, а… Опять в окна по ночам стучать стали. Скребутся, воют – до костей прямо пробирает. А у меня ведь двенадцатый этаж.

- О-о, так может тебе пора завязывать…

- Да, не пью я. Почти, - раздраженно проворчал Аркадий и тут же сменил тон на жалобно-просящий:

- Слушай, а у тебя никак нельзя перекантоваться? Страшно мне.

- Нет, извини.

Пришлось поскорее уйти, чтобы не дать забытому приятелю простора для увещеваний. Перекантоваться – ещё чего. Однако, позже появились сомнения. Разве стал бы взрослый мужик, пусть со странностями, но признаваться другому в своих страхах и так открыто просить о помощи? Видимо, у Аркашки дела были совсем край. Стало как-то неуютно и совестно. Однако, попытки отыскать Аркадия, чтобы как-то перед ним оправдаться, успеха не имели.

Пропал Аркашка.

Исчез без следа.

Что это – стук? Нет, показалось.

Ну, раз уж вы дочитали, может и "лайк" поставите? Автор будет очень признателен. Спасибо.