Встать, не значит проснуться(Ч.2)

Продолжение, часть первая здесь>>>>

Я прислушался – а там, вроде кто-то отчитывается. Всё, мол, получилось. И называет фамилии тех, кто совсем недавно из деревни съехал. И как-то они все быстро исчезли – без прощаний и объяснений. Хотя, я с теми людьми особой дружбы не водил. Да, и не важно это. Наклонился я к окошку, и спрашиваю: «Кто здесь»? Голоса стихли. Только чувствую, будто меня кто-то рассматривает из подвальной темноты. Не по себе стало, и я домой пошёл.

А ночью, в самую глушь – в дверь постучали. Открывать было страшно. Никогда у нас в деревне по ночам в гости не ходили. Спросонья прямо ужас какой-то накатил, вроде предчувствия. Мне бы послушаться, да притвориться, что дома никого нет, но стук настойчиво повторялся, и я решил, что случилось что-то серьёзное. Осторожно открыл дверь – никого! Стало ещё страшней – ведь кто-то же стучал. Я выглянул наружу – пустота. Добрёл до калитки, но и за забором никого не рассмотрел. Повернулся назад, и застыл в ужасе – в тусклом свете звёзд угадывался чёрный силуэт. Жуткая тень стояла возле двери дома и я чувствовал на себе её взгляд, словно ледяные крючья, медленно вползающие под кожу. Тень колыхнулась и бросилась ко мне. Я закричал, но всё случилось слишком быстро – чёрный силуэт вытянул в мою сторону что-то большое, похожее на ведро, но вылилась на меня не вода, а поток ужаса. Страх давил меня так нестерпимо, что я потерял сознание.

Проснулся утром в своей кровати. Думал, что это был кошмар, страшный сон, и всё закончилось, но… всё только начиналось. Я уже не могу твёрдо сказать, что в эти три дня было на само деле, что привиделось во сне или в бреду – знаю только, что страх не отпускал меня ни на мгновение. Не могу вспомнить, как я сбежал от этого кошмара, но теперь мне стало гораздо лучше, гораздо лучше, гораздо лучше…

****

Игорь Иванович стал повторять одну и ту же фразу, словно желая убедить самого себя в том, что всё будет хорошо. Только его вид говорил о другом. Игорь Иванович вдруг побледнел, сжался, задрожал и замахал руками. Потом, вытаращив глаза, коротко вскрикнул и выбежал из закусочной, опрокинув стул. Женщина за прилавком погрозила вслед кулаком, грозно прикрикнув:

‒ Вот, придёшь ты ещё сюда, пьянь проклятая!

Я поднял стул и, проходя к выходу, вслух сказал то, что думал об Игоре Ивановиче с его жутковатым спектаклем:

‒ Странный мужичок.

Женщина махнула рукой.

‒ А, не обращайте внимания. У этих алкашей, если они резко пить бросают, часто «кукушка слетает». Их надо в наркологию принудительно отправлять, а то бегают со своими чертями наперегонки. Людей пугают.

Я понимал, что в этих словах есть железная логика, способная объяснить всё, что я услышал от Игоря Ивановича. Однако, садясь в машину, я чувствовал, что не могу не отдать должное воображению селянина – вспоминая его слова, я невольно ощущал тревожный холодок за воротником.

Домик бабушки нашёлся уже на закате. Забор покосился, краска на стенах выцвела и облупилась, сорная трава доросла до самых окон. Однако, стёкла были целы, и замок нетронутым висел на двери – значит старое жилище не привлекло внимания грабителей. Замок открылся достаточно легко, невзирая на многолетнюю пытку дождями, ветрами и снегами. Добравшись до кровати, укрывшейся за печью, я сбросил пыльное покрывало, и увалился спать прямо в одежде. Долгожданный сон пришёл быстро – усталость от долгой дороги подействовала лучше любого снотворного.

Однако, отдохнуть мне не удалось. Видимо, странные истории Игоря Ивановича возымели своё действие, но всю ночь меня беспокоили тревожные сновидения, от которых я не раз просыпался, с трудом унимая неистовое сердцебиение. Один из снов оказался самым ярким и запоминающимся. Он же оказался и самым реалистичным. Я словно услышал за окнами голоса и шорохи, как раз в том месте возле забора, где я оставил свою машину. Отодвинув штору, сквозь пыльное стекло я отчётливо увидел, как возле машины копошатся какие-то люди. Они что-то вытаскивали через разбитые окна, довольно усмехаясь и совершенно не скрывая своих намерений. Внезапно я вспомнил, что в салоне лежит сумка с деньгами и документами. Один из негодяев, словно услышав мои мысли, поднял над головой мою сумку, глядя мне прямо в глаза. Понимая, что не успею добежать до мерзких воров, я всё же бросился к двери. Однако, застал лишь остов машины, без колёс, дверей, двигателя и обивки салона.

В этот момент я проснулся с чувством болезненного разочарования. Минуту я приходил в себя, а потом шумно выдохнул, довольный тем, что это был всего лишь сон. Однако, я, похоже, поспешил успокоиться – за окном, в самом деле, слышались странные шорохи. Я надеялся, что это всего лишь ветер, запутавшийся в ветвях и высокой траве, но тревожные звуки уверенно губили мои надежды, больше всего напоминая вкрадчивые шаги. Тёмная деревенская ночь пугала, и я долго не решался выглянуть в окно. Сновидения ещё витали в комнате душным туманом, превращая безобидные предметы в чудовищ, и возрождая в душе слепую детскую веру в то, что от ночных страшилищ можно уберечься, лишь крепко зажмурившись и накрывшись с головой одеялом.

Внезапно, снаружи наступила гнетущая тишина. Я, наконец, решился подойти к окну и отодвинуть край шторы. Звёзды и тоненький серп Луны давали достаточно света, чтобы рассмотреть крышу автомобиля над забором. Всё было спокойно – обычная сельская ночь, тихая и безмятежная. Я уже хотел отойти от окошка, когда к стеклу снаружи со стуком прилипла чёрная тень. В ужасе я отскочил вглубь комнаты, успев заметить, как из беспросветной черноты всплыла бледная маска, обезображенная мерзкой гримасой. Штора качнулась, отгородив от меня страшного гостя. Я остался стоять посреди комнаты с бешено колотящимся сердцем. Мысли мои были полны мольбами о том, чтобы чудище за стеклом оказалось лишь отголоском ночных кошмаров, не отпустивших до конца сознание. Я очень этого хотел, но не мог найти в себе силы, чтобы подойти и ещё раз взглянуть за штору.

Неожиданно, я услышал скрип со стороны входа. По комнате потянулись струйки ночной прохлады. Неужели я не закрыл засов на входе с вечера? Но ведь это просто порыв ветра распахнул дверь? Как бы то ни было, я не мог чувствовать себя в безопасности, зная, что дверь не заперта. Силясь подавить страх, я медленно двинулся к выходу. Шаг за шагом я преодолевал тёмный коридор, проклиная себя за то, что с вечера не приготовил ни фонаря, ни спичек. Узкая полоска лунного света подтвердила мои опасения – дверь была открыта. Прикрыв дощатую створку, я выдвинул засов. Чувство безопасности растеклось по жилам едва ощутимым теплом.

Я направился обратно в комнату, когда тьма вздулась чернильной опухолью, беззвучно выпростав мне навстречу сумрачный силуэт. Я успел лишь коротко вскрикнуть, когда в лунных бликах сверкнул металлический раструб, направленный мне в лицо. В тот же миг волна неизбывного ужаса захлестнула моё сознание и каждую клеточку моего тела. Казалось, вместе со мной вопили стены, доски, стёкла и сама ночная мгла. Это длилось недолго, но мне эти мгновения, до того, как мой разум поглотило душное беспамятство, показались вечностью.

Продолжение следует...