1595 subscribers

Татьяна Тарасова: «Только из свободы можно что-то сделать»

Режиссер Театра им. А. С. Пушкина и педагог-наставник ГИТИСа, Татьяна Тарасова, прежде чем взяться за постановку той или иной пьесы, должна влюбиться в материал. Так было и с «Толстой тетрадью», и со «Старосветскими помещиками», и вот сейчас со «Швейцарией», которая была представлена на суд публики в сентябре.

Татьяна Тарасова: «Только из свободы можно что-то сделать»

Татьяна, вы получили театральную премию в номинации «Лучший дипломный спектакль» за постановку «Толстая тетрадь». Как вы работаете с молодежью, нравится ли быть наставником?

Вряд ли я наставник, скорее проводник. Каждые четыре года приходят новые люди делать новый театр, это интригует и во многом провоцирует меня быть лучше. Студенты приходят с удивительной внутренней свободой. Если возникает взаимное доверие, то включаются «внутренние самолеты» и начинается совместное созидание. Только из свободы можно что-то сделать. Так было с «Толстой тетрадью» нынешнего курса мастерской Олега Кудряшова. Безумная, конечно, была затея – в пандемическое время выпускать спектакль. Карантины один за другим прерывали работу. Важно было просто делать спектакль, просто его выпустить. И это дало какое-то легкомыслие: кто будет нас строго судить в такое сложное время? Сейчас выходит премьера спектакля «Швейцария», где Серафима Гощанская, студентка 4-го курса мастерской Олега Кудряшова, снималась для видеоконтента. Это был ее первый опыт съемок с профессиональными кинооператорами.

Кем из ваших выпускников и нынешних учеников особенно гордитесь? Кого, по вашему мнению, ждет большое будущее?

Я горжусь всеми выпускниками. Набор в мастерскую Олега Кудряшова – это всегда очень сложный, энергозатратный процесс. И большого будущего желаю всем, с кем довелось работать. Дальше – вопрос везения.

После ролей в ваших спектаклях между актерами часто рождается настоящая любовь, играются свадьбы... Как думаете, с чем связано подобное явление?

Сложно сказать, наверное, глубокое погружение в автора, влюбленность в него и друг в друга, многочасовые репетиции, уединенность. И потом, это всегда такое откровение, открытость, близость и доверие, что, возможно, это умножает ту любовь, которая всегда присутствует у автора. Не знаю, мне сложно серьезно отвечать на этот вопрос. Я рада, что три свадьбы случились.

По какому принципу вы выбираете пьесы для постановки?

Думаю, это не я материал выбираю, а он меня. Наверное, возникает внутренняя готовность и желание проговаривать те темы, где есть что сказать.

Чем близка вам героиня «Швейцарии», писательница Патриция Хайсмит с ее, по вашим собственным словам, «мраком, трудностями, одиночеством, ненавистью к себе и миру»?

Очень вовремя мне попалась эта пьеса. Я рада, что оказалась в уникальном проекте Театра им. А. С. Пушкина «Заграничные чтения», где были представлены неизвестные зарубежные современные пьесы, которые в России не ставились и даже не читались.

История Патриции Хайсмит притягательна своей недоступностью. Жизнь Хайсмит – уже драматургия. «Поэт угрозы», как назвал ее Грэм Грин, «поэт мрачного предчувствия». Ее практически не знают в нашей стране, долго не признавали в Америке и ценят в Европе. Она написала 20 романов, множество рассказов, но главным сочинением ее жизни стал психологический триллер «Талантливый мистер Рипли», который перерос в «Риплиаду». Она подарила миру преступника, аморального социопата, убийцу. Вникая в глубины его личности, читатель невольно начинает идентифицировать себя с убийцей.

Все, что писала Хайсмит, словно создано для кино. Она исследует темную, жестокую сторону человеческой природы, ее любимый писатель – Достоевский, ее первый роман («Незнакомцы в поезде») экранизировал Хичкок. Она одинока, безумна, талантлива, эксцентрична, она могла бы стать идеальным убийцей, но лишь писала об этом романы.

Роднит меня с Пэт только одно – мне было интересно исследовать ее противоречивую психологию, ее бессознательное и темное, подавленное и запрещенное, текучесть ее идентичности. Исследовать, как возникает преступление.

Когда я восхищаюсь спектаклями, каждый раз думаю: что происходит внутри режиссера?

Я думаю, очень сильное желание разделить с кем-то то, что тебе не дает спать в три часа ночи. Вдохновленность чем-то, кем-то. Иногда это мучительный процесс, иногда радость. Все зависит от того, нашел ли ты, с кем делиться, влюбил ли ты настолько, чтобы потом самому влюбиться в ответ.

Почему вы так редко ставите? И, несмотря на любовь к профессии, не ставили спектакли уже десять лет?

Для того чтобы что-то получилось, нужно, чтобы многое сошлось: актеры, пространство, автор. Влюбиться надо, а влюбленность не рождается по собственному желанию. Это роскошь – так редко ставить, но по-другому мне неинтересно. С любопытством смотрю на молодых режиссеров, которые за сезон пять-шесть премьер выпускают. Я так не умею. Люблю, когда все «медленно и неправильно». Люблю, когда остается долгое послевкусие постановки, оно дороже, чем вкус. Не могу сказать, что мало ставила: четыре года назад на двух курсах во ВГИКе (был у меня такой опыт, кроме ГИТИСа) поставила семь спектаклей, два их которых до сих пор живут в ЦДР («Старосветские помещики» и «Тимур и его команда. Рассказы о том»).

Вы писали, что прошлый театральный сезон стал уникальным. Какой спектакль особенно советовали бы посмотреть?

«Все тут!» Дмитрия Крымова.

Вы поглощены творчеством, живете им. А что для вас семья? О каком будущем мечтаете для своей любимой дочери?

Семья – место, где тебя безусловно любят. В моей жизни всё немного поздно, но главное я успела. Дочери Серафиме желаю, чтобы продолжала взращивать в себе Художника. Счастливой чтобы была.

На своей страничке в «Фейсбуке» вы с удовольствием вспоминаете о месяце в деревне под Переславлем-Залесским. Отпуск обычно проводите в России, на модные курорты не ездите? Что для вас идеальный отпуск?

Книги, сериалы, хорошее вино и тишина. И не важно, где ты: в Вильфранш-сюр-Мер или Переславле-Залесском. Лето вообще ценно своей праздностью. Из праздности и возникают самые безумные идеи и мысли.

#Знаменитости, #личная жизнь звезд, #интервью, #режиссер, #театр, художник