9036 subscribers

«Я свободно падал с 11 000 м до 2000 м, открыл парашют и мне стало плохо». Федорец С.А. о войне в Корее

6,5k full reads
6,9k story viewsUnique page visitors
6,5k read the story to the endThat's 93% of the total page views
2 minutes — average reading time
«Я свободно падал с 11 000 м до 2000 м, открыл парашют и мне стало плохо». Федорец С.А. о войне в Корее

Продолжение

... Я свободно падал с 11 000 м до 2000 м, открыл парашют и мне стало плохо. И тут я вспомнил - кислород. Кислородная маска была сорвана, болталась на шланге между ног. Я достал маску, и начал дышать кислородом, пришел в себя. Облачность была тонкая, вошел в облака и через минуту вышел из нее. Под облаками опознал местность — недалеко от гидроэлектростанции Супун на реке Ялудзян, на китайской территории. Заметил и то, что меня ветром сносит в сторону водного бассейна.

12-го апреля водный бассейн был покрыт льдом, но поверх льда, у берегов, была талая вода. Ветром меня уверенно сносит к водному бассейну и с высоты 1000-1500 метров можно вполне оказаться в бассейне. Я понял, что борьба за жизнь еще не закончилась — не убит в самолете, так можно утонуть в реке…

Я намотал на левую руку 5-6 парашютных строп и потянул на себя купол, начал глубокое скольжение. На высоте 200-150 метров отпустил стропы, ленточный купол парашюта нормально наполнялся. Определил примерное место приземления — на крутой склон хребта, на лес. Перед самым приземлением сгруппировался, лицо закрыл руками, почувствовал удар о землю, прополз вниз по склону хребта метров 10 и повис на подвесной системе.

Сулян Тунжа

Подтянулся, отстегнул подвесную систему и только сейчас почувствовал, что я ранен в левую ногу. Передвинул пистолет вперед под правую руку, достал из коробки бортовой паек: две плитки шоколада, две пачки галет, папиросы, спички. Слышу приближаются «партизаны» с собаками. Я приготовился. На расстоянии 15-20 метров два подростка лет по 15-16 окликнули меня: «Американ сдавась». Я ответил: «Сулян Тунжа» (Советский товарищ). Они еще раз переспросили и я показал им значок — Мао Цзе-дуна и Сталина. Они тут же радостно закричали: «Сулян Тунжа, Сулян Тунжа», и дружно окружили меня.

Мальчишек и женщин угостил шоколадом, галетами, а мужчин папиросами. Отношение сразу же установилось теплое, дружеское. Мужчины помогли мне спуститься с хребта вниз, в долину и донесли меня до Фанзи, затем положили на искусственные носилки (две доски) и принесли к зенитной батарее в 3-4 км, которая прикрывала огнем ГЭС.

Военфельдшер начал оказывать первую медицинскую помощь, а командир батареи дал команду подготовить машину, запас горючего и четыре человека охраны. Через 30 минут мы выехали. У меня сохранилась полетная карта, я показал ближайший аэродром, китайцы все поняли. С небольшими приключениями, часов через пять мы приехали на аэродром.

Здесь уже наши врачи провели вторичную обработку ран, и только ночью, примерно в 23 часа, меня доставили в военный госпиталь г. Ань-дунь. Здесь я был прооперирован по удалению осколков и были приняты другие меры для полного и быстрейшего выздоровления. Вот так закончился мой боевей вылет 12-го апреля 1953 года.

В этом массированием налете с обеих сторон было сбито 8-м самолетов: 4 «сейбра» F-86 и 4 МиГ-15. Я лично сбил двух F-86 но и меня сбили, только потому, что В. Ефремов струсил и бросил меня одного на съедение «сейбрам». Так закончился этот воздушный бой с четверкой «сейбров», 2:1 в мою пользу. Позже я узнал, что в этом бою мною был сбит известный американский лётчик-ас. После лечения и восстановления здоровья я продолжал вести боевые действия в составе первой эскадрильи 913 ИАП и сбил еще двух «сейбров».

Начало здесь