7447 subscribers

Почему у нас все так плохо с литературной критикой?

3,4k full reads
5,2k story viewsUnique page visitors
3,4k read the story to the endThat's 66% of the total page views
3 minutes — average reading time
Почему у нас все так плохо с литературной критикой?
Почему у нас все так плохо с литературной критикой?

Прочла в N+1 убийственно жестокую и горькую статью о том, почему сегодня все так плохо с литературной критикой и почему ей больше никто не верит. Читатели, по мнению авторов статьи, читают восторженные отзывы и ликующие блербы на обложках, покупают — и… систематически обламываются.

Потому что под обложками хваленых новинок их ждет нечто вялое, бессвязное, претенциозное — в общем, хорошо если «многообещающее» (хотя с какой стати тратить деньги и время на обещание?), а то так и вовсе откровенно мусорное.

Или, напротив, читатель хотел бы узнать что-то о новом романе. Он берет соответствующую рецензию, но вместо ожидаемого разбора внезапно получает путаный и многословный текст, в котором о собственно вынесенном в заголовок романе — полтора абзаца в середине. Зато в начале и конце — по нудному пассажу про другие известные романы, на которые рецензируемый как будто бы немного похож (на самом деле нет).

И у читателя начинают закрадываться нехорошие подозрения. Рецензент халтурщик, не прочитавший книгу? Он друг автора? Он и есть автор, только под псевдонимом? Рецензенту заплатил издатель? Рецензент идиот? Рецензенту заказали статью о романе, который ему самому не интересен, а на самом деле он хочет еще разок поговорить про Салли Руни (которую все и без него уже три года назад прочли и обсудили)?

Ничто из вышеперечисленного не исключено, конечно, но все же главная проблема, боюсь, не в этом.

Charles Joseph Travies, La Critique, 1842
Charles Joseph Travies, La Critique, 1842
Charles Joseph Travies, La Critique, 1842

За вычетом некоторых прозаических деталей (Что? Американским внештатным рецензентам реально платят от 250 до 600 долларов за рецензию, и эти люди еще жалуются?) почти все применимо и к нашим реалиям.

Да, людей, получающих зарплату за то, чтобы просто писать о книгах и не делать ничего другого, больше не существует (я в России знаю двух таких человек, и ни один из них не я). Да, занятие критикой для большинства рецензентов — отхожий промысел, которым приходится заниматься время от времени, урывками, в свободное от оплачиваемой работы время (и не говорите, что это не сказывается на качестве — еще как сказывается).

Да, для очень многих людей, пишущих о книгах, рецензии и обзоры — способ повысить, кхм, капитализацию своего персонального бренда, а это значит, что подлинный адресат их текстов — не читатель, но потенциальный работодатель (и как только такой человек получает работу в нужной ему сфере — книгоиздании, книготорговле или, допустим, в университете, он либо совсем бросает писать, либо начинает писать еще меньше и еще реже).

Да, тексты о книгах не нужны медиа — особенно длинные и сложные тексты о книгах («Десять новых романов для пляжа» или «Что купить на ярмарке «Нон-фикшн» еще туда-сюда, а вот «Набоковские аллюзии в романе Александра Соболева «Грифоны охраняют лиру» никто не возьмет даже даром).

В общем, все, о чем пишут в N+1, более или менее релевантно и для нас. Но есть и еще два важных момента, которые, как мне кажется, характерны именно для России (и нет, это не дураки и даже не дороги).

Во-первых, у нас отсутствует сформулированный запрос на литературную критику. Когда английский или американский читатель жалуется, что критик больше не торт, он примерно понимает (или хотя бы помнит), как тот самый торт должен в идеале выглядеть. Наш же читатель, если его спросить с пристрастием, в лучшем случае скажет, что хочет критику честную, объективную, интересную, а главное полезную.

То есть, в переводе на русский, такую, которая была бы сферически беспристрастна (не ангажировалась бы ни дружбами, ни художественными пристрастиями, ни культурным анамнезом критика, ни его гендером, ни образованием, ни возрастом и т. д.), которая бы все больше ругала (потому что когда хвалят скучно) и при этом помогала бы найти книжки, которые правда стоит прочесть каждому. А, ну, еще все это должно быть без спойлеров, разумеется, так что никаких деталей — вы так вообще анализируйте, крупными мазками.

Думаю, из сказанного выше понятно: российский читатель в среднем понятия не имеет, зачем критика ему лично, чего он от нее ждет и ждет ли вообще хоть чего-то.

У этого есть вполне понятная причина: отечественная литературная критика успела пожить, как человек, меньше десяти лет — с середины 1990-х до середины нулевых. Ни до, ни после она не существовала в качестве нормальной, регулярной профессии (а кто вспомнит про толстожурнальную критику 1960-х-1980-х, тот пусть попробует перечитать старые тексты Натальи Ивановой или Аллы Латыниной и убедится, что это не критика никакая, а окололитературная эссеистика, то есть взгляд, нечто и немного литературных отсылок).

Почему у нас все так плохо с литературной критикой?
Почему у нас все так плохо с литературной критикой?

И это значит, что русский читатель просто не привык к литературной критике как к какой-то вещи, имеющей свою понятную цель, методы и критерии оценки. Как в объекту, существующему в его ментальном пространстве на сколько-нибудь постоянных основаниях.

Но есть и вторая причина — еще более трагическая и совершенно точно наша, родная, никому больше не присущая. Критика — это, конечно, часть литературы, но все же в первую очередь она — часть медиа. Критику нужна площадка, и хорошо, если помимо книг на этой площадке будут еще новости, журналистские расследования, аналитика — да даже сплетни, мемы и еще что-то столь же малопочтенное. Критика, выселенная в специальную литературную резервацию, задыхается и умирает в обществе пары десятков таких же заморенных читателей.

Проблема в том, что в России больше нет медиа. Нет площадок — не просто нет хороших площадок, вообще никаких, считай, нет.

За пару недель до того, как Одно Отечественное Медиа объявили иностранным агентом и оно прекратило свое существование, моя прекрасная выпускница договорилась с ними о регулярных литературных обзорах. Другой мой бывший студент писал для другого медиа — его тоже больше нет (в смысле, медиа нет, у студента, слава богу, все в порядке, работает в рекламе, ждет второго ребенка). И если раньше что-то закрывалось, но что-то и открывалось, то сейчас этого больше нет.

И честно говоря, я прямо не могу слушать, когда говорят об «упадке литературной критики», не говоря в первую очередь о том поистине катастрофическом коллапсе, который сегодня переживает отечественная журналистика в целом. Кстати, в этой точке товарищам из N+1 наши проблемы просто не понять: у них, спору нет, жемчуг мелковат. А у нас, знаете ли, с супом перебои.

Подписывайтесь на мой канал в Дзене и оставляйте комментарии.