«Эффект внезапности был полнейшим...Взрывы сдирали брезент с грузовиков...русские метались кто куда»

03.04.2018

Ночью я проснулся от рева сирен и взрывов, в казарме не было света. Кое-как схватив свои пожитки, я вылез через окно во двор. Натянул на себя штаны с кителем, сапоги остались в казарме. Вокруг все пылало... Люди метались, кто куда, в воздухе витал запах гари.

В небе кружились немецкие самолеты, наши летчики бежали на взлетную полосу и пытались завести свои истребители. Половина наших самолетов пылала прямо в ангарах.

Я босиком побежал к ангарам, чтобы помочь вытащить самолеты. Заработали зенитные батареи, успевшие взлететь истребители вступили в бой. Через час авианалет прекратился, мы принялись считать потери. Больше половины авиапарка было уничтожено, многие солдаты из охраны аэродрома погибли спящими в казармах. С утра уцелевшие бомбардировщики под прикрытием истребителей летели мстить...

Вечером 24 июня 1941 года по радио сообщили, что советская авиация потеряла 374 самолёта, подбитых, главным образом, на аэродромах. За тот же период советская авиация в боях в воздухе сбила 161 немецкий самолёт. Кроме того, по приблизительным данным, на аэродромах противника уничтожено не менее 220 самолётов.

Лейтенант Гейнц Кноке, пилот истребителя Me-109:
«Эффект внезапности был полнейшим. Одно из казарменных зданий занялось ярким пламенем. Взрывы сдирали брезент с грузовиков, переворачивали их. Внизу все походило на растревоженный муравейник, русские метались кто куда. Сыны Сталина в одних подштанниках бежали под деревья в поисках укрытия».
Помощь бедному историку.