Танк-охотник

Сомов Роман Тарасович:

«Получить летом сорок первого года вместо легкого БТ-7 средний и маневренный Т-34 было удачей.

И эта удача улыбнулась моему экипажу.

Но не успел я с моими боевыми товарищами отъездить на новой машине и месяца, как началась война.

В сражениях с немцами мы познали всю мощь и в то же время уязвимость нашей машины.

Нашу толстую угловую броню фрицы пробивали с трудом, а вот их легкие и средние танки сильно страдали от нашей 76 мм. пушки.

Но немцы не вступали с нами в открытые сражения, если они видели, что на поле боя есть группа Т-34 или КВ, то они старались обойти нас по флангам или вовсе избежать боя.

Радиостанции, которые имелись в каждом немецком танке позволяли им вести маневренную войну и именно с помощью этой маневренности нас и обыгрывать.

А у нас не было еще радиостанции в танке и нам приходилось все команды получать с помощью флажков.

А это значит, что я, как командир экипажа должен был периодически высовываться из башенного люка и смотреть по сторонам или самостоятельно подавать своим товарищам команды флажками.

Из-за этой маневренной тактике блицкрига немцы на первых порах сумели обойти нас и оставить у себя в глубоком тылу.

Оставшись без четкого понимания, где наша часть я выбрал тактику одиночной охоты.

Имея запас топлива на 500 километров и полный боекомплект, мы осторожно продвигались в сторону Смоленска.

Днем наш экипаж устраивал засады на дорогах.

Так однажды мы расстреляли целую немецкую моторизированную колонну.

Восемь грузовиков и два бронетранспортера были расстреляны нами меньше, чем за пятнадцать минут.

За то время, пока мы вышли к нашим основным войскам, нам удалось уничтожить более двадцати грузовиков, четыре танка и пять бронетранспортеров.»