Три истории из жизни Росстата

1920-е

В 1920-е основная задача государственной статистики — считать зерно. Из этих цифр делался план развития экономики, в том числе план по раскулачиванию. И зерно как-то считали (вспоминается начало «Бесславных ублюдков»), а распределение (сколько у бедноты, сколько у кулаков) — нет. Ну нет таких цифр. Неизвестно, не можем сказать.

Основатель и первый руководитель Росстата Попов под давлением давал какие-то распределения, они не устраивали руководство, он давал другие, третьи, пятые.

В 1923 этого мямлю-методолога уволили, главой статистики стал революционер Оболенский (иронию фамилии он тоже, наверное, понимал, и выступал под псевдонимом Осинский). Он быстро и четко выполнял «определенные функции», правда, оказался потом предателем. В 1938-м его расстреляли. Как и всех четырех руководителей государственной статистики, которые успели поработать в этот промежуток.

А первый руководитель Росстата Попов дожил до 1950-го.

1990-е

В начале 90-х денег у Росстата не было — зарабатывай как хочешь. Поэтому работали с бизнесом: продавали данные о конкурентах, собирали данные по поручению, мало ли что еще — полномочия-то никуда не делись. Сейчас такого нет: информация либо открыта и опубликована, либо гостайна.

Кончилось это заведомо сомнительное дело в 1998-м, когда арестовали всю верхушку Росстата: 20 человек, включая директора (человек в ранге федерального министра), замдиректора и руководителей подразделений. Журналисты называли это «делом ЦИФРОТЕРАПЕВТОВ» (журналистика, которую мы потеряли), связывали его с новым премьером Кириенко и длинными руками ФСБ. Суд тянулся аж до 2004-го, в итоге и руководителю, и заму дали реальные пять лет.

2004 — наше время

На основании цифр, которые публикует Росстат, принимаются важные государственные решения. И в методологических справках Росстат пишет, что новые данные публикуются только один раз, никаких предварительных согласований нет, то есть министры и президенты новости узнают тоже на gks.ru.

Но за подчинение Росстата явно идет борьба: то он в подчинении Правительства (то есть как отдельное министерство), то как орган при Минэкономразвития. Четыре раза уже переходил туда-сюда. В марте 2017 глава Минэкономразвития критикует методологию Росстата, уже в апреле Росстат возвращается под крыло министерства.

В выборах, говорят, важнее не кто голосует, а кто считает голоса.