65 299 subscribers

Что я думаю об иностранных словах в русском языке? Размышления филолога

3,5k full reads

Выскажу личное мнение о словах иностранного происхождения. То есть неологизмах. Что это такое и как я их воспринимаю.

Изображение Gerd Altmann с сайта Pixabay
Изображение Gerd Altmann с сайта Pixabay

С точки зрения филологии новые заимствования — это естественный процесс. Поскольку язык — живой организм, который постоянно меняется, развивается, принимает всё, что нужно для жизни, и отметает чужеродное. Есть целая наука, которая изучает новые слова. Это неология.

Давайте вспомним, зачем вообще они в языке появляются. Выделю три основные причины.

  1. Обозначить новые понятия, реалии. Например, не так давно неологизмами считались «браузер», «компьютер», «интернет». Сейчас это общеупотребительная лексика.
  2. Внести дополнительный оттенок смысла.
  3. Более кратко, выразительно назвать то, что уже есть. «Ставить лайк» — «ставить „Мне нравится“». А когда-то ёмкое слово «компьютер» заменило громоздкую фразу «электронно-вычислительная машина».

Мы всегда воспринимаем новое отчуждённо, с неприятием, недоверием. В том числе слова. Однако для справки скажу следующее.

Все ли неологизмы закрепляются в языке?

1. В языке приживается и становится общеупотребительным незначительное количество неологизмов. Гораздо больше слов-пришельцев так и остаётся «на задворках» лексикона (если по-научному, на периферии). Они или пополняют сленг, то есть нелитературный язык, или употребляются в узком кругу лиц. Или бытуют в интернет-пространстве. Например, «лол».

Несмотря на то что соцсети стали частью нашей жизни, мы не говорим повсеместно «зафрендить» (добавить в друзья) или «фолловить» (быть подписчиком). Просто так новая лексическая единица закрепиться в языке не может, для этого ей нужно соблюсти целый ряд критериев, один из которых — частотность.

И конечно же, неологизмы — это черта любых развитых языков, не только русского. Приведу цитату из Лингвистического энциклопедического словаря:

В развитых языках количество неологизмов, зафиксированных в газетах и журналах в течение одного года, составляет десятки тысяч. Это обусловлено социальной потребностью в именовании всего нового и в его осмыслении, внутриязыковыми факторами — тенденциями к экономии, унификации, системности языковых средств, варьированию номинаций с разной внутренней формой, этимологией, задачами экспрессивно-эмоциональной, стилистической выразительности.

2. Мы уже десятки лет используем иностранные слова, но слабо воспринимаем их такими. Колледж, такси, троллейбус, трамвай, школа, ранец, гимназия — все эти слова пришли к нам из европейских языков. Однако кое-что изменилось. Ранее основными «поставщиками» новых слов были греческий, латинский, чуть позже французский, а сейчас — английский.

И более существенный фактор: теперь литературная норма и лексикография не успевают за скоростью, с которой новые понятия «наводняют» наш язык. Особенно много неологизмов пришло к нам после появления интернета, потому что нужно было как-то назвать все эти новые явления: сайт, чат, браузер и др.

Однако подобное «нашествие» свежей лексики — всего лишь отражение того, что происходит в мире. С космической скоростью меняются технологии, тенденции, люди переезжают с места на место. Разумеется, потому в языки приходят новые понятия, термины, которые осваиваются или благополучно забываются. Кроме того, переосмысляются те слова, которые уже как новые не воспринимаются.

Поэтому я уверен, что отвергать всё новое и считать, будто англицизмы «замусорили» русский язык, — это довольно наивно. Нужно смотреть на ситуацию шире, под разным углом.

А как было раньше?

Если погрузимся в историю, то поймём, что неприятие заимствований у нас было во все времена. Достаточно вспомнить противостояние «карамзинистов» и «шишковистов» в первой половине XIX века. Это была «полемика о старом и новом слоге», для описания которой можно вспомнить шуточную фразу вроде «Хорошилище идет по гульбищу из позорища на ристалище», что на современном русском означает «Франт идет по бульвару из театра в цирк».

Изображение Thomas B. с сайта Pixabay
Изображение Thomas B. с сайта Pixabay

Наиболее ярым консерватором считался русский писатель, литературовед Александр Шишков, автор «Рассуждений о старом и новом слоге российского языка» (1803), один из основателей общества «Беседа любителей русского слова» и президент Академии Российской с 1813 г. Букву «Ё» Шишков называл «совершенной порчей языка», французский язык считал «бедным», а символом борьбы с заимствованиями у него стали «мокроступы» вместо «галош» (от французского galoches). Тротуар он предлагал называть «топталищем», а вместо «пара» (то есть «два человека») хотел, чтобы говорили «двоица».

В то время как карамзинисты считали, что язык постоянно меняется, что «удержать язык в одном состоянии невозможно, такого чуда не бывало от начала света», и «язык следует всегда за науками, за художествами, за просвещением, за нравами, за обычаями». В итоге победило наследие Николая Карамзина, и не зря его считают одним из реформаторов русского литературного языка. Хотя бы за то, что благодаря писателю в русском освоился целый ряд неологизмов. Например, «утончённость», «промышленность», «человечность», «развитие» — всё это слова, предложенные Карамзиным. В основном писатель калькировал их с французских (утончённый — от raffiné и др.).

К чему я это вспоминаю? К тому, что история всегда повторяется и идёт по кругу. Если пару веков назад боролись с галлицизмами (французскими заимствованиями), то сейчас мы выступаем против англицизмов. На протяжении XVIII века Франция была для России, как и для всей Европы, законодательницей мод, в том числе языковых. А сейчас таковой для всего мира выступает английская, американская культура.

И по поводу англицизмов мне нравится комментарий лингвиста Максима Кронгауза:

Английский влияет на все языки. Достоинство русского языка в том, что он довольно легко усваивает заимствованные слова и «одомашнивает» их при помощи добавления русских приставок, суффиксов. С этим русский язык хорошо справляется.

Выживут только сильнейшие

Я против бесконтрольного употребления иностранных слов только ради антуража и способа выпендриться. Однако как филолог я понимаю следующее:

  • спустя годы в русский язык ещё хлынут порции новых заимствований;
  • мы тоже будем им сопротивляться;
  • в итоге только некоторые прочно закрепятся, пройдут строгий отбор временем и попадут в нормативные словари. Остальные неологизмы уйдут, поскольку их не примет язык и общество, а какие-то останутся либо в разговорной речи, но за рамками книжных стилей, либо продолжат восприниматься как жаргонная лексика.

Со многими иноземными единицами так и получилось. Мы не говорим «фортеция» вместо «крепость». Если мы хотим сказать «подозрение», мы так и сделаем, а не вспомним слово «суспиция», которое появилось в XIX веке и спешно кануло в лету. «Виктория» не стала полноценной заменой слова «победа». Мы продолжаем говорить «девушка», а не «гёрла». Слово «фейс» есть только в некоторых словарях с пометкой «сниженное».

Изображение Gerd Altmann с сайта Pixabay
Изображение Gerd Altmann с сайта Pixabay

Однако у нас спокойно прижились «интернет», «сайт», «смартфон», «фрилансер», «креатив», «блогер», потому что в русском языке не было полноценной замены этим понятиям. Или те слова, которые могли бы использоваться вместо заимствований, вряд ли целиком подходили по смыслу.

Есть понятия, которые используются только в определённой сфере. К примеру, «мерчендайзер», «эйчар», «истеблишмент». Я вместо «эйчар» лучше скажу «кадровик». :))

Что касается «спойлер», «флексить», «хайлайтер», «консилер», «хайпер», «факап», «патимейкер», «изи», «лук» (в значении «образ») и других малопонятных новинок, то лишь время покажет, приживутся ли они. Надеюсь, что нет. :)) Шутка.

О хайпе и «лайфхаках»

Пожалуй, «хайп» прокомментирую. Сначала это слово понимал как любой сомнительный, высокорискованный проект, в который нужно вкладывать свои финансы. Поскольку его называют «хайпом» (сленговое, от английской аббревиатуры HYIP). И когда пару лет назад в первый раз услышал слово «хайпануть», то подумал, что оно означает «потерять деньги в сомнительном проекте» или нечто подобное.

Почитав внимательно о новом глаголе, открыл для себя, что есть ещё и другой хайп — ажиотаж, шумиха вокруг чего-либо в СМИ, соцсетях. Только произошло понятие от другого английского слова — hype. Таким образом, два разных английских слова (HYIP и hype) оформились в русском как «хайп».

P. S. Какое слово я действительно не люблю, так это «лайфхак». И не потому, что можно заменить его на «полезный совет», а из-за того, что им называют довольно банальные вещи, которые и пользы-то не приносят. Однако это уже совсем другая история. Стараюсь терпимо относиться к подобным явлениям, поскольку язык — мудрый организм и что попало в своём сознании хранить не будет.

Благодарю каждого за прочтение, лайк и репост. Напишите в комментариях, что вы думаете об иностранных словах в русском языке. Интересно вас послушать. То есть почитать. :) И подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзене и Телеграме.

Читать ещё:

✴️ Как пишется «онлайн» и «офлайн»? Слова, связанные с интернетом
✴️
Согласно договору или договора? Согласно чему или чего?
✴️ По приезде или по приезду? По окончании или по окончанию?
✴️ Какого рода «кофе» в русском языке? Мифы об этом слове