Прапорщик Кантемиров. Часть 3

30.03.2018

Зал затих, и в центр вышел сам хозяин гаштета. Немец первым представился, пожал всем руки и указал в глубину заведения, где стоял отдельный пустой столик. Напротив гостей сел сам хозяин, за переводчика присел Ян, и вдруг из полумрака появился первый нокаутированный соперник Тимура, который тоже присел за стол, подержался за свою челюсть и шутливо погрозил Тимуру пальцем. Русский боксёр только улыбнулся в ответ. Ганс задал вопрос, Ян перевёл:

- Надеюсь, в мой гаштет пришли без гранаты?

- Без оружия. Это была учебная граната. Не настоящая, - советский прапорщик спокойно смотрел в глаза немцу.

После перевода Ганс хохотнул, посмотрел на своего молодого коллегу и покачал головой:

- Эти русские…

Потом Ганс ещё добавил пару слов, которые Ян не стал переводить, но все поняли, что эти слова хоть и были нехорошими, но сказаны в знак восхищения. А Тимур со спортивным интересом спросил у своего бывшего соперника:

- Челюсть не сломана?

- Перелома нет, только уже месяц ем одну кашу.

- Сильная челюсть! – искренне восхитился боксёр, а все после перевода рассмеялись. Напряжение спало. Взял своё главное слово хозяин заведения:

- Тимур, мы понимаем, что ты дрался честно, и тебя ранили. У нашего арестованного друга есть ещё дела с полицией, по которым ещё не истёк срок давности. А если ты сейчас дашь показания против него, он сядет надолго. Ян сказал, что тебя только в четверг будут допрашивать. Тимур, если на допросе у следователя скажешь, что другой тебя ударил ножом, у нашего друга есть шанс быстро выйти. А мы тебе приготовили деньги, тысячу марок. Скажешь больше, приготовим ещё. За деньги не волнуйся, я отвечаю лично.

После перевода все задумались. Ганс положил на стол пачку денег, перетянутую резинкой. Тимур переглянулся с друзьями и кивнул переводчику:

- Кореша с кичи выдернуть – благое дело, поэтому общак дербанить не будем. Это западло! Я возвращаю пику, отказываюсь от бабок и колюсь следаку на первом скачке, как братва шепнёт. И у меня к твоей братве свой базар будет!

Ян растерянно смотрел на Тимура:

- Я ничего не понял!

Русские переглянулись и усмехнулись. А Тимур только произнёс: «У вас свой базар, а у нас свой базар» и сам на немецком объяснил Гансу, что он сейчас возвращает нож, отказывается от денег, так как это неправильно, и даст показания полиции, как надо. Но, у русских есть свои условия: первое − больше никто не конфликтует с нашими школьниками, кто хочет подраться – пусть приходят в спортзал к Тимуру с Лёвой; второе − Ганс вместе с Яном научат Тимура своему языку, и если они захотят, то русский тоже может поделиться некоторыми выражениями; и третье – парень, который сегодня сказал: «Русишь швайн» пусть сейчас извинится или выйдет с любым из них один на один. При этом Тимур аккуратно за лезвие вытащил нож и протянул Гансу ручкой вперёд. Немец быстро взял нож и показал нокаутированному у вокзала. Тот утвердительно кивнул. Хозяин гаштета положил нож с деньгами в карман, кивнул русским и прокричал в зал имя того парня: «Отто!» и добавил ещё пару непонятных слов. Парень подошёл с хмурым видом, дёрнул подбородком в сторону Тимура и посмотрел на старшего. Ганс произнёс короткую, но эмоциональную речь, которую Тимур понял так - этот русский в отличие от Отто делает для его брата больше, чем он сам. Русский вернул нож, отказался от денег и готов дать правильные показания в полиции. А младший брат только и может много говорить и ничего не делать. Сейчас у него есть выбор: или извиниться перед русскими, или выйти с ними один на один, как его старший брат попытался однажды. Молодой немец стоял, слушал внимательно, что-то прикинул про себя, вполголоса произнёс непонятное Тимуру короткое слово и протянул руку русским. Тимур на слух уловил произношение и интонацию этого ёмкого слова, встал, и, протянув руку, ответил тем же словом. Все вокруг опять рассмеялись. Конечно, прапорщик Кантемиров уже знал несколько нехороших немецких слов, например, такие как: «man'o'meter!» - аналог нашего "блин!" или "ёпрст!", и еще: «Mist! Scheisse!» – «Дерьмо!» Тимур даже мог послать интеллигентно: «Du kannst mich mal!» – «Да пошёл ТЫ!». Но, как оказалось, прапорщик ещё многого не знал. «Век живи, век учись!» После удачных переговоров хозяин заведения пригласил гостей на своё фирменное блюдо -местное жаркое из маринованной говядины с картофелем и квашеной капустой. И конечно же, пиво! За совместным ужином Ганс попросил своего официанта принести пару маленьких профессиональных блокнотов и, не теряя времени, по ходу трапезы начал обмениваться с Тимуром крылатыми выражениями на двух языках. Еврей с дагестанцем тоже добавили свою лепту в знании "родного и могучего". В этот раз совместный ужин немцев и русских в этом гаштете прошёл мирно и спокойно. В итоге договорились, что Тимура в тот вечер у вокзала полоснул ножом первый нападающий. Всё равно его уже никогда не установят и не найдут. Да и орудие преступления больше никто и никогда не увидит. А после дачи показаний полиции Тимура с друзьями вновь приглашают отужинать к Гансу, чем саксонский бог пошлёт.

В четверг, ровно в 14.00 в дверь кабинета заместителя начальника политотдела штаба армии полковника Лащ Олега Степановича раздался стук. Сам полковник в парадной форме из-за стола приказал твёрдо: «Войдите!», но не выдержал, выскочил и обнял, как отец родной, явившегося прапорщика Кантемирова. Гвардии прапорщик блистал в новой парадной форме, а под его фуражкой красовалась чёткая армейская стрижка. К значкам, перекочевавшим с полевой формы, добавился политически грамотный комсомольский значок. От начальника стрельбища Помсен исходили благоуханье одеколона «Шипр», молодость, сила и уверенность. Олег Степанович отстранился, с восхищением оглядел Тимура:

- Вот! Вижу результат своей работы. Недаром мои орлы, боевые офицеры, старались. А, прапорщик?

- Так точно, товарищ полковник!

Полковник, не мешкая, весь в предвкушении фуршета, тут же стал сам собираться в дорогу приятную:

- Я тут речь для тебя подготовил про Перестройку и Гласность. Почитай по дороге, подготовься. Скажешь там при вручении.

- Товарищ полковник, так мне комендант сказал, что вначале меня допросят с переводчиком, затем выступит прокурор города, и нам с немцем вручат медаль и премию. Всё!

Политработник озадачился:

- А как же Гласность и Перестройка? Вот, Кантемиров, одни хлопоты из-за тебя: и план мероприятий переписывай, и речь для тебя готовь. А я ещё «Волгу» генеральскую для нас выпросил.

- Виноват, товарищ полковник! А с Вашей речью я могу после стрельб на полигоне выступить.

Замполит воодушевился:

- Вот это правильно! После стрельбы и лекцию солдатам. Как я в молодости. Молодец, прапорщик!

- Служу Советскому Союзу!

Генеральская «Волга» вместе с комендантом, переводчиком, полковником и прапорщиком въехала на территорию городской народной полиции. В кабинете Кантемирова уже ждал следователь, который сухо попросил полковника с подполковником выйти и подождать в коридоре. Работник немецкого правопорядка вначале уточнил, согласен ли советский гражданин давать показания с переводчиком комендатуры, или же ему могут предоставить своего специалиста. Тимур был согласен, и допрос начался. Всё шло гладко до момента удара ножом, здесь показания Пауля с Тимуром разошлись. Следователь был вынужден назначить очную ставку между молодыми людьми, где советский гражданин чётко стоял на своей позиции. На этом допрос закончился.

Всех собрали в зале, где выступил главный прокурор города. Речь свелась к тому, что благодаря руководству старших товарищей по партии всегда будут в нашем совместном строю такие молодые люди, как Пауль и Тимур, которые героически встали на защиту законности и правопорядка. Затем началась процедура награждения героев медалью «Почётный знак Немецкой народной полиции». Когда вызвали прапорщика Кантемирова, глаза полковника слегка увлажнились, замполит по -отечески обнял начальника стрельбища и затем слегка подтолкнул в направлении трибуны. В кассе городской полиции молодые люди под роспись получили по семьсот марок. Почему премия полагалась именно в такой сумме, Тимур так и не узнал. Но эта пачка уже грела ляжку советского гражданина. А народ для фуршета собрался. Полковник Лащ всё же выпил на брудершафт с прокурором города и после официального фуршета потребовал продолжения банкета, который по просьбе Тимура устроил для всех Пауль. Начальник полигона Помсен, сославшись на учения и стрельбы, покинул банкет в самом начале и, как был в парадной форме, так и выдвинулся к гарнизонной школе, чтобы успеть перехватить преподавателя немецкого языка по имени Даша. Прапорщик Кантемиров с букетом цветов летел по городским улицам Дрездена к своей любимой девушке и радовался такому удачному решению всех его проблем.

Гвардии прапорщик Кантемиров обмывал свою немецкую медаль с четверга и до понедельника. Во-первых, событие в гарнизоне было неординарным, многие офицеры и прапорщики, стрелявшие хотя бы раз на Помсене, знали начальника стрельбища, и каждый старался искренне поздравить награждённого. Во-вторых, денежная премия в виде семисот марок (а это зарплата лейтенанта, между прочим) в самом деле «жгла ляжку» прапорщика, и он денег не экономил. В четверг всё начиналось чинно-благородно, с фуршета и банкета с немцами, где Тимур просто символически выпил немного водки. Затем молодой человек пригласил на ужин свою девушку, её маму и подругу семьи в один из уютных ресторанов в центре Дрездена, где играла живая музыка вокально-инструментальной группы под управлением болгарина по имени Радко. Советский прапорщик блистал в своей новой парадной форме с немецкой медалью и рискнул станцевать по разу с каждой дамой, чем привёл их в полный восторг.

На этом торжественная часть мероприятий закончилась. После ужина прапорщик проводил девушек, забрал пакет с матрёшками, забежал домой переодеться и успел затариться всем необходимым для начала. Мероприятие продолжилось в комнате лейтенантов холостяцкого общежития «Ледокол». А потом всё было как в саксонском тумане. Прапорщик Кантемиров помнил своё появление в парадной форме вечером следующего дня в кабинете командира полка, подполковника Григорьева, с пакетом в руке, где весело позвякивали две бутылки водки «Посольская». Но Тимур совершенно не помнил, чем закончилась эта встреча с командованием части. Затем в памяти всплывала картина в гаштете «у Ганса», в которой стояла очередь здоровяков-немцев к прапорщику Алиеву для борьбы с ним на руках (армрестлинг), а сам прапорщик Кантемиров, снова в парадной форме, в расстегнутом кителе и без фуражки, стоял в центре зала и громко, под смех и аплодисменты местных дам, декламировал из своего блокнота крылатые выражения на двух языках. Периодически в памяти появлялась сцена матросского танца «Яблочко» лейтенантами политотдела. Тимур думал, что это был сон.

Начальник войскового стрельбища Помсен пришёл в себя только утром в понедельник на полигоне. На стуле была аккуратно сложена парадная форма с медалью, а в центре комнаты стояли две большие сумки, одна была доверху забита продуктами, во второй уместились несколько коробок пива. Прапорщик открыл одну бутылку, глотнул и по селектору вызвал сержанта Басалаева. Старший по полигонной команде постучал в дверь домика, зашёл и начал свой доклад с восхищения:

- Ну, Вы, товарищ прапорщик, блин, даёте!

- Не ори, Виталий, пожалуйста, - Тимур хлебнул ещё пива. - Как я сюда попал?

Сержант жадно посмотрел на бутылку, прапорщик просто показал земляку на сумку. Виталий с готовностью открыл пиво пряжкой ремня и сделал несколько глотков:

- За Вашу медаль, товарищ прапорщик!

- Спасибо! Докладывай.

- Ну, Вы, товарищ прапорщик, блин, даёте, - повторился сержант и продолжил. - Да Вас под утро на мотоциклах привезли. Целая орда, мотиков десять! Так загрохотали, мы уже думали, что всё, пипец, война началась. А тут немцы с немками и с Вами, товарищ прапорщик. Там один бородач только спросил: «Шиссенплац Помсен?» и они Вас с сумками в домик затащили.

Тимур понял, что его доставили прямиком от Ганса и уточнил:

- Виталий, а фуражка на голове была?

- Не, точно не было. Я бы забрал. Вы же постоянно фуражки теряете, товарищ прапорщик.

«Слетела!» – догадался прапорщик и спросил:

- Сержант, а кто сегодня по графику стреляет?

- Второй батальон.

- Это хорошо. Проследи сегодня сам за стрельбой. И натопите баню к вечеру, надо попариться, отойти от всего. С меня ужин, медаль обмоем. Дедам по пиву, а остальным купи «Вита-Колы», возьми деньги. Пусть повар зайдёт за сумкой с продуктами и придумает чего на вечер. Сегодня ночевать здесь останусь.

- Есть! – радостно ответил сержант.

Вечером в бане прапорщик Кантемиров долго отмокал с единственной мыслью: «Надо меньше пить!» На следующий день Тимур зашёл в общагу к лейтенантам в гости. Вася и Роман радостно встретили товарища:

- А вот он и наш Медалист! Жив и здоров. Привет, Тимур!

- Здорово, парни! Как вы сами? Всё в порядке? – улыбнулся гость нежданный. - А я вот чего-та нихрена не помню. И фуражку где-то опять потерял.

- Тимур, да ты сам же фуражку Гансу подарил! Ещё сказал, что всё равно потеряешь. Потом дарственную надпись ручкой внутри написал. Что-то там из своего блокнота. Ганс ходил и всем эту надпись показывал. Все ржали.

- Ни хрена себе! Ещё мне то ли приснилось, то ли показалось, как будто вы вдвоём «Яблочко» танцуете.

- Вот! – развеселились лейтенанты. - Тимур, считай, что самое главное ты не упустил. Мы ещё с Новосиба, с училища, разучили этот танец. Там на третьем курсе какой то КВН был с девчонками музыкального училища. Сейчас, как конкретно нахерачимся, так всегда этот матросский танец выдаём. Кстати, немки пару раз на бис вызывали.

- Да уж! Парни, а как я на стрельбище попал?

- Так ты же сам Гансу сказал, что ещё своим солдатам не проставился, - сказал Вася, а Роман добавил:

- Немцы быстро две сумки загрузили и вместе с тобой на Помсен уехали. А кто остался, нас развезли на своих мотоциклах. Классно, прапорщик, мы твою медаль обмыли. Есть что вспомнить!

- Спасибо, товарищи офицеры, - улыбнулся Тимур, - но, парни, в этот гаштет только вместе ходить будем. Ну его нахрен, этих уголовников. Лучше на выходных к Эрику сходим. Надо будет ещё две ваши «Посольские» занести в бар.

- Ещё не выпил? – искренне удивился Василий. А Роман добавил:

- Ну ты, прапорщик, могЁм!

- Не могём, а могЕм, товарищ лейтенант! А слово прапорщика ГСВГ – это кремень.

Молодые люди заржали на всю комнату.

«Ende gut - alles gut!» – «Всё хорошо, что хорошо кончается!»

Если Вам интересны мои публикации, поставьте палец вверх и подпишитесь на канал — тогда они будут чаще появляться в Вашей ленте новостей. Спасибо за внимание!