Освобождение Сандомира

На плацдарме все было в движении. По лесным дорогам шли войска. В воздухе кружились немецкие самолеты, наши их преследовали. Где-то поблизости слышалась пушечная пальба. Некоторые дороги простреливались артиллерийским огнем противника. В сосновых рощах, лесных хуторах размещались штабы, санитарные части, мастерские, склады боеприпасов. Запыленные, уставшие бойцы и офицеры торопились по своим делам. Они мало спали, ели на ходу, позабыв об отдыхе. Все были заняты делом и воодушевлены общей целью — удержать плацдарм.

Катукова я нигде не встретил, но пребывание его на передовой ощущалось всюду. В одном штабе упомянули о том, что командарм приказал организовать взаимодействие с артиллерией. В другом рассказали, как он распекал разведчиков за потерю бдительности. В третьем сообщили: «Был командарм, беседовал с офицерами и экипажами, полчаса назад уехал».

На следующий день поздно ночью Катуков вернулся в штаб. Там находились член Военного совета Н. К. Попель, начальник штаба М. А. Шалин, начальник артиллерии армии И. В. Фролов, начальник разведки А. М. Соболев, начальник политотдела А. Г. Журавлев, М. Т. Никитин, заместитель командующего по тылу В. Ф. Коньков. Михаил Ефимович, устало сбросив плащ-накидку, спросил:

— Какие новости?

Встал Шалин и доложил:

— Получен приказ командующего фронтом — вместе с армией Пухова поворачивать на восток и юго-восток, с тем чтобы соединиться с войсками генерала Гордова и завершить окружение Сандомирской группировки врага.

— Придумано хорошо, — сказал Катуков, — у Сандомира лучшие гитлеровские дивизии из группы войск «Северная Украина». Захлопнуть их в котел — большое дело. А что нас ждет на пути?

— Линия нашего фронта увеличивается на десятки километров, — сказал начальник штаба, — фланги будут плохо защищены, а машин у нас не так много.

Шалин, всегда спокойный, говорил взволнованно. А начальник разведки Соболев добавил:

Есть сведения — с севера подходят две танковые и две пехотные дивизии немцев. Как бы нам самим не попасть в окружение.

Катуков сидел, сжав голову большими ладонями, и долго раздумывал. Все молчали. Командарм понимал всю серьезность положения. Армия уже месяц вела тяжелейшие бои и понесла немалые потери. Фашисты сражались остервенело. Гитлеровская ставка придавала первостепенное значение боям на Висле. Один из пленных офицеров 16-й немецкой танковой дивизии сказал, что плацдарм русских за Вислой Гитлер назвал «пистолетом, направленным в затылок империи». У врага больше сил. Несравненно больше. Но разве впервые гвардейцам биться против превосходящих сил врага?! Будет трудно, чертовски трудно, но другого выхода нет.

Катуков встал, окинул всех воспаленными, покрасневшими глазами и тихо сказал, перефразируя известную пословицу:

— Балька бояться — в лес не ходить. Давайте думать о том, как выполнить задачу. Мы должны выполнить ее во что бы то ни стало.

В ту же ночь армия двинулась по указанному маршруту, перерезала последнюю дорогу, идущую от Сандомира на запад. Кольцо окружения вокруг вражеской группировки сомкнулось. Окруженным был предъявлен ультиматум — сдаться. Они его не приняли. А с севера на танкистов-гвардейцев повели наступление 17-я и 23-я танковые, а также 342-я и 291-я пехотные немецкие дивизии. Они пытались деблокировать свои войска у Сандомира. Завязалась смертельная схватка. Гитлеровцам удалось вторгнуться в наши боевые порядки. Гвардейцы не сдавались. Они заняли круговую оборону и продолжали удерживать позиции. Они выстояли, не дали разорвать кольцо окружения вокруг Сандомира. Упорство и стойкость 1-й танковой армии облегчили наступление наших войск с юга. 18 августа Сандомир был освобожден.

Бои на Сандомирском плацдарме закончились разгромом гитлеровских войск. Позже войска 1-го Украинского фронта с этого плацдарма двинулись на Одер, на Берлин.Родина салютовала победителям. И среди них были названы гвардейцы Катукова. Двадцати воинам его армии было присвоено звание Героя Советского Союза, и в их числе командарму М. Е. Катукову.

Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!