Подвиг о котором невозможно забыть или как еврей повёл на штурм евреев

История одного из фашистских лагерей Собибор известна давно, но подробности о подвиге «Сашко» Печерского умалчивались долгое время. Но подвиг, который оказался ему по силам, вписался в страницы истории и о нём невозможно забыть. Так кто же такой «Сашко»? Как ему удалось то, что ещё никому не удавалось?

Печерскому Александру Ароновичу за свою жизнь удалось совершить беспрецедентный подвиг. Фабрика смерти Собибор, расположенная в маленькой польской деревни Собибур, около границы с Украиной, была стёрта с лица земли и это заслуга обычного советского солдата. Неизвестно сколько людей спасло то, что Собибор перестал существовать. Известно, что за время его «работы» погибло до 200 тысяч человек еврейского народа. Но обо всем по порядку.

Александр или, как его помнили пленники Собибора «Сашко», жил в Ростове-на-Дону. Жизнь его в довоенное время ничем не примечательна, обычная жизнь советского гражданина еврейского происхождения. С первых дней войны был мобилизован и воевал под Смоленском, но вскоре их взвод потерпел поражение и был взят в плен. Александр был болен, что помогло ему скрыть свое происхождение и тем самым сохранить жизнь. Стоит отметить внешность не выдавала в нем еврейских корней. Спустя полгода он предпринял попытку бежать, но четно и был пойман. При некоторых обстоятельствах тайна его происхождения раскрылась. По одной версии - по доносу, по другой - при медицинском осмотре. И вместе с другими евреями он был отправлен в Собибор.

С приходом нацистов к власти погибло несколько миллионов евреев, Адольф Гитлер считал, что эта нация паразитирует на нацисткой Германии и беспощадно их уничтожал, создавая лагеря смерти или как их ещё называли - фабрики смерти.

Собибор был построен под видом мармеладовой фабрики, а на самом деле был предназначен для быстрого уничтожения большого числа евреев с минимальными затратами. Попадавшие пленники долго в нём не задерживались. Ослабленные и больные узники отправлялись сразу же в газовые камеры. Остальных использовали в качестве рабочей силы. Особенно ценились портные, которые шили мундиры нацистам. Печерский сразу понял, что ждёт его и других советских солдат в ближайшее время. Попытки побега из лагеря были и раньше, но дальше ограждённой проволоки бежать не удавалось и все заканчивалось смертью. Александр понимал, каждый день может стать последним, тогда он и принял решение бежать. Побег может быть удачным, если только бежать будут все сразу.

Новость о том, что немцы потерпели поражение на Курской дуге, в Сталинграде и под Москвой вселило надежду в сердца узников. Заручившись поддержкой лидера польского еврейского землячества - Лейба (Леон) Фельдгендлера, стали разрабатывать план. Нужно отметить, это было не простое восстание, а искусная военная операция. Александр считал, что для успешного исхода событий, восстание должно быть массовым и в первую очередь необходимо уничтожить офицерский состав лагеря, с целью захвата оружия. Не все согласились участвовать в побеге, чем сразу себе подписали смертный приговор.

В побеге участвовало 420 узников. 14 октября они устроили засаду и уничтожили 11 офицеров, но оружие захватить не удалось. Пленники были истощены, за счет этого оставшиеся в живых офицеры смогли организовать оборону склада. Единственное правильное решение было действовать незамедлительно и Александр повел узников на штурм. Благодаря его находчивости и смелости более двухсот пленников удалось сбежать. Бедные пленники бежали несмотря на открытый огонь по ним, трёхметровый забор из колючей проволоки и минные поля. Немцы организовали отряды на поиски пленных. Многих нашли и убили. Фашисты не могли смириться с мыслью, что кучка смертников смогла вырваться на свободу, убив без оружия немецких офицеров, и приложили все усилия, чтобы о событиях Собибора не напоминало ничего.

В числе освободившихся был и Александр Печерский. После побега он присоединился к белорусскому партизанскому отряду Щорса. Спустя некоторое время был направлен в штрафной батальон, так как за время войны почти два года был в плену. Там получил ранение, попал в госпиталь и был демобилизован.

Все произошедшее, описанное ранее, в послевоенное время не обсуждалось. Героический поступок не рассматривался как подвиг, не муссировалось в прессе. Событие, произошедшее в немецком лагере, выглядело словно “Еврей, повёл на штурм евреев”.

Знакомясь с историей обычного советского солдата, у меня сложилась впечатление, что судьба как будто готовила Печерского к такому событию и дала ему жить, только ради того, чтобы он бережно сохранил историю чудесного спасения. Ведь можно с уверенностью сказать, что он не был знаменитостью при жизни, ему не оказывались какие-либо почести. Он был очень скромным человеком, ходил в школы и на встречи с журналистами и каждый раз, рассказывая свою историю, ему хотелось, чтобы она осталась в памяти людей. Его подвиг будет жить в наших сердцах, как то, о чём никогда нельзя забывать.