Любви все крепости покорны - романтический штурм города Отранто

На каблуке итальянского сапога, в том месте, где до Албании рукой подать – всего-то 64 километра, - стоит замок Отранто. Это массивное приземистое строение из светлого камня возвели в конце XV века по приказу короля Фердинанда II Арагонского для защиты от турок. Фердинанд знал, что делает: за год-два до того, как начались работы по строительству крепости, османы захватили на востоке Италии плацдарм, а когда поняли, что дальше продвинуться не получится, что вот-вот христианские войска их с Апеннин вышвырнут, обезглавили 800 жителей Отранто и соседних деревень.

 Замок Отранто.
Замок Отранто.

Замок Отранто воспел английский писатель Гораций Уолпол – создатель готического романа. Первый «страшный» роман в истории, образец жанра, так и назывался – «Замок Отранто». Он имел простой, но жутковатый сюжет, в центре которого мистическая история, связанная с родовым проклятием. Литературоведы считают, что прототипом главного героя романа был король Сицилии Манфред, он бывал в этих местах в середине XIII века. Однако за два столетия до Манфреда в Отранто произошла история, которая также могла бы послужить основой для хорошего приключенческого или даже готического романа. Эта история – о несчастной любви юной девы к суровому норманну.

Норманны против византийцев

О том, что произошло в Отранто летом 1068 года, мы знаем, благодаря византийскому писателю Кекавмену. Он не был очевидцем событий, но слышал обо всем, можно сказать, из первых уст.

В середине XI века норманны почти выдавили византийцев из южной Италии, которой те владели со времен завоеваний императора Юстиниана. Последними опорными пунктами на Апеннинах у Византии оставался крупный город Бари и городки помельче – Бриндизий и Отранто. В 1068 году к Отранто подошла армия норманнов под командованием герцога Апулии и Калабрии Роберта Гвискара. Это был могучий и прославленный рыцарь, умный стратег, большой хитрец (прозвище «Гвискар» и означает «хитрец) и, вероятно, незаурядный любовник. Достаточно сказать, что дочь византийского императора Алексея Комнина Анна пишет о нем если не с нежностью, то с толикой вожделения, при том, что большего врага, чем Гвискар, у византийцев в те времена не было. Словом, личность яркая во всех отношениях. И поэтому, когда Роберт в сверкающих доспехах появился в окружении свиты перед городскими стенами Отранто, его не могла не заметить Агнесса - юная дочка местного губернатора Малапетци. Заметила и… влюбилась с первого взгляда. Знаете ведь, как это бывает у юных красоток, не успевших выпорхнуть из отчего гнезда. «Подумаешь, враг, подумаешь, варвар, все равно уйду к нему», - думала она, следя одним глазом за приготовлением норманнов к осаде, другим - как ее дядя готовит оборону города.

Таким Роберта Гвискара видели в XIX . Картина Мерри-Жозефа Блонделя.
Таким Роберта Гвискара видели в XIX . Картина Мерри-Жозефа Блонделя.

Дом возле стены

Следить Агнессе было очень удобно – дом, в котором она жила с родителями, вплотную примыкал к городской стене, точнее, он был частью этой стены. Но дядя Малапетци романтическое чувство юной синьоры чуть было не разрушил: он приказал снести все дома, которые стоят возле стен, справедливо полагая, что, проникнув в дома, норманны могут оказаться в городе. Агнесса – в слезы:

- Если вы снесете наш дом, дяденька, я сброшусь со стены, и пусть тогда над моим несчастным телом надругаются варвары.

Этот порыв был так силен и так искренен, что синьор Малапетци сжалился над племянницей, тем более что его успокоил и родной брат, отец Агнессы:

- Мы будем контролировать ситуацию, через наш дом в Отранто даже полевая мышь не проскочит.

Но получилась так, что проскочил кое-кто покрупнее полевой мыши. И этот кто-то был не один.

Прекрасная дева у окна

Роберт Гвискар заметил, что у окошка сидит прекрасная девушка и пялится на него влюбленными глазами. Биноклей, конечно, тогда не было, даже подзорную трубу еще не придумали, но Роберт сумел это каким-то образом уловить. Флюиды? А почему бы и нет. В общем, герой-воин уступил в его душе место герою-любовнику, и Роберт решил действовать.

- Роберт, но у тебя же есть супруга – прекрасная Сишельгаита, - пытался отговорить его кто-то из родственников.

- Она ничего не узнает, потому что ни ты, ни кто другой ей ничего не скажут, - отрезал Роберт.

Вскоре с помощью арбалета (а может быть, и лука) Агнесса получило послание. В нем было всё, как подобает в подобных случаях: влюбился с первого взгляда, жить без тебя не могу, осаждаю город Отранто только, чтобы соединиться с тобой навеки… О своей законной супруге, дочери графа Салерно, Роберт Гвискар по понятным причинам умолчал.

На следующую ночь Агнесса приказала слуге отправить во вражеский лагерь ответное послание. В нем также было признание в любви и жалобы на злой рок, который не позволяет двум влюбленным сердцам быть вместе.

«Это легко поправить, - отвечал Роберт Гвискар в следующем письме. – Ведь как только я возьму Отранто, ты тут же станешь моей, мы обвенчаемся в соборе святого Николая, что стоит на городской площади. Но чтобы это случилось, ты должна мне помочь».

«Я готова тебе помочь, любимый», - отвечала Агнесса.

Картина Данте Габриеля Россетти "Леди Лиллит". Кажется Агнесса была немного похожа на эту красавицу.
Картина Данте Габриеля Россетти "Леди Лиллит". Кажется Агнесса была немного похожа на эту красавицу.

Франки лезут по веревке

А потом произошло следующее. Безлунной ночью, когда на море бушевал если не шторм, то что-то очень похожее, словом, было ветрено и шумно, Агнесса выбросила из окна толстую веревку, с помощью которой в ее дом поднялись несколько вооруженных до зубов норманнов.

- Вы Агнесса? Вам горячий привет, госпожа, от герцога Роберта, - рыкнул один из них.

Но вместо привета норманны грубо оттолкнули девушку, затем разбудили домочадцев и принялись пробивать громадным молотом стену дома, которая являлась одновременно и стеной города. Через час у них это получилось. Группа захвата – дюжина крепких ребят в конических шлемах и с каплевидными щитами - только этого и ждала: через пролом в стене они проникли в дом Агнессы, дождались рассвета и бросились в город, убивая всех на своем пути. Открыв ворота, они позволили войти в Отранто и основной массе войска Гвискара.

«Увлеченная желанием, она (Агнесса – Авт.) согласилась, сделала, чего от нее требовали: ночью на веревке она втащила несколько франков (византийцы нередко называли норманнов франками – Авт.), самых умных и ловких; а те, при наступлении ночи, выворотив стену замка, ввели франков уже в большом количестве, и пред рассветом, с криком напали на горожан. Неожиданно увидев врагов внутри крепости, они обратились в бегство», - описывает произошедшее Кекавмен.
Пехота норманнов держит оборону. Рисунок Андреа Модести.
Пехота норманнов держит оборону. Рисунок Андреа Модести.

Город взят – сердце девушки разбито

Спросонья сопротивления захватчиком практически никто не оказывал, разве что русы и варяги, помогавшие византийцам защищать город. Они долго бились с норманнами своими громадными секирами, пока не погибли все до единого. Тогда, во время штурма, вообще погибло много народу. А вот губернатор Малапетци оказался хитрее всех. Рано утром, когда запахло жареным, не дожидаясь исхода боя, он устремился в гавань, сел на корабль и приказал поднимать паруса. Жена его и дети остались дома, и попали в руки Роберта Гвискара.

Хотелось бы знать, что случилось с прекрасной, но глупенькой Агнессой. Увы, исторические хроники о дальнейшей ее судьбе молчат. Возможно, ее убили вместе со всем семейством Малапетци. Возможно, Гвискар ее пощадил. Но точно – не взял в жены. У графа Апулии были дела поважнее: через месяц после взятия Отранто он подошел к стенам города Бари – последнего оплота византийцев в Италии. Этот орешек оказался гораздо крепче, и соблазнить в Бари Роберту было некого. Поэтому осада Бари продолжалась без малого три года.

©Алексей Денисенков

Понравился текст? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал!