Поэтический «сад»

В Музее современного искусства РБ имени Наиля Латфуллина в ноябре демонстрировалась выставка живописных работ Надежды Севериной, Виктории Осмеркиной, Ольги Тихоновой и Чулпан Цветковой. У экспозиции камерное и, в первом прочтении, бытовое, домашнее название —

«В моем саду». Представленные в Уфе работы еще совсем недавно можно было увидеть в Выставочном зале Московского союза художников на Кузнецком мосту.

живописи, «Дон Кихота в искусстве», по определению Александра Дейнеки, Александра Александровича Осмеркина.

Виктория — член СХ России, Московского союза художников, Международного художественного фонда. Педагог, активная участница различных творческих проектов и выставок.

У Осмеркиной свое «прочтение» повседневности, иной «сад»: уверенная «витражная» компоновка цвета и жесткая ритмически выстроенная композиция. При этом собранные из острых углов, линий и «лоскутных» мазков пейзажи («На даче», «Калитка», «Летний вечер») и натюрморты («Цветы и ракушки», «Под яблоней», «Натюрморт с подносом и рождественской звездой») выглядят необычайно теплыми, лиричными и узнаваемыми. Иная — пластическая, почти скульптурная — «лепка» в абстрактных композициях «Коловорот» и «Ловцы». Здесь есть магия и красота движения.

Ныне столичный живописец, член Московского союза художников и Творческого союза дизайнеров Москвы, доцент кафедры изобразительного искусства РГУ-ТИС Чулпан Цветкова родом из Уфы. Правда, ее здесь помнят как Саттарову. И не только как сестру известного художника, тоже давно москвича, Мансура Сат-тарова. Но и как человека, внесшего свой вклад в развитие нашего, теперь сменившего не только название, Художественного объединения «Агидель».

Райхана ГИЛЬМАНОВА

Эти художники давно востребованы в самых разных столичных и зарубежных галереях и музеях. Они легки на подъем и абсолютно лишены московского апломба, а потому приглашение в Уфу приняли с радостью.

Всех их в Москве хорошо знают, но уфимскому зрителю, видимо, стоит вкратце рассказать о создателях живописного «сада».

«Мотор» этой творческой группы и автор «передвижнической» идеи — член Союза художников России, Московского союза художников, Творческого союза художников России, Международного художественного фонда, Ассоциации русских художников в Париже (пожалуй, достаточно перечислений), необычайно талантливая и ха-ризматичная Надежда Северина. Она не художник, разглядывающий мир из окна мастерской. Северина любит «путешествовать с кистью». И в поместье Клода Моне Живерни поработала, и в китайской провинции Сычуань, и во множестве тишайших уголков России. Выставлялась тоже всюду — в Государственной Третьяковской галерее, Париже, Женеве, в музеях и картинных галереях многих других европейских и российских городов.

Работы Надежды, представленные в Уфе, слегка размытой декоративностью и не улавливаемой с первого взгляда ритмичностью напоминают картины французских «ин-тимистов» из группы «Наби», провозгласивших искусство частью повседневной жизни. Вот «Божественный цветок» — несколько цветов розового лотоса — символа присутствия Божества на земле. Та же «набиевская» плоскостность форм и ритм в повторяющихся элементах. Не выстроенный с глубокой перспективой пейзаж, а смело, избирательным глазом выхваченный кусок, песчинка, крохотная, но прекрасная деталь из огромной, восхитительной мозаики мира. Такой же «пазловый» элемент мироздания — картина «Ах, эта дивная пора!». Не менее декоративны и «Мальвы в моем дворе». Цветы, вырванные из «контекста» двора, притягивают и завораживают, как случайно попавшая в руки страничка неизвестного захватывающего романа. Пейзажи Надежды Севериной отсылают к поэзии символистов.

В ее «Контражуре» читаются строки Иннокентия Анненского:

...Ив доцветании аллей

Дрожат зигзаги листопада...

Поэзии полна работа «У озера».

Фамилия Осмеркиной, конечно, подскажет любителям изобразительного искусства, что Виктория — потомок выдающегося русского сезанниста, участника художественной группы «Бубновый валет» и легендарного педагога

[UlLi

Чулпан работает в разных жанрах. В ее «саду» — портреты, пейзажи, натюрморты. Объединяет их лишь плотный эмоциональный «воздух», а не соотнесенность с каким-либо направлением в живописи. Если ее «Вдохновение» и «В интерьере» с легкостью можно отнести к магическому реализму, то «Натюрморт с фруктами» и «Натюрморт с агавой» выдают в авторе импрессиониста. Пейзажи Цветковой («Река в Боровске», «Разлив в Серпухове», «Оттепель») сближают реальное и авангардное искусство. В них есть и отказ от точных форм, детальной предметности, и тонкий лиризм, присущий реальному искусству.

Самая молодая из четверки «садовников», Ольга Тихонова, тоже давно заявила о себе как зрелый и оригинальный художник. Член СХ России и МСХ. Лауреат российских и международных конкурсов. Несмотря на то, что воспитывает троих детей, она много и увлеченно работает, активно выставляется. И не только в России, но и в Чехии, Тунисе, Германии, Испании, Китае.

В работах Ольги нет формальной зашифро-ванности, но присутствует осязаемость нематериального. Ее «Цветущий Суздаль» наполнен, кажется, не только воздухом, но и ароматом весны. А «Тенистая аллея» прячет от зрителя не только лицо уходящей вдаль женщины, но и многие тайны. Мазок у Тихоновой легкий и смелый одновременно. Кажется, дунешь на ее пышные «Пионы» — цветы разом с шелестом обрушат свои лепестки. Такая же живая «воздушная готовность» у «Цветов у Крымского моста».

При всей несхожести их художественного языка всех участниц проекта «В моем саду» роднит поэтическое восприятие мира, умение видеть истинную красоту в обыденном, привычном. Потому работы художников «дружат», как заметила в беседе со мной Виктория Осмеркина. Дружат, уже семьями, и сами художники. Их связывают совместные выставки, регулярные поездки на пленэры. И вот такие проекты, которых у этих четырех милых дам и талантливых художников (женский род к ним в этом определении неприменим), уже немало.