Приговор на коленях: экс-глава Городищенского района сел на восемь лет

Суд признал виновным Александра Тарасова, бывшего главу администрации Городищенского района, ранее также возглавлявшего Урюпинский район и работавшего министром сельского хозяйства области. Суд посчитал достаточными доказательства, указывавшие на то, что Тарасов сперва потребовал, а затем и получил со знакомого коммерсанта полмиллиона рублей. За что осудили Тарасова, в чем разошлись трактовки защиты и суда, а также чем прецедент грозит региональной политической системе – в материале «ФедералПресс».

Почти двухчасовое оглашение приговора 57-летний и страдающий (что отметил и судья) несколькими хроническими заболеваниями Александр Тарасов провел на коленях. На шею Тарасов привязал тесемку с табличкой, гласящей: «Я раб правового произвола судьи Бугаенко, прокурора Просвирова».

Удивило посетивших оглашение приговора и то, что Тарасов был в наручниках. Даже на убийцах во время заседания это редкость, в чем причина такой суровости, остается только гадать. Вел себя в «клетке» обвиняемый спокойно, хотя по окончании и заявил, что не просто не признает своей вины или не согласен с приговором, а будет требовать уголовного преследования судьи и прокурора по его делу.

Преступление

В марте прошлого года глава администрации Городищенского муниципального района Александр Тарасова (ранее два срока отработал главой Урюпинского района, где избирался, а в 2012-м несколько месяцев был министром сельского хозяйства Волгоградской области) был задержан оперативными сотрудникамиУЭиПК областного главка МВД. При Тарасове была барсетка с деньгами и их муляжом (так называемой, «куклой»). По версии следствия, Тарасов получил взятку в 500 тыс. рублей от знакомого коммерсанта по фамилии Гамбургер за назначение на должность директора муниципального унитарного предприятия «ЖКХ Городищенского района Волгоградской области».

Согласно материалам следствия, попросил Тарасова об этом председатель районной думы Сергей Мамонтов. В отношении Тарасова было возбуждено уголовное дело по п. «в» ч. 5 ст. 290 УК РФ (получение взятки в крупном размере). Фактически именно показания Мамонтова и стали основой для обвинения. Между тем, сам Мамонтов сейчас, как известно, обвиняется по 30 эпизодам правонарушений сразу по четрыем статьям УК.

Наказание

Восемь лет колонии строго режима, штраф в 5 млн рублей (для его обеспечения уже арестовано имущество осужденного, среди которого выделяются шесть гаражных боксов) и запрет на 2,5 года после освобождения занимать должности на государственной и муниципальной службе. Приговор выглядит суровым, если учитывать, что Тарасов не только никогда не был судим, но даже в слухах о коррупционных проявлениях его фамилия прежде не упоминалась. Это подтвердилось и в разбирательствах – даже свидетели обвинения, за исключением, собственно, Мамонтова, Гамбургера и еще пары человек, непосредственно вовлеченных в историю, давали показания, в которых отмечали, что им не было известно о том, чтобы Тарасов когда-либо требовал взятки, тем более принимал кадровые решения на основании таких мотивов.

В зачет срока Тарасову, разумеется, внесут время в СИЗО – с марта прошлого года. Впрочем, приговор еще не вступил в силу. На подачу апелляции в областной суд есть десять суток, адвокат экс-чиновника подтвердила, что обжаловать готовятся. При этом сам Тарасов гораздо более категоричен, если не сказать патетичен.

После оглашения приговора он выступил с обращением к общественности, в котором заявил, что процесс над ним не соответствовал базовым принципам российского и международного законодательства. По словам Тарасова, «судья Бугаенко их просто растоптал». В частности, обвиняемый рассказал, что за 48 судебных заседаний суд не удовлетворил ни одного из его ходатайств, не назначил ни одной экспертизы, а также не привлек никого из свидетелей защиты на повторный допрос, как того просил Тарасов.

Версия обвиняемого

По версии Тарасова, весь процесс был изначально с обвинительным уклоном, что противоречит правовым и процессуальным нормам. Во-первых, дело против него возбудил обычный следователь областного СУ СКР. На этом основании Тарасов пытался в суде доказать, что само возбуждение дела незаконно. Он ссылался на ч. 1 п. 11 ст. 448 УПК РФ, по которой решение о возбуждении уголовного дела в отношении выборного должностного лица органа местного самоуправления принимает только лично руководитель СКР по субъекту. Однако прокуратура и суд трактовали статус контрактного главы районной администрации (сити-менеджера), утвержденного районной думой, иначе – судья назвал его «обычным муниципальным служащим».

Александр Тарасов вину не признает и утверждает, что не давал никаких обещаний о назначении на посты, а деньги, как он считал, предназначались для финансирования предвыборной кампании кандидатов от «Единой России» в Городищенскую городскую думу. Сам Тарасов называет ключевым доказательством своей невиновности то, что при чтении приговора судья полтора десятка раз ссылался на записки с суммой вроде бы требуемой взятки (сперва он запросил 300, потом увеличил до 500 тыс. рублей – прим. «ФедералПресс»), но самой записки в деле нет. «По одной простой причине – я такого не писал», – настаивает экс-чиновник.

Согласно показаниям Тарасова, заместитель губернатора по внутренней политике Александр Блошкин поручил ему и Мамонтову заниматься выборами в гордуму Городища. Для этого нужны были деньги на изготовление агитационно-пропагандистских материалов (АПМ). Средства на эти цели чиновникам пришлось искать самостоятельно, тогда-то Мамонтов предложил подключить в качестве спонсора своего старого знакомого Гамбургера. Тарасов рассказывал о совещаниях, в которых участвовали кураторы из областной администрации, одно их таких совещаний, якобы, даже прошло в кабинете у секретаря реготделения «Единой России» Сергея Горнякова.

Несмотря на то, что во многих показаниях отмечено, что Тарасов говорил о сборе средств на выборы, суд счел, что это попытка ввести следствие в заблуждение и уйти от ответственности.

Тарасов заявил, что «при новой команде виновных стали назначать» (как следует из его прежних выступлений в суде, речь идет о губернаторстве Андрея Бочарова). «Какова же воспитательная цель этого приговора? Показать, что криминал добился своего? – спрашивает обвиняемый. – Мне просто стыдно за этих людей, блошиных, горняковых и иже с ними. Можно до бесконечности перечислять, которые дают поручения и не отвечают за свои слова. Видимо, это такая мораль сегодняшнего общества облик руководителя сегодня современного, который делает такие вещи».

Политические последствия

Несмотря на то, что доводам о предвыборном характере взятки суд не поверил, в заседании несколько раз прозвучали утверждения о том, что чиновники разного уровня, фактически используя служебное положение, организовывали штабы в поддержку партии «Единая Россия». Из слов судьи следует, что это подтвердил даже вице-губернатор Александр Блошкин, который, впрочем, уверял, что АПМ в селе не нужны.

«Учитывая особенность выборов в поселении, где, как правило, каждый знает друг друга, агитационный материал не раздается. Кроме того, подготовкой, рассылкой и раздачей занимаются сами кандидаты, за свой счет и счет спонсоров, – цитировал судья Блошкина. – Никаких указаний Тарасову он не давал и другим лицам такие указания не могли даваться».

Экс-депутат Волгоградской областной думы (в разное время от трех партий), бывший член политсовета реготделения «Единой России» Андрей Попков отмечает, что практика почти открытого использования админресурса «конечно, порой имеет место». «Во времена правления Боженова (Сергей, губернатор региона с февраля 2012 по апрель 2014-го, – прим. «ФедералПресс») такая методика тоже была. Естественно, это незаконно, но почему-то все считают, что это можно делать и есть индульгенция. Работники административных органов не должны вмешиваться в избирательный процесс. Почему до сих пор вмешиваются, потому что до сегодняшнего дня еще ни один из них не был осужден. Это внушало оптимизм, который прошел», – рассуждает политик.

Координатор Клуба экспертов Нижнего Поволжья Андрей Серенко добавляет: «В принципе дело Тарасова может иметь несколько измерений. Одно из них – это сбой в организации предвыборной машины партии власти. После дела Тарасова не уверен, что найдутся еще желающий среди чиновников местных администраций, которые захотят последовать по его пути и проводить какие-то мероприятия в интересах ЕР, тем более искать спонсоров, если такой прецедент создан».