Информационная война: от демонизации к самопожертвованию

История богослова - человека, который для прекращения войны в Сербии в одиночку сделал не меньше, чем вся национальная армия.

Епископ Николай Велимирович вышел из той когорты юношей, которую Белград готовил к государственной службе и не жалел средств на его обучение в Швейцарии, Германии, России, Англии. Значительное влияние на него оказал сербский философ Иустин Попович. Видимо, в Сербии за столетия турецкого владычества хорошо осознали, что будущее государства создают ученые, а не дельцы, политики или армия.

Первая мировая война по праву считается и первой информационной войной. Тогдашние приемы, впрочем, как и ошибки, вошли в учебники.

Английская и американская пропаганда считается исследователями наиболее психологически выверенной: она готовила солдата ко ужасам войны, рисуя злобные образы немецких варваров, при этом фронт широко освещался журналистами. Немцы пошли по пути высмеивания врага и закрытости от прессы, вызванной “шпиономанией” немецкой разведки. В результате столкновение с реальностью подрывало дух их солдат, а нехватка информации порождала упаднические слухи. Русское командование тоже не избежало этих ошибок. Подстроенная австрийцами кампания по братанию с врагом в окопах, с раздачей шоколада, ботинок и сигарет, сработала как нельзя лучше против царской армии. А запрет для русских офицеров на участие в политической жизни сделал их практически безоружными перед революционной пропагандой. https://topwar.ru/82632-informacionnye-voyny-pervoy-mirovoy-19141918-gg.html

Напомним: поводом к началу Июньского кризиса послужило убийство австрийского наследника престола эрцгерцога Франца Фердинанда и его супруги герцогини Софии Гогенберг 28 июня 1914 г. в боснийском городе Сараево сербским националистом Гаврилой Принципом. Несомненно, это событие вызвало огромный резонанс - новость не сходила с первых полос газет несколько дней. Однако, в то время покушения на монархов были относительно привычным явлением: от рук итальянского анархиста погибла супруга самого Франца Иосифа, императрица Елизавета, был убит Александр II и другие члены дома Романовых. Решение о том, использовать ли убийство эрцгерцога как повод для новой войны на Балканах или просто перевернуть эту печальную страницу в истории Габсбургской династии, принималось в первую очередь в Вене. Несмотря на беспрецедентный по своей мягкости ответ Белграда на австрийский ультиматум, последними была запущена кампания по демонизации сербов.

Руководителю на заметку : держите ваших радикалов в руках, если не хотите нарваться на масштабную войну с конкурирующими корпорациями или ввязаться в международный скандал.

Что делать маленькой стране, попавшей в мясорубку пропаганды крупных игроков?

«Когда началась война, большинство англичан воспринимало сербов как орду балканских варваров. Знания об этой стране ограничивались леденящей кровь историей об убийстве королевской четы Обреновичей весной 1903 г.» - писал один из участников Балканской кампании британской армии.

Премьер-министр Сербии Никола Пашич принимает решение отправить тогда еще простого священника-монаха Николая Велимировича с дипломатической миссией к союзникам. Мемуары так описывают это событие:

“ Встреча председателя сербской власти с молодым монахом произошла в Нише. Премьер Никола предложил миссионеру Николаю отправиться в Англию и Америку с целью создания там благоприятного общественного мнения.

- Что же мне говорить там?

- Ну... Это... Говорите как обычно, - коротко ответил до анекдотичности косноязычный Пашич.”

Как монаху в одиночку удалось перевернуть общественное мнение от погромов сербских кварталов, сопутствовавших началу войны, к тому, что английские аристократки ехали на Балканы и умирали в госпиталях вместе с ранеными?

Свою миссию он начал с игры на флейте в Гайд-парке. “Свиранье” (сербск.: игра на свирели) собирало толпу любопытных, и начиналась беседа. “Моя одежда, господа, показывает, какова моя проповедь. Древнего покроя моя одежда, стародавняя и проповедь моя...”

Как правило, после духовной темы слушатели узнавали о растерзанной Сербии, австрийском терроре и Албанской голгофе сербской армии. Простота, умение быть на равных со своей аудиторией никого не оставляли равнодушными.

Вскоре молодого проповедника стали приглашать для религиозных прений в англиканские церкви, на университетские лекции в Кембридже, Лондоне, Эдинбурге, которые заполнялись людьми до отказа. Открытость к диалогу с другими конфессиями, богословская образованность сделали молодого ученого известным по всей стране. Дружбу со многими религиозными и общественными деятелями того времени Николай Велимирович сохранил на всю жизнь.

За годы миссии им было напечатано 14 книг на английском языке, которые всколыхнули британское общество. Талант публициста и искренность, с которой он говорил о бедах родной страны, переломили австрийскую пропаганду. Нередко пакости, подстраиваемые австрийскими агентами, он превращал в яркие инфоповоды, попавшие на страницы газет. Бить врага его же оружием - известная стратегия.

В результате на острове Корфу - месте эвакуации сербской армии- появилось несколько английских госпиталей, спасавших раненых сербов. Значительную поддержку миссии Николая Велимировича оказал отец британской балканистики Р. Сетон-Уотсон. По словам современников событий, “организация миссий в Сербию стала считаться вопросом престижа, продажа и покупка сербских флагов — делом чести, приобретение одежды для сербских солдат — особым шиком». На Балканы поехали врачи, медсестры, журналисты, искатели приключений.

Командование Антанты так отзывалось о сербском проповеднике:

“Вам нечего беспокоиться за исход войны, ведь у вас целых три армии: ваша собственная, мы, ваши союзники, и отец Николай.”

http://cyberleninka.ru/article/n/ot-buharesta-do-sara..

http://cyberleninka.ru/article/n/reaktsiya-angliyskog..

http://histrf.ru/uploads/media/default/0001/09/476005..

http://cyberleninka.ru/article/n/pervaya-mirovaya-voy..

http://ruskline.ru/analitika/2012/12/01/belye_pyatna_..