ЧЕМОДАН БРУСНИКИНА

Бывший тольяттинский политик, банкир и владелец завода, бывший советник Чубайса, бывший основатель несостоявшейся коммунальной империи: что еще скрывается в багаже самого богатого самарского министра?

Едва не ставший когда-то первым мэром Тольятти Николай Брусникин давно летает из одного края необъятной Родины в другой. За последние три года он сменил восемь должностей.

Его умение находить интересные варианты трудоустройства по всей стране многие связывают с хорошим знакомством еще с комсомольских времен с первым заместителем руководителя администрации президента РФ Сергеем Кириенко, а также с опытом работы в РАО ЕЭС с топ-менеджерами, близкими к нынешнему главе Роснано Анатолию Чубайсу.

Вероятно, не случайно в этом смысле и весьма неожиданное появление Брусникина нынешним летом в формирующемся правительстве нового главы Самарской области Дмитрия Азарова. В Самаре бывший тольяттинский депутат, бывший вице-президент АвтоВАЗбанка, бывший совладелец тольяттинского «Трансформатора» оказался, возможно, не только благодаря ностальгии и сложностям на прежних местах работы: в Хабаровске и Севастополе.

Несколько ранее возвращения Брусникина в родной регион в Самаре десантировалась московская компания «Домком Инвест», в считанные месяцы скупившая львиную долю рынка управления многоквартирными домами (МКД).

Как выяснило «Дело», «Домком Инвест» появился на обломках проекта Николая Брусникина под названием «Мой коммунальный стандарт» - еще несколько лет назад крупнейшего в России оператора рынка управления МКД, а потом разорившегося и погрязшего в бесконечных судебных тяжбах за неплатежи по всей стране.

В Самаре у Брусникина, между тем, уже почти готова команда для его министерства, которое, скорее всего, получит новые полномочия. Среди заместителей главы Минпрома уже ждут появления сына крупного федерального политика, ставшего совладельцем неумирающего самарского банка.

Политика, федеральные связи, близкое знакомство с крупным бизнесом - что еще привез с собой на Малую Родину новый министр с годовым доходом под 100 млн рублей, сразу возглавивший рейтинг самых богатых членов правительства Самарской области?

«Гренада» моя

Николай Брусникин с дочерью председателя ЦК компартии Уругвая Роднея Арисменди
Николай Брусникин с дочерью председателя ЦК компартии Уругвая Роднея Арисменди

«С Кириенко и всей этой политикой Брусникина свела комсомольская среда, а в ней он оказался через иностранцев»,- таким лаконичным, но емким воспоминанием описывает начало карьеры нынешнего главы министерства промышленности Самарской области один из его товарищей по юности.

Отец будущего самарского министра Юрий Брусникин еще в начале 70-х приехал с семьей работать на только что запустившийся в Тольятти суперсовременный АвтоВАЗ, манивший со всего СССР специалистов сиянием сказочно дефицитных «Жигулей» и блестящими перспективами жилья, зарплаты и карьеры. Брусникины до этого жили и работали в одном из индустриальных городков Горьковской области - полузакрытой Выксе, известной лишь своим военным заводом по изготовлению корпусов для бронемашин.

Замасленная спецовка специалиста на АвтоВАЗе, где в прессовом производстве трудился и отец, была практически уготована Николаю Брусникину волей обстоятельств, но общительный характер и интерес к общественной работе подарили будущему политику другой шанс.

Еще в школе юный комсомолец Брусникин стал одним из активистов вазовского интерклуба «Гренада», созданного заводским комсомолом в рамках интернациональной работы: само имя города обязывало быть в первых рядах поддержки мирового коммунистического движения, лидеры которого - от Италии до Латинской Америки - подвергались нескончаемым мукам империалистов.

В силу самого характера работы в Тольятти, бывшего центром невиданной международной интеграции далеко не только с Италией, «Гренада» была одним из эпицентров самого неформального и модного комсомольского крыла. Тут и международные фестивали политической песни и поездки по обмену интернациональным опытом, и прием иностранных делегаций в рамках интернационального движения против злодеяний Хунты Пиночета. «Джинсы и магнитофоны тоже, куда ж без этого, все хотели что-то импортное иметь» - признается с улыбкой позже Николай Брусникин в одном из своих интервью.

Не удивительно, что поступив в тольяттинский Политех в 1977 году, Николай Брусникин после второго курса с упорством, достойным Че Гевары, попытался атаковать крепость самого престижного в СССР института - МГИМО. Однако безуспешно. Согласно одной версии, Брусникин предоставил при поступлении среди прочих бумаг рекомендацию знаменитого чилийского революционера Луиса Корвалана, подлинность которой вызвала в МГИМО сомнения и даже заставила отозвать свою рекомендацию для поступления Куйбышевский областной обком ВЛКСМ. Источники «Дела» из окружения Николая Брусникина утверждают, что такой характеристики и в природе не было.

Сам Брусникин позже в интервью рассказывал, что он просто передумал поступать после того, как на собеседовании в приемной комиссии МГИМО ему нарисовали грустные перспективы карьеры «заведующего гаражом в посольстве какой-нибудь африканской страны».

В малодушие лидера интерклуба «Гренада», сдавшегося перед будущими трудностями, конечно, поверить сложно, но, так или иначе, о карьере дипломата Николаю Брусникину пришлось забыть. Много лет спустя, впрочем, свою дипломатическую мечту он осуществит, отучившись в дипломатической академии МИД РФ.

В 1982 году Брусникин закончил политех и пошел работать на все то же прессовое производство АвтоВАЗа. Ну как работать - в основном Николай Брусникин занимался комсомолом.

Триста вьетнамцев

«Я призываю тольяттинскую молодежь собрать деньги на покупку оружия для наших партизанских отрядов!», - заявил как-то горячий никарагуанский парень на организованном Брусникиным митинге. Тольяттинская молодежь в принципе была готова, но старшие товарищи быстро объяснили комсомольцу, что финансировать покупку оружия не стоит, и направили энергию специалиста в мирное русло, поручив ему привезти на ВАЗ несколько сотен рабочих из Вьетнама.

«Испуганные, грязные, абсолютно не социализированные зверьки – вот, что нашел Брусникин в московских фильтрационных пунктах, куда привозили вьетнамцев в середине 80-х годов», - рассказывает источник «Дела», близко знакомый с Николаем Брусникиным «образца восьмидесятых». Так Советский союз помогал Вьетнаму. Перед Брусникиным стояла задача: привезти, вылечить, откормить, обучить мигрантов, а спустя три месяца они уже должны были приступить к работе на прессовом производстве АвтоВАЗа.

Цеха пестрили лозунгами на русском и вьетнамском языке. С одной стороны, по-русски: «Да здравствует советско-вьетнамская дружба», с другой - по-вьетнамски: «Не влезай, убьет». То, что большинство приезжих не умеют даже читать, на заводе поняли уже потом.

В награду за успешно выполненную миссию в парткоме завода Николаю Брусникину предложили возглавить комсомольскую организацию прессового производства. «С вьетнамцами в футбол нужно было играть, культурно-массовые мероприятия организовывать. Решили поручить это комсомолу, вот его и назначили», - припоминают старожилы завода.

Инициатива ненаказуема

«Я сам принимал его на работу в качестве своего заместителя. Был им доволен, он закрывал широкий функционал, особенно полезен, оказался в организации и проведении многочисленных фестивалей», - вспоминает комсомольскую юность Николая Брусникина депутат Госдумы Леонид Калашников, в начале 80-х - комсорг всего АвтоВАЗа и начальник будущего министра по комсомольской линии.

Не прошло и двух лет работы на заводе, как Брусникин сменил Калашникова на посту секретаря комсомольской организации автогиганта. И самарские и российские СМИ не раз тиражировали байку о том, как Брусникин помог сигналом в органы лишить должности секретаря комитета своего комсомольского шефа, как-то раз якобы уехавшего после небезалкогольного застолья за рулем. Однако это явная неправда, ведь Калашников ушел на повышение. «Конфронтации никакой между нами не было. Брусникин занял мой пост после того, как я перешел на должность заместителя секретаря парткома завода», - подтвердил «Делу» депутат. Хорошие отношения между бывшими комсомольскими лидерами АвтоВАЗ сохранятся: как выяснило «Дело», сын Калашникова уже призван Брусникиным в его новую команду в самарском Минпроме, но об этом чуть позже.

В конце 80-х возглавляемая Брусникиным комсомольская организация АвтоВАЗа была в числе самых прогрессивных и передовых в стране, в которой активно шла перестройка. Демократизация, гласность, на предприятиях СССР начались процессы выборов директоров. Рабочий комсомол, как самый близкий к средствам производства и процессам создания прибавочной стоимости, с горящими глазами стоял в первых рядах перемен, предчувствуя, возможно, большее. С такими глазами, наверное, Николай Брусникин собирал свой первый судьбоносный чемодан - в Сургут.

В 1989 году в Сургуте по инициативе журнала «Собеседник» состоялся форум комсомольских организаций, выступавших за обновление комсомола, который потом назовут «Сургутская альтернатива» (СА). Революции в этом не было никакой, все дискуссии о реформах и в партии и в комсомоле были санкционированы. Однако состав участников этого неформального клуба на рубеже краха советской эпохи - комсомольских лидеров, рвущихся в лидеры реформ - оказался более чем примечательным. Многие из них сформируют потом будущую элиту обновленной России.

Среди самых активных участников «Сургутской альтернативы» был Сергей Кириенко, нынешний замглавы администрации президента, а в то время - секретарь комсомольской организации горьковского судостроительного предприятия «Красное Сормово». Позже он сыграет важную роль в жизни Брусникина. Еще целый ряд участников «СА» станут политическими соратниками Кириенко в эпоху создания «Союза правых сил». Например, Ефим Островский, будущий автор будущей избирательной компании СПС, которая приведет и Брусникина в Госдуму. Или, скажем, известный российский философ и методолог, один из близких к Кириенко интеллектуалов Петр Щедровицкий. Или будущий коллега по Госдуме Брусникина Александр Фомин. Но это будет через 10 лет.

Новая сила

В 1990 году колесо истории стремительно разваливающейся России завертелось с лихорадочной скоростью, кого-то выбрасывая в начинающийся бизнес, кого-то - в зарождающуюся политику, а кого-то - на свалку. Николая Брусникина тянуло в политику.

Весной 1990 года прошли первые демократические выборы народных депутатов РСФСР и выборы в местные советы. Вазовский комсорг Брусникин, конечно, принял в них самое активное участие и без особого труда поменял комсомольский билет на два новых мандата. В борьбе за депутатское кресло российского парламента Брусникину, правда, пришлось немного посоревноваться с будущим банкиром Анатолием Волошиным, но того история призывала на службу капитала. В Совете народных депутатов Автозаводского района Брусникин занял пост председателя.

Эти годы сам Николай Брусникин в разговорах с близко знавшими его людьми потом будет характеризовать не только как успешный политический старт, но и как время формирования части его основного капитала.

Известно, что Брусникин участвовал в операциях по торговле автомобилями и автозапчастями. Председатель райсовета помогал с помощью своих связей на АвтоВАЗе двум фирмам стать крупными дилерами АвтоВАЗа: «Инком-центр» Алексея Кириенко и Игоря Носорева (в начале 90-х Носорев работал вместе с Николаем Брусникиным заместителем председателя Тольяттинского горисполкома) и «Лада Маком» Игоря Зиньковского (создал свою компанию на базе СП «Лада Маком» АвтоВАЗа).

Как известно, в 90-х торговлю вазовскими машинами контролировали или топ-менеджеры завода или бандиты. Люди, участвующие тогда в автоторговом бизнесе в качестве посредников, должны были так или иначе быть связаны или с одной силой или с другой. Связей на ВАЗе у Брусникина было достаточно на самом высоком уровне, и версия о том, что он мог зарабатывать на помощи с отгрузкой «Жигулей» нужным компаниям большие деньги - не выглядит неубедительной.

Тем временем в Москве, - в чехарде, которая тогда творилась на съездах российских депутатов, провозглашавших под руководством Бориса Ельцина суверенитет России в СССР и принимавших бесконечные парады суверенитетов автономий, молодого провинциального Брусникина замечали не очень. Поэтому он между командировками в столицу сосредоточился на карьере в родном городе.

«Антонов (Игорь Антонов - в 90-х - председатель городского совета народных депутатов Тольятти, в будущем президент страховой компании «Астро-Волга» - прим. ред.) позвонил Микелю (Борис Микель, в 1989-1992 годах - председатель Тольяттинского горисполкома - прим. ред.) и говорит: «Ты если стоишь, сядь, а если сидишь, держись не падай. Есть идея Брусникина твоим замом сделать», - рассказывает «Делу» свидетель событий 1991 года, когда бывший комсомолец стал первый раз чиновником в исполнительной власти.

Амбиции у Брусникина и тех, кто его поддерживал (автовазовское лобби, тот же Игорь Антонов, часть директорского корпуса) были немаленькие. Уже в следующем году, когда в Самарской области радикально сменилась власть и на смену советской системе с горисполкомами пришла вертикаль администраций во главе с руководителем областной администрации Константином Титовым, Брусникин попытался стать первым мэром Автограда, однако неудачно. Он заручился одобрением Титова и гендиректора АвтоВАЗа Владимира Каданникова, но, видимо, одобрение было недостаточно обеспечено с обеих сторон.

«Титов переговорил с Каданниковым, тот дал добро и обещал 2000 машин, а Брусникина должны были назначить мэром. Правда, машины он не дал, а Титов назначил Уткина (в 90-е - заместитель председателя Тольяттинского горисполкома)», - рассказывает тольяттинский источник «Дела». - Ситуация разрешилась буквально в течение трех дней. В пятницу Титов вызвал Брусникина к себе, пообещал, что уже в субботу представит его в Тольятти как главу администрации. В субботу Титов в Тольятти не приехал, Брусникин ездил к Каданникову, тот вроде бы подтвердил, что Брусникина поддерживает, но в итоге в понедельник Титов подписал указ о назначении Уткина».

Рассказывают, что против Брусникина в том числе активно сработало лобби негласного органа власти Тольятти - так называемого «совета директоров», в который входили руководители крупнейших тольяттинских заводов, и который не очень хотел видеть во главе новой администрации исключительно вазовского человека, каким представлялся в то время Брусникин.

«Я действительно был за Николая Брусникина, потому что он более современный руководитель, но решение принималось коллегиально. Большинство голосов областного исполкома отдали пост Уткину», - дипломатично вспоминает в беседе с «Делом» Константин Титов, память которого предусмотрительно не сохранила историю о том, как судьба Николая Брусникина едва не пошла совсем по другому пути.

Так или иначе, но в 1992 году несостоявшийся мэр Брусникин вынужден был задуматься о новой дороге в своей жизни. Но для покупки путевки и хорошего «чемодана» к ней нужны, как известно, хорошие средства. Так бывший борец за интернациональную дружбу, бывший комсорг автозавода и бывший муниципальный чиновник оказался в самом богатом в Самарской области и одном из самых богатых в стране АвтоВАЗбанке.

Капитализация

«Должность в АвтоВазБанке в 1992-м году Брусникину предложил сам Нахманович (создатель и президент АвтоВАЗбанка - прим.ред). В банковском бизнесе он очень хорошо заработал, деньги платили большие», - рассказывает тольяттинский источник «Дела».

Петр Нахманович
Петр Нахманович

Масштаб и значение АвтоВАЗбанка (АВБ), входившего в самом начале 90-х в топ-5 крупнейших российских банков, сегодня трудно представить. Почти забыта и сама фантастическая по временам дикого российского капитализма престижность работы в качестве банковского топ-менеджера (только в центральном аппарате управления АВБ работало почти 900 человек).

Николай Брусникин оказался в этом финансовом оазисе на одном из самых почетных мест. Петр Нахманович, которого считали одним из покровителей бывшего политика, предложил народному депутату должность директора банка по работе с населением. Что было, в общем-то, логично с учетом его бэкграунда.

В банке Брусникину поручили курировать работу с вкладчиками, а через пару лет повысили до вице-президента. Он работал с крупными клиентами вроде АвтоВАЗа и КАМАЗа и проблемными заемщиками из числа крупных предприятий. Одним из таких заемщиков был тольяттинский завод «Трансформатор». Приобретение вице-президентом доли в его акционерном капитале стало, возможно, самой крупной экономической операцией Брусникина времен работы в АВБ. Злые языки будут уверять потом, что ценные бумаги завода недавний комсомольский вожак приобретал якобы на деньги АвтоВАЗбанка и даже без его ведома. «Акции предприятия покупались на средства банка, а потом вдруг вышло, что акционеры - фирмы, связанные с Брусникиным. В АвтоВАЗбанке до сих пор не понимают, как так вышло. Но вот вышло» - писали самарские газеты.

Так это было или нет - неизвестно. Банк, во всяком случае, каких-либо претензий своему топ-менеджеру не предъявлял. Впрочем, АвтоВАЗбанку уже в 1996 году стало не до претензий. С 1994 года его шатало от последствий первого страшного общероссийского банковского кризиса, в результате которого рухнули многие банки в стране. АВБ уцелел, но его создателю, президенту и покровителю Брусникина - Петру Нахмановичу - в 1996 году пришлось уйти в отставку. Следом за президентом ушел и вице-президент. Ему уже было - куда.

У Брусникина были трансформаторы. Для них, конечно, бывшему банкиру понадобился особый большой чемодан. Но он у него имелся.

Выпрямитель напряжения

«Акционерами и членами совета директоров были разные люди - от топ-менеджеров Волжской ГЭС до оптовых поставщиков бананов, подчас с противоположными интересами, - рассказывает «Делу» свидетель событий вокруг скупки акций «Трансформатора» тех лет. - Брусникин принял их предложение стать генеральным директором, для подстраховки купил сначала около 10% акций, зная тяжелую экономику завода ещё по сопровождению его АвтоВАЗбанком». К большому объему просроченных банковских кредитов и задолженностью по зарплате выявились неисполненные (но ранее уже проавансированные) экспортные контракты, потерянные позиции на рынке, - словом, проблем у предприятия было достаточно.

Впрочем, вряд ли покупая долю завода Николай Брусникин жаждал заняться благотворительностью. Тольяттинский «Трансформатор» был в своем роде уникальным производством. После распада Советского союза большинство его конкурентов остались на территории суверенных государств. «Трансформатор» работал в тройке лидеров. Несмотря на кризисные девяностые, завод осваивал производство новых серий, а с 1995 года стал основным поставщиком РЖД, наладив производство локомотивных трансформаторов.

По словам источников «Дела», доля Брусникина на «Трансформаторе» в разные периоды менялась от 18% до 34%. В единственном официальном документе, оказавшемся в распоряжении «Дела» - отчете об итогах эмиссии «Трансформатора» 1994 года - официально в активе Николая Брусникина было лишь 5,58% акций завода. Однако среди множества других малоизвестных акционеров предприятия были компании и доверенные лица бывшего банкира. По сути, он возглавлял группу совладельцев завода, которые его контролировали, не будучи сам мажоритарным акционером.

С приходом на завод Брусникин договорился с акционерами не банкротить его, а восстанавливать позиции на рынке. Последующий план работы был как бы антикризисным управлением (с поправкой на реалии 90-х), и, конечно, включал в себя оптимизацию затрат, закрытие невостребованной рынком номенклатуры, увольнение сотрудников, сброс социалки. «При Брусникине было запущено производство новых типов автотрансформаторов, восстановлена конструкторская служба, поставки в Индию и Китай, – отдает должное нынешнему министру один из бывших акционеров «Трансформатора» в беседе с «Делом». – Коля учился тогда в аспирантуре Бауманки (МВТУ им. Баумана - прим. ред.) и защитил даже кандидатскую по теме что-то вроде «инновационного обновления предприятия в условиях антикризисного управления».

Надо признать, что в успешность работы антикризисного генерального директора верили тогда немногие. «За время его работы положение завода на рынке пошатнулось, появились многомесячные задолженности по заработной плате». - Напишут позже биографы бизнесмена. Может быть части акционеров предприятия эффективный менеджер своей жесткостью и нравился, но комсомольский лидерский ореол Брусникина в родном городе потускнел настолько, что в 1997 году он даже не смог избраться депутатом самарской губернской Думы, чтобы получить достойный его директорского положения политический статус.

В прессе то и дело публиковались гневные статьи, что зарплатами работяг «Трансформатора» его директор оплачивает свои политические амбиции. Карикатуры в местных газетах, на которых работники завода Брусникина получают в кассе клешни крабов и китайские тапочки популярности тольяттинскому политику не добавляли. Производство переживало кризис, банковские кредиты не обеспечивали исполнение заказов, частично они шли на погашение задолженностей по зарплате, не спасали ситуацию.

Хотя контролирующим собственником «Трансформатора» Брусникин никогда не был, ему до определенного времени удавалось с помощью своих обширных связей, авторитета в городе и способности «нравиться всем» (в СМИ позже ему дадут даже прозвище «Душка») объединять разнополярные интересы других акционеров. «Единение» закончилось с приходом в конце 90-х новых владельцев завода из столичного «Мосэнерго», сконцентрировавших контроль над «Трансформатором» и упорно не желавших ничего обсуждать с Брусникиным.

«Коля потерял к заводу интерес. Думал, что с ним будут договариваться. Но у «москвичей» были свои приемы - захватить управление, уволить чуждых людей, создать дымовую завесу в СМИ», - рассказывает знакомый Николая Брусникина. Опальному генеральному директору после одного из собраний акционеров пришлось вспомнить о своем командировочном чемодане и начать новую карьеру, с головой уйдя в политические игры в Москве.

Вскоре директор практически забросит управление заводом, отдав его на откуп менеджерам, близким структурам Аркадия Евстафьева, главы московского инвестиционного холдинга «Энергетический союз», который активно и планомерно «отжимал» тольяттинский завод у разношерстной команды местных разрозненных акционеров. В 2003 году «Трансформатор» учредит дочернюю компанию «Волгопромэнерго», на баланс которой будет передана инфраструктура предприятия. В 2004 году эту компанию приобретет новая компания - «Тольяттинский трансформатор», близкая тому же Евстафьеву. В 2005 году, когда ОАО «Трансформатор» уже будет банкротиться, выяснится, что переведенное на «Волгопромэнерго» имущество продолжает параллельно числиться на балансе и прежнего владельца. За этим последуют судебные тяжбы за активы между «Трансформатором» и «Тольяттинским трансформатором». Победителем из борьбы выйдет вновь созданная компания, которая в 2006 году оставит кредиторов ОАО ни с чем. Спустя два года и «Волгопромэнерго» будет ликвидировано.

Брусникин будет ругаться и писать жалобы в Российский союз промышленников и предпринимателей о нарушении деловой этики. Но в середине 2000-х частично спасет его вложения в «Трансформатор» лишь вмешательство нового покровителя - Анатолия Чубайса, участником политического проекта которого - партии «Союз правых сил» - Николай Брусникин стал в конце 90-х, чтобы в 1999 году избраться в Государственную Думу.

На право

Анатолий Чубайс и Сергей Кириенко были полны радужных планов по поводу судьбы своего политического проекта
Анатолий Чубайс и Сергей Кириенко были полны радужных планов по поводу судьбы своего политического проекта

«Какой «Трансформатор»?! «Трансформатор» по московским меркам был беден как церковная мышь! Брусникин не мог финансировать правые силы за счет «Трансформатора», там было кому, - смеется источник «Дела», близко знакомый с политической «кухней» времен создания новой крупной либеральной силы конца 90-х, каковой пыталась стать будущая партия, а тогда избирательное объединение «Союз правых сил» (СПС). - Прибежал Борис Немцов со своей карманной партией «Россия молодая», говорит «возьмите меня», а как не взять? Ельцин еще в силе – Немцов пригодится. Тут появился Анатолий Чубайс, мол сам я на выборы не пойду, но вас поддерживаю, вы правильной дорогой идете. Среди лидеров нужна была «девочка», появилась Ирина Хакамада со своим «Общим делом». А еще регионалы какие-то», - вспоминает ветеран правого движения в России.

Тольяттинский директор «Трансформатора», терявший с 1998 года рычаги влияния на своем заводе, активно искал возможность встроиться в высший политический истеблишмент и начать новый этап карьеры.

«Союз правых сил» как политическое объединение мелких праволиберальных объединений страны, неконкурентных по отдельности к выборам в Госдуму 1999 года, строили бывший премьер-министр РФ Сергей Кириенко, хорошо знакомый Брусникину со времен «Сургутский альтернативы», и главный спонсор СПС - Анатолий Чубайс, возглавлявший тогда РАО ЕЭС России. Бывших комсомольцев в «тусовке» вокруг новой партии было более чем достаточно. В то время многие из них стали крупными бизнесменами, как например бывший комсорг МГУ Максим Сотников, тоже участник «Сургутский альтернативы», который превратился в крупнейшего застройщика Подмосковья.

Многих людей вокруг СПС Брусникин знал очень давно. Это был его шанс, и он им воспользовался, хоть и не без труда. Избраться в Госдуму он смог лишь по спискам «Союза правых сил» в Пензенской области.

Несмотря на наличие выходов на Сергея Кириенко через членов его команды, а также на вполне возможное какое-то спонсорское участие в проекте создания СПС, в Самарской области к выборам у Брусникина было непростое положение. Здесь царил губернатор Константин Титов со своими к тому времени федеральными политическими амбициями и собственным избирательным блоком «Голос России». Создавая предвыборное объединение, Сергей Кириенко наведывался и в Самарскую область. В ходе переговоров с Титовым он получил в свою коалицию его «Голос», а губернатор – пост председателя федерального политсовета СПС.

«Начались хитрости, бесконечные договоренности всех со всеми, политический торг по регионам и округам. Понятно, что всю эту кухню на себя взяли Анатолий Чубайс и Леонид Гозман (тогда член правления РАО ЕЭС – прим. ред.)», - вспоминает в беседе с «Делом» участник кампании. В Самарской области от СПС по одномандатному округу пошла Вера Лекарева, к тому же ее включили и в партийные списки СПС. Вероятно, это было результатом договоренности Титова, в региональную конструкцию которого Николай Брусникин не вписался.

В рамках подготовки к этой же выборной кампании Брусникин познакомился и с Анатолием Чубайсом. «Делу» довелось услышать от информированного источника забавную историю о том, как в то время амбициозного самарского губернатора пригласили на разговор с главой РАО ЕЭС России в Москву.

«Вечером в пятницу дома у Брусникина раздался телефонный звонок. В трубке металлический голос сообщил: «С вами будет говорить Анатолий Чубайс». Разговор при этом начал Кириенко: «Николай, сейчас передам трубку Анатолию Борисовичу, он тебе объяснит, что нужно делать», - рассказывает собеседник «Дела» о первом контакте Брусникина со всемогущим Анатолием Чубайсом. Сделать нужно было всего ничего: объяснить губернатору Самарской области, что он не должен участвовать в президентских выборах (выборы президента, намеченные на следующий 2000 год - прим.ред.), а за более подробными инструкциями уже в понедельник он должен приехать в Москву. Кроме того, о результатах разговора с Титовым, Брусникин должен был доложить лично Чубайсу. «А как доложить? Николай даже номер телефона приемной Брусникина не знал, через Кириенко докладывал», - смеется источник «Дела». Миссию Николай Брусникин выполнил, как мог. Приехавший на улицу Академика Челомея Титов оказался… перед закрытым шлагбаумом офиса РАО ЕЭС, возле которого вынужден был простоять неподобающее по его мнению для федерального политика время. Последовавший затем не самый простой разговор с Чубайсом отношение Титова к Брусникину не улучшил. «Это ложь, - заверил «Дело» бывший губернатор Самарской области. – У нас с Брусникиным всегда были, есть и, надеюсь, будут хорошие отношения. А кого и как поддерживать от СПС решали Кириенко и Чубайс».

Так или иначе, но кроме Пензенской области места для того, чтобы баллотироваться в Госдуму для Брусникина не нашлось. По одномандатному округу он там пройти практически не мог заведомо: его конкурентом был местный уроженец и популярный политик - экс-помощник генпрокурора СССР, коммунист Виктор Илюхин. Будущее Брусникина спасли только партийные списки, по которым директор тольяттинского завода и попал в итоге в Думу, где занял приличный пост зампредседателя комитета по труду и социальной политике.

В 2000 году СПС отказалась поддержать Константина Титова на выборах президента России и он покинул объединение. В самом «Союзе правых сил», который пребывал в некоей эйфории от результатов выборов (СПС получила 8,52% голосов) начались бесконечные раздраи и внутрипартийная борьба за власть. К этому располагали сами личности лидеров, каждый из которых видел себя первым. Развернулась борьба за места сопредседателей СПС, которых в итоге в 2001 году было выбрано аж девять. Десятым планировал стать… Николай Брусникин и даже начал формировать коалицию поддержки, но ее не нашел. Зато попал «под раздачу», оказавшись в самой гуще политической борьбы, где использовались самые разные средства, включая прослушку телефонов. Появились публикации с целью скомпрометировать не столько даже самого Брусникина, сколько процессы принятия решений в СПС в целом. Несколько из якобы расшифровок якобы разговоров Брусникина, кстати, до сих пор кочуют по интернету.

Возня внутри партийного актива правых привела к тому, что на следующих выборах в 2003 году провалились и Брусникин, и СПС в целом. Сама партия по сути перестала существовать. Однако несмотря на крах карьеры политика, проходившего практически синхронно с потерей статуса промышленника, без работы Брусникин не остался. Ему удалось найти выходы на Анатолия Чубайса, в РАО ЕЭС которого и устроился на работу бывший депутат Госдумы и несостоявшийся сопредседатель СПС.

Москва – Хабаровск

Брусникину предложили возглавить так называемую проектную группу по мониторингу ЖКХ в РАО ЕЭС и одновременно он был назначен первым зампредседателя правления Российских коммунальных систем (РКС). «Энергетики же великие люди, они с этой коммунальной нечестью возиться не желали», - рассказывает источник «Дела».

Шел 2003 год, великие люди понимали, что реформы большой энергетики без реформирования ЖКХ не возможны. Основные силы тогда были брошены в ЦФО и на Дальний восток, хотя подразделения РКС открывались по всей стране. Карельские коммунальные системы, Амурские, Брянские, Омские…

Поначалу Брусникин совершал вояжи в сопровождении своего шефа по РКС Михаила Абызова. Менялись его должности. В 2006 году он стал вице-президентом «Комплексных Энергетических систем». Как это произошло?

Тогда Брусникин, как говорят источники «Дела» из его московского окружения, оказался вовлеченным в переговоры Анатолия Чубайса и главы группы «Ренова» Виктора Вексельберга, в результате которых под контролем последнего оказалось 75% РКС.

«Звонит Коле Вексельберг и говорит: «Заедь». Дальше началось: мол, почему у меня только 10%, скажи Чубайсу, что мне нужно 25. Чубайс говорит: «Повредничай, потом отдай». Брусникин говорит «Мы развиваем компанию…сейчас можем предложить только 20%...», а Вексельберг: «Что Чубайс жадничает, я же не прошу 49!».

Брусникин тогда уже получил инструкции на такой расклад, чтобы дать понять: все может быть. В итоге 25% отдали, а через полгода Брусникин сам уже поехал к Вексельбергу: «Виктор Феликсович, у нас тут стратегия развития»… «Какая прекрасная стратегия!..», - говорит Вексельберг. Вскоре он нарастил свою долю в РКС до 75%. Это была уже совсем другая история, появился КЭС (компания «Комплексные энергосистемы» «Реновы» - прим.ред.). Брусникин в КЭС в качестве вице-президента от имени Чубайса должен был как бы приглядывать за выполнением обещания Вексельберга вложить 25 млрд рублей в развитие большой энергетики», - рассказывает московский собеседник «Дела».

Спустя год Брусникин стал советником председателя правления РАО ЕЭС России Чубайса, а после ликвидации РАО ЕЭС в 2008 году, перешил на должность заместителя генерального директора по развитию «РАО Энергетические системы Востока» и улетел в Хабаровск.

«Дело было не в должностях, должности - это технические моменты, все понимали, что он человек Чубайса. Именно в этом ключе он вел переговоры с губернаторами и мэрами», - вспоминает собеседник «Дела». Задачей Брусникина была консолидация изолированных сетевых активов - Якутскэнерго, Камчатскэнерго, Амурэнерго, Хабаровскэнерго. На посту заместителя генерального директора Энергетических систем Востока Брусникин курировал проекты перевода Камчатской ТЭЦ на газ и проектирование Якутской ГРЭС. На дальнем востоке Николай Брусникин прожил вплоть до 2010 года, в его распоряжении была квартира в Хабаровске, служебная квартира во Владивостоке и даже комната в общежитии на острове Русский. Вскоре он получил новое предложение о работе.

«Михаил Абызов когда занялся политикой, нанял Брусникина свои коммунальные активы в порядок приводить. Названо это все было «Мой коммунальный стандарт» - МКС – бизнес космических высот. Над эмблемой работали лучшие бренд-менеджеры. Капля означала, что вода камень точит, она должна быть синей – это чистый родник, червячок обязан быть – символ изменений», - рассказывает источник «Дела».

Крупнейшего в России оператора по управлению жилым фондом - компанию МКС - Николай Брусникин возглавлял около четырех лет. В обслуживании у МКС находилось свыше 13 миллионов квадратных метров площадей многоквартирных жилых домов, инженерные сети, инженерное оборудование, а также генерирующие и распределительные мощности. МКС работала в Новосибирске, Брянске, Петрозаводске, Томске, Улан-Удэ, Омске. С момента прихода в МКС Брусникина и до продажи компании совокупная выручка подразделений МКС измерялась десятками миллиардов рублей.

Тем не менее, во главе с Брусникиным МКС с космических высот рухнула в океан неплатежей, судов и банкротств. Так, уже спустя год работы во вновь созданной компании, в разных регионах страны главу МКС стали обвинять в мягко сказать, не добропорядочности. Новосибирская и омская пресса разразилась серией гневных статей о выводе коммунальных платежей сибиряков в офшоры: ОАО «МКС» на 100% принадлежали «Сибеко Эссет Менеджмент Лимитед», зарегистрированной на Кипре. В течении трех лет в адрес МКС сыпались обвинения о развале местного ЖКХ от законодательных собраний и простых граждан Кирова, Брянска, Петрозаводска. Во всем винили загадочный кипрский офшор и лично Николая Брусникина, которого вскоре, устав искать реальных собственников МКС, окрестили в прессе владельцем МКС. Для этого появились и основания: в 2013 году появилось заявление о продаже компании собственному менеджменту на совете директоров Группы RU-COM, частью которой был МКС.

Источники «Дела» утверждают, что Брусникин покупателем компании не был. Напротив, он был ее продавцом. А щедрого покупателя примерно 75% активов МКС, он нашел в бывшем главе Геобанка, московском бизнесмене Александре Костюкове. К слову на эмблеме компании Костюкова «Домком инвест», до сих пор красуется синяя капля. Существуют разные оценки возможной стоимости сделки, в среднем она оценивается экспертами «Дела» в $100 млн.

Возможно ли, что собственником бизнеса «Домком инвеста», возникшего на обломках МКС, все-таки стал не Костюков, а Брусникин? Компания «Домком Менеджмент» в 2013 году действительно принадлежала Николаю Брусникину, но уже в 2014 году соучредителями «Домком Менеджмент» стали некие Анна Грядасова и Вадим Емелин. В череде смены собственников компании в 2015 году появился сын Николая Брусникина – Михаил Брусникин, а в 2017 году на очень короткий срок, прежде чем компания перешла к Александру Костюкову и его структурам, единственным собственником снова стал Брусникин. Источники «Дела» объясняют эти преобразования техническими моментами, но существует легенда, что Николай Брусникин в начале 2014 года, встречался с мэром Самары Дмитрием Азаровым. Встреча была посвящена знакомству городских властей с компанией «Домком Инвест», в ходе которой Брусникин убеждал власти, что «Домком» пришел с миром, и будет развивать самарское ЖКХ. Чьи интересы представлял в это время Брусникин - свои или Костюкова - доподлинно не известно. Советник Александра Костюкова Татьяна Вепрецкая на вопросы «Дела» о взаимоотношениях «Домком инвеста» с Николаем Брусникиным ответить не смогла.

Так или иначе, уже в апреле 2014 года Николай Брусникин оставил коммунальный бизнес и сдал чемодан в багаж на рейс Москва-Хабаровск. Так начался его последний на сегодняшний день этап карьеры под условным названием – «крупный региональный чиновник непоседа». В течение следующих пяти лет Брусникин сменит три российских региона и восемь должностей.

Далее везде

В Хабаровске Брусникин стал первым зампредседателя правительства. По информации «Дела», с Вячеславом Шпортом, губернатором Хабаровского края Брусникин познакомился еще в конце 90-х. Шпорт был главным инженером авиационного предприятия в Комсомольске-на-Амуре, куда поставлялись трансформаторы из Тольятти. Шпорт и Брусникин к тому же были депутатами Госдумы одного созыва, где продолжали общаться.

В кресле краевого 1-го вице-премьера Брусникин продержался лишь два года. По случайному совпадению его увольнению в 2016 году предшествовала ставшая публичной история с представлением прокуратуры Хабаровского края губернатору в связи с выявленными нарушениями целого ряда членов хабаровского правительства, предоставивших недостоверные сведения о доходах и имуществе за 2014 год.

В частности Николай Брусникин не указал в декларации сведения об имеющейся у него в собственности небольшой доли в нежилом помещении в Москве на Комсомольском проспекте. Также прокуратура указывала, что в период замещения госдолжности Николай Брусникин являлся одним из учредителей ООО «Агентство недвижимого имущества г. Тольятти «Метрополь Компани».

Нарушения Брусникин вскоре устранил и краевая комиссия по противодействию коррупции не нашла признаков нарушения требований к должностному поведению. Однако, по сообщению местных СМИ, прокуратура не успокоилась и в январе 2016 года якобы обратилась с иском в суд «с требованием признать бездействие правительства Хабаровского края и возложить обязанность на это правительство - освободить Брусникина Н.Ю. от занимаемой государственной должности и уволить его «в связи с утратой доверия». Иск правда потом из суда пропал: по сообщению местного издания «Дебри-ДВ» он был отозван. Тем не менее, в марте Николай Брусникин был уволен из правительства по собственному желанию. Сам он объяснил свой уход завершением изначально оговоренного с губернатором срока своей работы в этой должности.

Хабаровск Брусникин сразу не покинул, а был назначен директором АО «Корпорация развития Хабаровского края», где проработал еще три месяца. В ноябре того же 2016 года чемодан Брусникина появился на черноморском побережье - в Севастополе, где бывший первый зампред хабаровского правительства возглавил… «Корпорацию развития Севастополя».

Но и здесь Брусникин продержался удивительно недолго. Уже в июне 2017-го он оставил свой пост в корпорации, перейдя на должность главы департамента приоритетных проектов Севастополя, а еще через несколько месяцев остался лишь советником главы города.

«Овсянников растерял большую часть команды, с которой пришел в 2016 году и перессорился со всеми, с кем мог, - рассказывает «Делу» источник в правительстве Севастополя. - Брусникин еще долго продержался. Губернатор Севастополя очень переменчив в своих настроениях. Брусникин - опытный чиновник, знающий себе цену. Если перед ним поставлена задача - он ее выполнит. Или докажет, что она невыполнима. Но если ему трижды в день менять задачу, сознательно ставить палки в колеса со стороны начальника и говорить, что он еще и работать не умеет, то он какое-то время будет пробовать приспособиться - а потом пойдет искать себе другую работу».

Так Брусникин и поступил. Он снова собрал свой чемодан, чтобы на этот раз вернуться домой.

Домой

Собирающий свою новую команду глава Самарской области Дмитрий Азаров пригласил Брусникина занять пост министра промышленности региона. Кто был инициатором - остается пока неясным. Сам Николай Брусникин пока не смог встретиться с «Делом», чтобы ответить на вопросы.

«Министерство в нынешнем виде Брусникину не интересно - при отсутствии полномочий и ресурсов он превратится в статиста и писателя справок, что явно не соответствует его амбициям, – рассказывают «Делу» осведомленные сотрудники минпрома. - Брусникин готовит изменения полномочий и структуры министерства. Основное - перераспределение полномочий от минэкономики в пользу минпромтехнологии». Говорят, что основное недовольство нынешнего министра вызвал тот факт, что ключевые рычаги управления механизмами промышленного роста - кластерным развитием, инновациями (министерство то промышленности и технологий) и даже индустриальными и промпарками сосредоточены в министерстве экономического развития.

Брусникин уже сделал попытку перетянуть на себя программу повышения производительности труда, широко разрекламированную на федеральном уровне, но столкнулся с «итальянской забастовкой» - коллеги из экономического ведомства игнорируют анонсированные Брусникиным встречи на разных уровнях.

В министерстве уже обсуждают потенциальные кандидатуры заместителей Брусникина, в которых, очевидно могут превратиться уже назначенные им его советники: бывший топ-менеджер ПАО «Кузнецов» Петр Жирнов и знакомый времен 90-х тольяттинский бизнесмен Александр Тарабриков, собственник венчурной компании «Аланта» и автор книги «Построй свой бизнес».

Определено с прицелом на повышение приглашен Брусникиным в качестве советника и сын бывшего комсомольского начальника министра - депутата Госдумы Леонида Калашникова Дмитрий Калашников. Последний между прочим уже известен Самаре в качестве крупного совладельца самарского банка «Солидарность». Дмитрию Калашникову принадлежит 19,3% акций компании «Зарубежэнергопроект», которая владеет сегодня многострадальным банком, не первый год выкачивающим на свою бесконечную санацию миллиарды.

Несмотря на двадцатилетнее отсутствие в Самаре, Николай Брусникин вернулся явно не с пустыми руками и не на пустое место. Он уже занял первое место в рейтинге «Дела» среди самых богатых чиновников региона и, возможно, не в последний раз.

Его знают все и он знает всех. Но что на самом деле в его чемодане - пока секрет.

- Виктория Петрова