Слёзы о будущем. Начало

Мы мечтаем о светлом будущем, где люди живут до 120-140 лет. Долго не старятся и вообще им хорошо. Но так ли всё будет?
Мы мечтаем о светлом будущем, где люди живут до 120-140 лет. Долго не старятся и вообще им хорошо. Но так ли всё будет?

За окном дождь бросается на стекло. В гостиной, в углу потрескивает камин. - Как ты живешь в этом городе? Сыро, пасмурно, тоскливо. Ведь есть же пожизнерадостнее места, - мужчина в кресле расслаблен. Это скорее проявление ленивого любопытства согласно этикету, чем желание докопаться до истинных причин. Как на вопрос "How are you" предполагается ответ "I'm fine, thnx", но не рассказ о насущных бедах.

- Мне комфортно, - коротко ответил собеседник. Он явно хотел добавить что-то еще, но передумав, откинулся на спинку кресла и отхлебнул из стакана. - Можешь считать это моей личной платой за всё, то дерьмо, что мы натворили.

- Петр, о чем ты? Какое дерьмо?

- Мы уничтожили человечество, Майк. Ну... Большую его часть.

- Мы спасли всё человечество вместе с планетой, - в голосе Майкла чувствовалось легкое раздражение. - Или ты думаешь, что Большая война лучше Третьего завета? Мы создали мир, в котором всем хорошо. Утопию, но реальную! Каждый может стать, кем хочет, жить где хочет и как хочет! Мы сделали людей бессмертными, дали рецепт от всех болезней.

А экология? Мы дышим чистым воздухом, пьем чистую воду, больше нет исчезающих животных, всех этих лесных пожаров и разливов нефти, океана мусора в конце концов. Ты ЭТО называешь дерьмом???

- О каких людях ты говоришь? На земле живет миллиард, остальные... - Петр махнул рукой. - Это даже не Матрица. Их нет. Не существует. Они просто набор нулей и единиц. Да, вечное сияние оцифрованного разума. Бесконечная RPG.

- Мы можем восстановить тело каждого, чье сознание загружено в Сеть.

- И где они будут жить? Города разрушены!

- Петр, а разве в этих городах можно было жить??? Небоскребы и гетто, погрязшие в насилии и грязи. Лучезарные утопии архитекторов. Мертвое не может умереть. Зато больше нет аварийных исторических зданий. Все культурные и архитектурные ценности восстановлены. Взять хотя бы этот дом. Ему несколько сотен лет, но он жив. Он словно построен вчера. Нью-Йорк, Барселона, Лондон, Амстердам, Рим, Венеция, Петербург - они ожили. И люди живут в центре, работают, отдыхают, выезжая на окраины, где зелень и цветущая природа. В Венеции снова живут местные, а не туристы. Ты же сам жаловался на толпы китайцев.

- Кстати, о китайцах... - перебил собеседника Петр.

Майкл напрягся. Философские рассуждения о тщетности бытия и тяжести роли богов его скорее забавляли, чем расстраивали. В отличие от азиатов. Мир не завоёван полностью. Фазовый переход пройден, но всеми по разному.

- Так что там с китайцами? - нетерпение сквозило в каждом звуке, отдаваясь от каменных стенок камина, улетало куда-то в сторону. Майкл нервно налил себе виски в пустовавший на столе бокал. - Так что китайцы? - повторил он вопрос, поморщившись после глотка.

Петр темной фигурой черного человека возвышался на фоне огромного окна старинного дома. За стеклами и мощными рамами не слышно было ветра. Лишь угадывались удары капель дождя о стекло. Мелькающие редкие листья прилипали, чтобы тут же быть смытыми новой порцией воды.

- Шторм надвигается, - спокойно ответил он.

Продолжение следует...