Войсковой атаман А.М. Каледин

01.07.2017

Алексей Максимович Каледин - первый избранный атаман Войска Донского со времен Петра I. Не признавший Октябрьскую революцию, он после победы большевиков в Гражданской войне посмертно был провозглашен "заклятым врагом Советской власти" и долго таковым и трактовался в отечественной историографии. В постсоветское время, по сравнению с другими лидерами Белого движения, Каледин оказался как бы в тени. Между тем он был талантливым военачальником, патриотом Дона и России, не мыслившим первый в отрыве от второго (в отличие от некоторых других казачьих атаманов революционного времени), а также человеком, больше всего боявшимся развязать гражданскую войну и пролить братскую кровь. Трагедия его была в том, что и одно, и другое силой обстоятельств ему сделать всё-таки пришлось... Праправнук казака Максима Дмитриевича Каледина, внук майора Василия Максимовича Каледина, сын войскового старшины Максима Васильевича Каледина, Алексей Максимович Каледин родился 12 октября 1861, на хуторе Каледине станицы Усть-Хопёрской Области войска Донского. Отец будущего атамана Максим Васильевич, участник Севастопольской обороны, вышел в отставку войсковым старшиной (казачий подполковник) и поселился в станице Усть-Хопёрской, где на Дону у него была водяная мельница. Имел три сына и две дочери: Василия, Алексея, Мелентия, Анну и Александру. Первоначальное военное образование А.М. Каледин получил в Воронежской военной гимназии, затем учился в Михайловском артиллерийском училище, по окончании которого в 1882 г. получил назначение на Дальний Восток. Там он служил в конно-артиллерийской батарее Забайкальского казачьего войска. Обладая недюжинными способностями и тягой к знаниям, в 1887 г. Каледин поступил в Академию генерального штаба, по окончании которой стал офицером генерального штаба. Затем он служил в Варшавском военном округе, а после - на Дону, в штабе Донского казачьего войска. С 1903 г. Каледин являлся начальником Новочеркасского казачьего юнкерского училища, в котором приложил максимум усилий для создания условий, обеспечивавших хорошее обучение и воспитание будущих казачьих офицеров. С 1906 г. он - помощник начальника штаба Донского войска. С 1910 г. началась служба Каледина на командирских должностях, давшая ему необходимый опыт перед Первой Мировой войной. Полтора года он командовал 2-й бригадой 11-й кавалерийской дивизии, а с 1912 г. возглавлял 12-ю кавалерийскую дивизию. Под его руководством она превратилась в одно из лучших боевых соединений русской кавалерии. Генерал А. И. Деникин отмечал, что Каледин не посылал, а водил войска в бой. Его 12-я кавдивизия, входившая в состав 8-й армии генерала А.А. Брусилова, неоднократно проявляла себя во время Галицийской битвы 1914 г. А в период неудач Юго-Западного фронта весной и летом 1915 г. конница Каледина часто перебрасывалась с одного жаркого участка на другой, заслужив название "пожарной команды" 8-й армии. С осени 1915 г. Каледин принял под свое командование 12-й армейский корпус 8-й армии. А после того, как весной 1916 г. генерал Брусилов возглавил Юго-Западный фронт, Каледин сменил его на посту командующего 8-й армией. Звездным часом Каледина стал Брусиловский прорыв в мае 1916 г., когда 8-армия наголову разбила 4-ю австрийскую армию и в течение 9 дней продвинулась на 70 верст вперед. В плен было захвачено более 44 тысяч человек. По существу, успех Брусиловского прорыва - самой крупной победы в Первой Мировой войне не только России, но и всей Антанты - был обеспечен 8-й армией Каледина. Февральская революция и фактический развал армии, последовавший за ней, лишили Россию шансов на победу в Первой Мировой. Русская армия была вовлечена в демократизацию, принявшую форму развала вооруженных сил. Каледин, как боевой командир, не мог смириться со своеволием солдатских комитетов, митингами солдат, неисполнением приказов. За нежелание "демократизировать" вверенную ему 8-ю армию Каледин был отстранен от командования и в мае 1917 г. уехал на Дон. Уступив уговорам казачьей общественности, согласился на избрание войсковым атаманом, что и произошло 1 июня 1917 г. Каледин стал первым выборным атаманом войска Донского со времен Петра I. Осознавая свое положение, Донской атаман отмечал: «…Я пришёл на Дон с чистым именем воина, а уйду, быть может, с проклятиями». Сохраняя лояльность по отношению к Временному правительству, но видя его слабость, Каледин начал проводить меры по восстановлению старинных форм управления Доном, отказывался от посылки казаков для усмирения мятежных войск и районов. Когда верховный главнокомандующий Л.Г. Корнилов попытался восстановить порядок в столице с помощью военной силы и был за это смещен и арестован, Каледин выразил ему свою моральную поддержку. За это он был объявлен пособником "корниловского мятежа", Керенский требовал его ареста. Но собравшийся в начале сентября Войсковой круг заявил о непричастности Каледина к "Корниловскому мятежу" и отказался выдать своего атамана. Октябрьскую революцию Каледин не принял и давал убежище на Дону всем отверженным, изгнанным и преследуемым новой центральной властью. В ноябре - начале декабря в Новочеркасск прибыли генералы Алексеев, Корнилов и Деникин - соратники Каледина по Первой Мировой войне. Здесь они получили приют и возможность приступить к формированию Добровольческой белой армии. Некоторые политические деятели, прибыв на Дон, упрекали донского атамана в пассивности, на что он сурово отвечал: "А вы что сделали? Русская общественность прячется где-то на задворках, не смея возвысить голоса против большевиков. Войсковое правительство, ставя на карту Донское казачество, обязано сделать точный учет всех сил и поступить так, как ему подсказывает чувство долга перед Доном и перед Родиной". До последнего момента не мог Каледин решиться на пролитие братской крови. Но в ночь на 26 ноября произошло выступление большевиков в Ростове и Таганроге, и власть в этих крупнейших городах Дона перешла в руки военно-революционных комитетов. В поддержку им прибыли отряды матросов Черноморского флота. Казачьи полки изо всех сил старались сохранить нейтралитет, и первые попытки выбить большевиков из Ростова предприняли отряды Добровольческой армии, в т.ч. юнкера - вчерашние студенты. Однако попытки эти были безуспешны, и по решению Войскового круга в дело всё же вступили казаки. 2 декабря матросские отряды были выбиты из Ростова и Нахичевани. После этого большевики решили взяться за Дон всерьёз. Был создан Южный фронт под командованием Антонова-Овсеенко. 8 декабря войска Антонова-Овсеенко заняли Таганрог и двинулись на Ростов. 11 января красные казаки-фронтовики, собравшиеся на съезд в станице Каменской, объявили о низложении Каледина, Войскового правительства и о создании Донского казачьего военно-революционного комитета во главе с бывшим подхорунжим Подтелковым. Каледин предложил Войсковому кругу свою отставку, но она не была принята. До определенного времени положение спасали партизанские отряды, состоявшие главным образом из вчерашних студентов и кадетов и, в меньшей степени, офицеров. Однако после гибели предводителя самого крупного из них, полковника В.М. Чернецова, положение Донского правительства стало безнадежным. Казачьи полки стали выходить из подчинения своему атаману. Малочисленные отряды Добровольческой армии уже не могли сдерживать наступление красных войск, и 28 января генерал Л.Г. Корнилов известил Каледина о том, что добровольцы уходят на Кубань - начался знаменитый Ледяной поход. На следующий день Каледин собрал Донское правительство, зачитал телеграмму Корнилова и сообщил, что для защиты Донской области имеется лишь 147 штыков. Ввиду безнадежности положения он заявил о сложении с себя полномочий войскового атамана и предложил правительству уйти в отставку. Во время обсуждения вопроса Каледин добавил: "Господа, короче говорите, время не ждет. Ведь от болтунов Россия погибла". В этот же день Алексей Максимович застрелился.